Глава 2

Ева Мне снилось, что я лежу животом на раскалённом песке и нежусь под золотым солнцем. Рядом шипит море, кричат и щёлкают клювами чайки… Вот только звук был такой, будто клювы у них не иначе как металлические. А кричат они уж слишком по-кошачьи… Да и песок какой-то совсем не мягкий, а очень даже твёрдый – рельефный… особенно если провести по нему ладонями – вверх, вниз… Ой! А это что такое? Щёку обдал тёплый ветерок. – Шиастр шсцрок… – раздалось над ухом. “Местные что-то продают?” – недовольно подумалось мне. Я уже хотела ответить, что мне ни бусы, ни креветки – ничего не надо… но тут флёр сна стал немного развеиваться. Пришло осознание, что никак не могу быть у моря. А значит, и никаких “местных” тут нет! Я чуть приподнялась на локтях и испуганно распахнула глаза. И увидела прямо перед собой два золотых солнца… Точнее, то, что во сне я принимала за солнце! А на самом деле это были два золотых глаза, очень холодно и внимательно изучающие моё лицо. “Это тот – вчерашний незнакомец”, – родилось в моём сонном ещё сознании. Тёмных разводов на лице у незнакомца больше не было… – что было хорошо. А плохо было то, что я лежала на нём, будто на диване, а он собственнически придерживал меня за талию, чтобы я не скатилась. Сейчас уже был день. Солнце заливало гостиную светом, проникая через окна. В памяти хаотично всплывали события предыдущей ночи. Секунду происходило осознание. Потом адреналин взвился до небес. Я вскрикнула, вскакивая с мужчины – он отпустил меня сразу – так что я буквально отпрыгнула от него… точнее, попыталась! Но зацепилась носком за выбоину в полу, едва не навернувшись. Мою талию тут же обвил хвост, спасая от падения, отчего мой крик превратился в задушенный визг. Отпихивая хвост, я едва не лишилась чувств от шока. Особенно когда осознала, что мои ноги не касаются пола! А мужчина – ещё вчера умирающий – уже встал и держит меня хвостом прямо на весу. Ростом он был огого, как и шириной плеч! И держать меня ему явно не доставляло никакого труда. Воздух кончился, и крик тоже. А мужчина, как ни в чём не бывало, шагнул к дивану и усадил меня туда. Расплёл хвост и, уставившись на меня, угрожающе-шипяще спросил: – Шсцрок листрсцшш шсцкек? – И цмек и шмек, – нервно закивала я, сжимаясь на диване. – Рада, что с вами всё хорошо. Это, кстати, я вас спасла. Но благодарностей не надо. Выход там! – и я показала на дверь. Мужчине это не понравилось. Недовольно махнув чёрным хвостом, он сощурил золотые глаза. Скрестил руки… – они, кстати, полностью состояли из одних мышц, так и бугрились под его обтягивающим лётным костюмом. Он что, одним белком питается и из зала не вылезает? Пропорции как у скульптуры, только шире и больше. Где вообще таких мужчин делают? А без хвостов там бывают? И чтобы по-нашему говорили? Я бы одного такого себе заказала… Впрочем – закажешь – потом не выпроводишь! Господи, о чём я вообще думаю? Это всё нервное! Дыра на одежде незнакомца, кстати, тоже заросла. Похоже, не только мужчина был самовосстанавливающимся, но и его прикид. Удобно, ничего не скажешь. Версии о том, кто он – сократились до “пришелец” и “галлюцинация”. Впрочем, галлюцинация не смогла бы так испортить паркет. – Пивор? Ааноор? Деоок-ро? – снова что-то произнёс незнакомец, мрачно вглядываясь в моё лицо. Каждое слово казалось страннее предыдущего. Я замотала головой, показывая, что не понимаю. – Нот андерстэнд, – на всякий случай попробовала я на английском. А потом на испанском. – Но компрендо! Незнакомец наклонил голову в каком-то хищном жесте. А потом почему-то оскалился, показав удлинённые клыки, прошипел что-то короткое, как будто ругательное. Развернулся и пошёл… но не к двери, а к окну. Выглянул так, будто ожидал, что там засада – немного из-за угла. Также посмотрел и в другие окна. Потом по-хозяйски прошёлся по гостиной, заглядывая в шкафы. Найдя тостер, покрутил его в руках. Осторожно поставил на место, будто это как минимум бомба. Заглянул в холодильник… Перетрогал все мои скромные продукты, а обнаружив в контейнере вчерашние сырники – без зазрения совести закинул их в рот. Прожевал, проглотил. И скривился. “Ах ты гад!” – внутренне возмутилась я. И пока офигевала от наглости хвостатого, он уже закрыл дверцу и по лестнице поднялся на второй этаж. “Дурдом на выезде!” – билась в моей голове единственная здравая мысль. И что самое нелепое – больше всего было обидно за сырники! Я их, между прочим, и сама съесть хотела. А этот ещё и поморщился! И вообще – чего он здесь обход делает, осматривается – будто кот, попавший в новый дом? Я его оставлять не собираюсь. Он уже и так – пол испортил, еду погрыз – ну чисто дикий зверь! Но вряд ли выгнать его будет так же просто, как того енота… Скорее уж это он меня выселит. Я бы даже с радостью! Да только мне идти вообще некуда. Что хорошо – вроде этот хвостатый ликвидировать меня не собирается. Что плохо – это ещё точно не известно. Пока я сидела и крутила в уме варианты – мужчина уже вернулся с обхода – всё такой же мрачный. Глянув на меня, недовольно щёлкнул хвостом. И вроде собирался, наконец, пройти к выходу… как вдруг в гостиной раздалось возмущённое шипение. Выгнув спину, мой глупый кот отчаянно шипел на незнакомца, впрочем, не рискуя выйти из-под стола. Я заторопилась встать, чтобы поймать Мио. А то ведь ему достанется! Но мужчина остановил меня жестом. А потом сел на корточки напротив кота… – Ширст шшшио? – вежливо спросил он, обращаясь к Мио.