Глава 28

ГЛАВА 28.

– Отпусти меня!!! Отпусти, Деметрис!!!

Я ударила его ногами, а он даже не шелохнулся. Зашел в кабинет, запер плотно дверь и опустил меня в кожаное кресло у стола.

– Ты снова берешься за старое?

Посмотрел на меня хуже, чем на грязь под ногтями. И наша прошлая ночь моментально стерлась из моей памяти. Отправилась в архив к остальным потерянным воспоминаниям.

– Я не вещь, Деметрис. И я имею право звонить своей семье.

Вскочила и шагнула к нему, высоко вздернув подбородок. В его серых глазах разлилась горячая сталь. В моих лютая ненависть. Как он посмел так со мной обращаться? Как вообще позволил себе применять ко мне силу?

– Да, ты не вещь. Ты очень юркая маленькая заноза, которая никак не дает мне спокойно вздохнуть, – цокнул языком, – тебе всегда необходимо доводить меня до крайности.

– Что? Ты слышишь себя?

Мне захотелось закричать: пошел ты к черту. Но я сдержалась. У меня все же имелся инстинкт самосохранения. Пускай и вера в лучшее умерла в зародыше.

– А ты? Стоило мне уехать, ты поспешила шантажировать моего человека.

Его собранность поразила меня. Ничего человеческого. Сплошные звериные повадки. За окном как раз пробежали собаки с громким лаем. Очень к месту.

– Ты про Нину? – я еще выше запрокинула голову. Тяжело было смотреть на животное, увеличившееся в росте за пару секунд. – Стукачка она. Понятно.

Мы с Деметрисом не моргали. Оба дышали часто.

Его массивная грудь готова была лопнуть.

– Нина прекрасный работник.

– О, ну, замечательно. А я, значит, пустышка. А помнится, еще несколько часов назад ты называл меня своей женщиной и пел глупые песенки, обнимая меня двумя руками.

Зря я это сказала.

Челюсть Деметриса издала металлический скрежет.

Я объяснимо попятилась. Наткнулась на кресло и обогнула его. Затем на пути оказался добротный стол. Подобное препятствие я не преодолела. Присела на самый краешек и выдохнула.

– Ты и сейчас моя женщина. Просто, – приблизился на полметра. Расстояние все еще осталось приличным, – ты должна кое–что уяснить, Рута. Прошлого, к которому ты так стремишься, больше нет. Оно растворилось, исчезло, кануло. Есть только настоящее. И в нем, я – твой законный муж. И судя по тому, как ты кончала на моем члене, ты признаешь этот факт. Но…

– Чужак. Вот кто ты для меня. Не нужно смешивать секс с тем, что происходит при свете дня. Ведь сейчас, – я быстренько взглянула назад. На расплавленное солнцем стекло в узкой раме, – сейчас день. И мы говорим о том, что важно в эту минуту. А важно то, Деметрис, что, когда я была дома, Мия передала мне записку и ты ее украл. Стянул как опытный вор–карманник из моей сумочки. И я подозреваю, ты уже разобрался с тем, что там написано, раз ездил в город. Не сомневаюсь, что встретился с Артуром и прихвостнем Диониди Тимом. Все обсудили? Решили кого покарать, а кого бросить в подземелье маяка на верную смерть?

У меня перед глазами все поплыло от его раскаленного взгляда.

Деметрис заполнил своей неприкрытой яростью каждый чертов уголок и вызвал огненный смерч.

Предметы на полках и мебель будто задребезжали, оторвались от устойчивых поверхностей и зависли в воздухе. Я сама на полмиллиметра оторвалась от пола. Насильно попала в эпицентр воронки, где каждый вдох отдавался болью в груди.

– Отличная речь, – Деметрис все–таки подошел ко мне. Нежно заправил рыжую прядь волос за ухо, – такая громогласная, безудержная и полная страсти. Ты растешь, Рута.

– Прекрати. – Легонько толкнула его и он перехватил мои тонкие запястья. Поглядел на обручальное колечко на пальце и едко усмехнулся.

– Но я не договорил. Не будь меня, ты бы лежала в одной могиле со своим отцом. Или делила палату наравне с матерью. Я не прошу благодарности. Не требую безоговорочной любви, которую вы женщины, привыкли получать от нас. Я хочу лишь одного – уважения.

– Как я могу тебя уважать, если не помню, как стала твоей женой? Не помню аварии и постоянно думаю о той пленнице в тайной комнате? Как?! Ты бы поступил также на моем месте, Деметрис. Не успокоился бы, пока не получил ответов.

Зашумел дождь. Неожиданно. Рвано. Капли забили по зеленой траве с особой силой. Прогнавшие адское пекло гром и молнии устроили грозовую вечеринку. С фейерверками и мощными басами.

Я и Деметрис остолбенели друг напротив друга.

Не знаю о чем думал он, я мечтала покончить с этим разговором и пойти наверх. Лечь в постель, зажмуриться и уснуть, несмотря ни на что.

– Ты должна верить мне одному и быть преданной только моим решениям. Лишь так сохраняются вековые традиции и наш мир держится наплаву.

Произнес, глядя мне точно в глаза. Будто я обязана уловить какой–то скрытый смысл.

– Мне плевать на этот мир и его традиции. Мой отец был бандитом и всегда рвался к элите. К вам. Но не я. Не мои сестры.

Я дернула рукой и Деметрис крепче сомкнул пальцы. Невозможно. Невыносимо.

– Твой отец – конченый подонок. Он продал бы каждую из вас, ради места в совете кланов.

– Не корчи из себя спасителя.

Подарила ему улыбку до безумия ядовитую.

Деметрис обвел языком верхний ряд зубов, придвинулся ближе, встав между моих ног и я не заметила, как мое лицо очутилось в его ладонях. Чертов ливень…из–за сумрака, который он принес, я потеряла бдительность.

– Не смей…– прошептала я, зависнув взглядом на его губах.

– Боишься того, что может случиться дальше?

А дальше, Деметрис поцеловал меня. Неторопливо, сладко, размеренно. Ослепительная вспышка озарила кабинет и на стене нарисовалась молния с длинными искривленными ветвями.

Я прижалась к напряженному телу Деметриса и пришлепнула ладони к его спине. Мышцы под ними слабенько дрогнули.

– Я бы никому тебя не отдал, Рута. Убил бы каждого.

Его руки скользнули по моей шее, грудям и раскрыли платье. Всего–то нужно было развязать шелковый поясок и раскинуть ткань в разные стороны. Не отрываясь от поцелуя, Деметрис посмотрел на ажурный черный бюстгальтер и такие же трусики. И всё…у него сорвало крышу.

– Обними меня ногами. – Скомандовал хрипло. – Хочу, наконец, трахнуть тебя в нашей постели.

Я выполнила данный приказ.

Деметрис надежно подхватил меня под задницу и выйдя за дверь, быстро поднялся на второй этаж. Пересек широкий коридор и продолжая целовать меня, повалился на матрас. Прижал меня всем весом.

– Закончим тогда, когда этот хренов дождь прекратится.

Укусил за губу и снова увлек в граничащий с сумасшествием поцелуй. Окутанная волшебными чарами, я не поняла, когда меня обнажили и затянули под одеяло.

Только промурлыкала:

– А если дождь будет идти несколько суток?

– Похуй. Суток, так суток.

Снова накрыл меня собой, и я забыла русский язык. Да и зачем он нам? Мы заговорили на особенном языке, знакомом лишь нам двоим…