38

Я решаю действовать по обстоятельствам. В планах сделать многое, задач невероятное количество, но я отодвигаю все на задний план и приступаю к детальной проработке плана номер один: спасению Джинджер.

Это даже немного смешно – насколько быстро и круто поменялись мои ориентиры, мои приоритеты с тех самых пор, как только я ее увидел.

Заказчик хочет получить доказательства смерти Джинджер Пристли, чтобы дать мне второе задание – убийство ее матери. Я же хочу сделать все быстро, и сам очень спешу, хотя понимаю, что спешка в этом деле недопустима, очень часто только благодаря нехватке времени или эмоциям мы можем упустить важные детали, которые губительно скажутся на исходе всего дела.

Но…

Времени у меня и правда крайне мало.

Моя стая, стая убитого Амодея нуждаются в альфе, сильном, не имеющем ни одного темного пятна на душе, и потому мне нужно срочно все решить с Джиндж, определиться с ее жизнью и вернуться в свой замок снова сильным и уверенным в своей непогрешимости волком.

Сейчас мы летим на небольшом вертолете с нашего прекрасного острова, и, видит Луна, мне жаль менять дислокацию, расставаться с этим местом, потому что именно здесь я сполна ощутил настоящее счастье.

Просыпаться рядом с той, кто заставляет твое сердце биться чаще, заботиться о ней, - не то, конечно, о чем я мечтал всю жизнь. Но именно наличие рядом пары, которую, возможно, я однажды наберусь смелости и назову истинной, безусловно делает мою жизнь ярче и интенсивнее, чем она была до этого.

 Как будто бы в моей темной комнате зажегся свет. И я сделаю все, чтобы сохранить этот свет, чтобы он не погас. И сделаю все возможное для этого.

Мы приземляемся недалеко от дороги, где Анджей заказал для меня машину. Я прощаюсь с пилотом – Туком – машу ему рукой, и он взлетает вверх буквально сразу же, как только моя нога касается земли.

Джинджер ежится от ветра, прячется от мелкого мусора, поднимаемого лопастями небольшой машины и обхватывает себя руками. Я приобнимаю ее за плечи своей большой рукой, снова и снова удивляясь тому, насколько в такой маленькой, невысокой девчонке таится характера и силы воли. Веду ее к машине.

Как я и приказал Анджею в телефонном разговоре, ключи от «кадиллака» лежат под козырьком от солнца. Завожу мотор и мы выезжаем на дорогу. Включаю негромко музыку и пытаюсь сосредоточиться на дороге.

— Итак, какой у нас план? — Джинджер теребит край льняных шорт, которые нашлись в моем шкафу на острове и поправляет широкий ворот мешковатой и очень большой для нее белой футболки, спадающей платьем. На ней нет белья – от него просто ничего не осталось из-за моей некоторой…несдержанности…и потому я вижу очертания ее красивой идеальной формы груди с дерзкими сосками, напрягшимися от моего пристального внимания.

С трудом, но снова перевожу взгляд на дорогу.

— Рассекретить место расположения своего острова я не могу, поэтому нам пришлось лететь в совершенно другой штат. Здесь мы инсценируем твое убийство.

— Инсценируем? — она щурится на солнце, но не переводит на меня свой потемневший взгляд. Я вместо ответа нашариваю ее руку на коленях и сжимаю ее. Потом подношу к своим губам, целую тыльную сторону ладони и едва заметно прикусываю, игриво, большой палец с красным маникюром.

— Неужели ты думаешь, что я тебя кому-то отдам? Ни смерти, ни другой жизни без меня, ни-ко-му, — говорю уверенно и краем глаза оцениваю ее реакцию на эти простые слова.

Джинджер на минутку задумывается и вдруг расплывается в счастливой, радостной улыбке.

— Я знала, что ты не устоишь против моего обаяния, — хихикает она.5ebdbc

— Принцесс, ты не представляешь, насколько, — говорю, добавляя в голос ехидцы, но она даже представить не может, насколько сказанное – правда. Против ее обаяния, запаха, красоты, одному мне понятной пульсации крови, предназначенной для меня девушки устоять нельзя, и только теперь я это понимаю. Бегать от этого влечения и притяжения было глупо, нужно было укусить ее уже в замке, присвоить себе, но тогда я был слишком занят другим…

— Сейчас мы приедем в гостиницу на краю города. Она довольно большая, однако в ней не так много постояльцев на сегодняшний день, — поясняю ей свой план. — И там на глазах у всех мы тебя и «убьем», — беру последнее слово в виртуальные кавычки двумя руками, оторвавшись от руля на мгновение.

Мы едем по полупустой дороге, Джинджер открывает все окна и высовывает руку из машины, словно ловя ветер за хвост. Волосы ее развеваются, и прекраснее зрелища я не видел никогда. Но, что примечательно, этот разговор, в котором мы буднично обсуждаем ее смерть, хоть и мнимую, не пугает и не страшит ее. И тогда я понимаю главную и прекрасную вещь: девушка действительно стала моей.

Из скромницы и домашнего цветочка она в мгновение ока превратилась в розу с шипами, открыв свое сердце и натуру под действием обстоятельств, и это не может не радовать меня. В моей жизни так много разных темных ситуаций, что они в мгновение ока могут погасить свет в любом человеке, и только тот, в ком есть хотя бы капелька тьмы, сможет выдержать прессинг обстоятельств моего настоящего.

— Насколько все это опасно по шкале от одного до десяти? — невинно хлопая ресницами задает она вопрос, который таится в ее душе уже очень давно.

И я спешу в очередной раз ее заверить, что все под моим контролем, с прикрытием издалека некоторых членов моей стаи, а это значит, что ни один волос не упадет с ее прекрасной головы. На самом деле, опасность грозит скорее мне, чем ей – здесь меня могут опознать как оборотня, но я взял с собой таблетки, которые разрывают связь с сущностью волка, и так я смогу мимикрировать под человека не привлекая внимания. Жаль только, что действие лекарства довольно долгое, и я смогу прийти в себя не скоро. Но мне нужно рискнуть ради нее.

В кармане начинает вибрировать телефон, и я беру трубку, перевожу разговор на громкую связь.

— В отеле «Вереск» почти все готово. Вам забронированы разные номера, никто и не подумает, что вы знакомы. Главное - не попасть под камеры слежения с машиной, — рапортует Анджей. Как бета стаи в этих непростых условиях он справляется просто прекрасно, и я делаю себе пометку о том, что нужно будет его отблагодарить после…После того, как эта нервотрепка завершится. — Джинджер нужно будет оказаться после двенадцати дня в холле на первом этаже, там как раз соберется новый заезд в гостиницу, будет много свидетелей.

— Как насчет того, что нужно будет опознавать? — не хочу при Джинджер называть слово «труп», но она, кажется, понимает, что таится между строк и вздрагивает.

Анджей будто бы качает головой, и тут же отвечает:

— Опознавать будет нечего. Девушка спустится, встанет напротив часов, раздастся взрыв. Она не пострадает – на секунду опустится клетка, которая ее прикроет в клубах дыма, а после ей нужно будет только выбраться из нее и быстро улизнуть на улицу, спрятаться в машине. Тебе же нужно будет только провести съемку, трансляцию, а после уехать. Главное – позаботиться о том, чтобы на видео был именно твой голос, комментирующий происходящее. Тогда заказ будет считаться выполненным, помнишь?

Я киваю и потираю подбородок, на котором начала пробиваться щетина, большим и указательным пальцами.

— План ясен! — говорит Джинджер и поворачивается ко мне всем корпусом. — Но кто? Кому нужно, выгодно то, что бы я пострадала, а потом и мама?

— Есть несколько вариантов, — говорит Анджей, но я его прерываю. Мне нужно сказать об этом лично.

Накануне при подготовке операции мы с Анджеем и представителем моей лаборатории много обсуждали план операции, спорили по ходу дела, и пришли к некоторым выводам.

— Мы думаем, — кашлянув, говорю я, поглядывая на Джинджер немного виновато. — Что за всем этим стоит Уильям Росс, друг вашей семьи, бывший товарищ твоего отца.

Она округляет губы, глаза, и видно, что от этой новости девушка полностью шокирована и даже немного дезориентирована.

— Не может быть! — Джинджер пытается осознать эту новость, а я мысленно вспоминаю всю информацию по поводу этого человека, что пришла мне на телефон от моей команды специалистов. — Не может быть!

Пока Джиндж пытается переварить шокирующую новость, я обращаюсь к Анджею:

— Что с кланом Амодея?

Бета замолкает на секунду, и эта заминка мне о многом говорит. Не все волки признали мою власть после того, как я распорол брюхо альфы их стаи и перегрыз горло его сыну, который планировал стать его преемником. Даже то, что я завыл волком во время боя в ходе нападения на замок в человеческом обличье, подняв над собой шерстяное тело поверженного врага, произвело впечатление не на всех. Но это и понятно. Я бы тоже так поступил.

— Держи их всех под наблюдением в карцере, — отдаю четкий инструктаж. — Скоро я вернусь и предложу им последний раз играть за мою команду.

— А если будет отказ? Мы их ликвидируем? — после небольшой паузы спрашивает Анджей.

— Нет, — даже не замешкавшись, отвечаю я. — Пять наших таблеток одновременно, и они полностью разрушат связь с волком. Останутся оборотнями без возможности переворота.

Анджей ахает. Джинджер непонимающе хлопает глазами. В этом разговоре только оборотни понимают, насколько это страшное наказание – когда все тело ломает в попытке перевоплотиться, но внутренний зверь не приходит на зов и ты медленно умираешь в облике человека, так и не ставшего волком.

Бэд Соул не убивает просто так. Бэд Соул мстит.