Глава 19

Таверна у Кати. Арчи

Я усадил леди Риану перед собой, и приобнял. Так на всякий случай, чтобы не упала. Она была сейчас такой хрупкой, ранимой, желанной и доверяющей мне. А что я мог дать ей? Она замужем за моим лордом, которого я никогда не предам.

Лучше отрежу себе уши, вырву язык, но не подставлю хозяина. Ведь он так много для меня сделал!

Я ему благодарен. Когда моя мать Ванда умерла, мне было всего двенадцать лет. Других взрослых в приюте я не слушался, только Ванду. Смерть забрала мою любимую воспитательницу, и я остался один на один со своим дурным характером.

Я никого никогда не слушал, ведь взрослые говорили такую чушь — учили меня жить. А я наперёд знал всё! Реально всё! Вот преподаватель учит меня жизни, а я вижу, как дома его родная жена ни в грош не ставит, а собственный сын курит травку. Как мне уважать его пустые слова после этого?

К четырнадцати мой характер стал просто невыносим для окружающих, тогда и произошло самое знаменательное событие в моей жизни. Я своровал кошелёк у одного из верховных — у светлого эльфа, меня поймали, хотели отрубить руку.

Одним из присяжных на суде выступал молодой лорд Вильгельм Тотемский. Он-то и спас меня от колонии, от лишения руки, поручился за меня, забрал к себе. Сказал, что Звезды ему нашептали, будто из меня выйдет толк — потому что во мне есть Свет!

С того дня моя жизнь изменилась в корне. Я был обут, одет, хорошо обучен. Со временем из пажа — дай — подай — превратился в правую руку лорда. Казалось, удача сопутствует мне во всех начинаниях.

— Ну, ты и везучий, прямо как эльф, — восклицал хозяин и почти друг Вилли.

И правда, мне всегда везло — и в бою, и в любви с женщинами, и в диверсионной работе в тылу вражеского клана Даджио. Не повезло лишь один раз!

Вильгельм разрешил называть себя Вилли, когда мы были с ним наедине. Вилли был бы классным парнем, если бы не одно «но»… Он становился безумным, едва речь заходила о набегах тёмного эльфа Даджио. Тогда Вилли напивался красным напитком и орал:

— Ничего! Я его накажу! Вот мои алхимики откроют философский камень, и у нас с Филиппом тоже будет своя собственная магия!

А затем мы с лордом рыскали по всему Тотему и искали магинь-девственниц, способных соединить стихии, и родить эфир. Но шли годы, девственницы странным образом исчезали, так и не подарив Вилли ни камня, ни гомункула.

Я волновался за господина, глядя как он страдает.

Набеги Даджио становились всё коварнее. Злее.

Вилли мрачнел, с каждым днем становясь более грозным.

Вот тогда я и узнал о леди Риане.

Волей случая или Фортуны оказался в таверне в нужное время. Раскинувшись на скамейке в любимом заведении «У гоблинши Кати» подслушал, о чём болтают гоблины, орки живущие в Нижнем Тотеме.

Все говорили об одном и том же, что возродилась Богиня Воды. А затем к соседнему столику подсели темные эльфы. Бронзовая кожа, острые уши, колючий взгляд чёрных глаз. Они трепались о запретных вещах! И я их понимал!

— Мы должны срочно посетить герцогиню Риану Милославскую дочь герцога Удачливого! Она — девственница. — Прошипел полупьяный парень с темными рогами.

— Зачем? Тебя что на девственниц потянуло? Давалок не хватает. Вон, Катюху крикни, она тут же прибежит.

— Катюха! Иди сюда!

— Заткнись гнида, слушай. У этой леди в роду была богиня Мелюзина. Говорят, что Богиня поселилась в теле милашки герцогини.

— И? — Нндопонимал эльф под воздействием напитка храбрости.

— Ты дебил? Даджио считает, что только она сможет соединить магию воды, огня, воздуха и земли.

— И?

— Ты кусок тупости! Если король и его братец прознают про богиню, то песенка Даджио спета! Он не достигнет своей цели — не придёт к власти, а мы не получим бонусы за это дело. Понял?

— Теперь да. Не дурак. Навестим милашку?

— Нет, навестим Даджио. Может мешок золотых подкинет за полученную информацию.

— Идёт.

Подслушав разговор врагов, радостный я покинул таверну. Оседлал Пегаса и понёсся через весь Тотем домой, докладывать лорду об удаче. Тогда я думал, что это моя удача. Но сейчас считаю, что это самый большой провал в моей жизни. Не нужно было рассказывать о Риане господину! Тогда бы я её не встретил!

Я влюбился в неё с первого взгляда. Едва мои руки обняли её хрупкий стан, понял, что она необыкновенная. Такая тёплая. Такая нежная. Такая желанная. Голубоглазка моя.

Вот и сегодня я не смог справиться с эмоциями, и решил пригласить девушку на прогулку. Ей скучно, Вилли она не нужна как женщина. Мне тошно — день без неё равен смерти души — мне она нужна хотя бы как друг.