Глава 37

ГЛАВА 37.

Я забежала в родной дом и позвала Мию. Сердце разрывалось на куски, а дыхание практически отсутствовало. Хоть за мной никто и не гнался, я мчалась сюда быстрее ветра.

– Рута?

Сестра спокойно вышла со стороны кухни, держа в руке стакан с молоком и шоколадное печенье Орео.

– Мия!

Я скинула туфли и наскочила на нее с диким воплем о том, как мне больно сейчас. Как невыносимо тяжело.

Мия с трудом устояла на ногах и обняла меня спустя целую вечность. Я разрыдалась, стоило ей коснуться моей спины. Изнутри вместе с истошными стонами вырвались безумные звуки полнейшего отчаяния.

– Тише, – ее мягкий голос проник в мое сознание и слегка успокоил, – идем в гостиную.

Я согласно закивала. Она мелкими шажками завела меня в просторную комнату и усадила на массивный диван с деревянными подлокотниками. Сделав глоток молока, поставила стакан на низенький столик и села рядом со мной.

– Что ты здесь делаешь, Рута? – откусила печеньку. Слизнула крем с губы.

Меня пронзила огненная молния.

– В каком смысле, Мия? Это и мой дом тоже. И я узнала, что Деметрис мне совсем не муж, что отец убил нашу мать и чуть было не прикончил меня. И…

– Стоп! – Мия закрыла мне рот ладошкой, пахнущей ванилью. – Помолчи немного. Глубоко вдохни и медленно выдохни.

Я прислушалась к ее совету, хотя ни черта не соображала. Почему у нее такая реакция на мой приезд? Где теплые сестринские объятия и пожелания смерти Кану?

– Ты с ним заодно? – я отодвинулась от сестры и округлила глаза. – Да, верно…

Я смахнула скопившиеся в уголках глаз слезы и нервно улыбнулась.

– Послушай, Рута. С ним ты в безопасности. Ты…

– Нет! – я вскочила. – Не говори со мной так! Ты всю жизнь вынашиваешь план, как бы уничтожить всю мафию, заразившую наши города смертоносным вирусом, и убеждаешь меня, что Деметрис Кан мой щит?

Щелкая языком, я подошла к современному камину и оперлась рукой на узкую полку с сувенирами из прошлого.

– Я ни в чём не убеждаю тебя и по–прежнему считаю их гнилью, поразившей здоровые артерии, но сейчас и правда, лучше рядом с ним. Этот дом, – она обводит двумя руками громадное пространство, – больше не уютное семейное гнездышко. Это рассадник проблем и неприятностей. Не хочу, чтобы ты пострадала.

– А как же ты? – покосилась на нее украдкой.

– А что я? Скоро я перееду отсюда. Начну новую жизнь.

– Станешь полицейским?

Память плавно перенесла меня на десяток лет назад. Мы с Мией и Теоной сидели возле большой новогодней ёлки и загадывали желания, поджигая волшебные свечки, которые купила мама.

Теона загадала хорошего мужа и крепкую семью. Я поделилась мечтой объехать весь мир и запустить розовый шарик с самого высокого этажа Эйфелевой башни, а Мия…она прошептала о желании стать самой известной женщиной полицейским.

У некоторых из нас мечты осуществились. Некоторые были на пороге их исполнения. А я застряла, где–то между и понятия не имела, куда мне идти. Что делать.

– Рута?

Мия согрела мое плечо, и я вздрогнула.

– Помнишь, о чем мы грезили, Мия?

– Ой. Рута, прошу тебя, оставь эти детские фантазии. – Сморщилась брезгливо, почесала нос.

– Разве одна из нас хотела этого? – я обошла ее, крутанулась на белом ковре. – Дом опустел. Родители мертвы. Теона замужем за боссом мафии и растит сына, который скорее всего тоже станет мафиози. Ты вот–вот уедешь и забудешь о нас всех. Я вообще, не знаю, где я в итоге окажусь. До сих пор обрывками вспоминаю детство, какие–то незначительные отрывки из настоящего. Иногда, мне кажется, что моя голова принадлежит не мне. А сумасшедшей девчонке, наподобие Харли Квин.

– Ты пережила аварию. И как я понимаю, наконец, прозрела по поводу отношений с Деметрисом.

Мия слопала остатки печенья, скрестила руки и открыла рот, чтобы добавить еще пару слов, но что–то звонко разбилось в дальней части дома. Я сразу подумала об окне.

– Тс–с–с. – Сестра приложила палец к губам.

Я застыла. Сердце забарабанило глухими рваными ударами.

– Где охрана? – проговорила я шепотом.

Быстро взглянув на наручные часы, Мия ответила тихо:

– Должна обходить территорию.

Одним махом потухли сразу все уличные фонари. Я приблизилась к Мие и взяла ее за руку.

– Я никогда не желала тебе зла, – пробубнила она и люстра из тысячи хрустальных лепестков над нашими головами резко погасла, – потому и согласилась на то, чтобы из больницы тебя забрал Кан. Чтобы окружил тебя вымышленной реальностью и защищал до потери пульса. Ведь он по уши в тебя влюблен, сестренка и, если бы тебе грозила опасность, а она бы точно грозила, Деметрис бы перегрыз горло голыми зубами любому подонку.

Наши пальцы переплелись. Темнота, такая уж ирония, открыла не только наши потаенные страхи, но и распечатала сундук с тайнами.

– Ваши добрые побуждения, Мия, привели к тому, что помимо памяти, я потеряла себя саму. Я запуталась. Я не понимаю кто я…

У лестницы скрипнул пол. Я и Мия прижались друг к другу. Бежать бессмысленно. Скорее всего охрана убита. Собакам тоже крышка.

Тяжело дыша, мы ждали того, кто крался подобно голодному монстру.

– На твоем месте, я бы ничего не хотела вспоминать. Пора признать, что наша жизнь – отстой, Рута. И либо надо рвать когти, либо надо уже смириться с тем, что творится вокруг и не пытаться что–то исправить. Я выбираю первый вариант. Я люблю тебя, сестренка, но я не смогу просто смотреть на происходящее дерьмо и улыбаться. Как наша мама, которая встретила смерть в психушке.

– Мия, – я обняла её. Она меня тоже, – и я тебя люблю.

Раздался выстрел. Негромкий. Стрелявший воспользовался глушителем. Я вскрикнула. Мия толкнула меня прямо на диван и присела. Я забилась в уголок, беспрестанно шепча: Мия, Мия, Мия.

В окно справа влетел мужчина с двумя пистолетами и пули полетели одна за другой. Я видела их оранжевые всполохи и слышала гулкий свист.

Мия обхватила мою лодыжку и стянула меня вниз. Я ударилась виском о ребро стола и широко раскрыв глаза провалилась в черную бездонную пропасть…

– Я клянусь, что сделаю всё, ради неё.

Размазанный силуэт Деметриса то и дело сливался с белыми больничными стенами. На улице шел ливень. Моих сестер поблизости не было.

– Ты понимаешь, на что идешь, Кан?

Грубый голос Костаса и его слегка враждебная улыбка не шелохнула босса Черной сотни. Деметрис держался уверенно и серьезно.

– Да, я все понимаю. Я уже продумал детали. Напичкал дом ее шмотками и нашими типа семейными фотками. – Прилизал рукой темные волосы. – Как только ей станет легче, я все расскажу. К тому времени, она влюбится в меня также сильно, как и я в нее. И правда не ударит ей в самое сердце.

– Ты безумец, – Костас притормозил его за плечо, – влюбленный идиот.

– Не тебе меня судить.

– Я и не сужу. Я всего лишь говорю, что держать любимую женщину в неведении и выдавать желаемое за действительное – это цинично. И твою мать, жестоко.

– Мне плевать на всё. Я не отпущу ее, пока не покончу с Кодоной.

Деметрис откинул руку Костаса и схватился за голову.

– Не нужно было похищать его сестру. Разобрались бы с ним по–старинке.

Наступило молчание. Деметрис подошел к моей кровати, ухватился за закруглённую спинку у ног и посмотрел на меня с любовью, которую я никогда прежде не чувствовала…