Глава 9

Я проснулась от тёплого движения по запястью.

Не от звука, не от тревоги — от этого почти невесомого прикосновения, на которое мой резерв, до сих пор слишком чувствительный после обряда, откликнулся раньше сознания. Знак под кожей вспыхнул мягко, как сонное дыхание. Да, это он. Рядом. Ночь не приснилась. Храм не приснился. И этот невозможный, слишком быстро ставший жизненно важным мир тоже никуда не исчез.

Я лежала ещё несколько секунд с закрытыми глазами, прислушиваясь.

К себе. К Храму. К нему.

Под камнем текли жилы Май-Нур — медленно, глубоко, как кровь у огромного живого существа. В воздухе стояли соль, влага и тонкий запах травяного настоя. Где-то в соседнем помещении зазвенела вода, и этот звук прошёл по моим каналам почти так же отчётливо, как по слуху. Внутри всё ещё было непривычно просторно. Будто ночью во мне расправили то, что долгое время было насильно стянуто.

А поверх всего этого была его ладонь. Тёплая. Большая. Спокойная.

Я открыла глаза.

Ариан сидел рядом с ложем, уже собранный. При дневном свете его волосы казались ещё светлее — золотисто-пшеничными, мягкими, почти сияющими в бледном храмовом свете. Даже сейчас, ещё не зная толком, что в нём считается обычным, а что нет, я ясно чувствовала его инаковость. Не только из-за того, как в нём двигалась сила. Просто рядом с ним всё время было ощущение едва заметного несовпадения с этим миром — как будто он принадлежал ему не полностью.

Он заметил, что я очнулась, и чуть подался вперёд. На долю секунды в его лице мелькнуло что-то совсем незащищённое — облегчение, почти болезненное по своей искренности, — но тут же ушло под обычную приветливость.

— Ты вернулась быстрее, чем говорили почтенные левайит, — тихо сказал он.

Я медленно села, опираясь на ладонь. Голова не кружилась. Тело больше не ломило, как после шторма и ритуала. Только внутри всё ощущалось иначе — шире, глубже, чувствительнее.

— Если честно, я боялась, что после такой ночи проснусь как минимум новым видом морской флоры, — пробормотала я. — Но, кажется, пока ещё человек.

Уголки его губ дрогнули. И вместе с едва заметной улыбкой снова показались боковые клыки — хищные, чуть длиннее человеческих, которые у него почему-то не пугали меня совсем. Наоборот. Было в них что-то почти обезоруживающе очаровательное. Хотя я уже успела убедиться: у остальных русалок, по крайней мере у жриц, эта особенность выглядит не мило, а угрожающе. Слишком явно напоминает, что перед тобой не мифический, романтизированный некоторыми, народ глубин, а древние морские хищники, научившиеся строить цивилизацию.

— До флоры ещё далеко, — сказал он. — А к фауне ближе, — он подмигнул.

Я покачала головой, улыбнувшись. Он встал, помог мне подняться. От этого простого соприкосновения знак снова отозвался, и я в который раз подумала, что пора перестать вздрагивать от собственной реакции на него. Не выйдет.

В покоях уже ждали.

Не те три левайит, которые были со мной в Май-Нур этой ночью, а другие — в длинных светлых одеждах, с серебристыми то ли просто узорами, то ли символами на ключицах и запястьях. Они почтительно склонили головы. Их лица были прекрасны — слишком правильные, как часто бывает у тех, кто веками отбирает красоту как знак благословения рода. Но, как только они приблизились, я ощутила странное внутреннее несоответствие. Не страх. Не явную угрозу.

Скорее лёгкое отталкивание на уровне структуры. Мои каналы, ещё не до конца привыкшие к новой чувствительности, не раскрывались им навстречу. В них было что-то натянутое, хотя внешне движения оставались мягкими. Их энергия текла ровно, но местами словно проходила через искусственно выпрямленные участки — слишком гладко, слишком правильно. Я не смогла бы объяснить это ни одному академическому магистру, не скатившись в мистический бред. Но ощущение было отчётливым.

Май-Нур дышал естественно. Эти жрицы — будто по выученному рисунку.

Я молча отметила это и пока не стала делать выводов. Наверно моя внутренняя структура ещё не пришла в норму.

— Приветствуем отмеченную и принятую силой Май-Нур. Мир благословил тебя. Океан примет тебя в свои глубины. — жрицы были почтительны и невозмутимы.

Одна из них принесла мне мою форму — очищенную, высушенную, почти восстановленную, насколько вообще можно восстановить одежду после угона корабля, шторма, крушения и знакомства с мифологической реальностью. Поверх формы подали лёгкий длинный плащ из полупрозрачного с розоватыми прожилками материала. Он был гладким и упругим. Больше похожий не на ткань, а на что-то органическое. Уняла свою фантазию, поскольку меня едва не передёрнуло. Капитан золотого ранга не может себе позволить чисто женскую брезгливость. Тем более перед представителями иной цивилизации. Если сделано из внутренних мембран океанский чудищ, значит так и будет. Вполне симпатичная вещица. Модницы в Империи заинтересовались бы.

Затем одна из жриц протянула мне что-то похожее на широкое колье, созданное будто бы из кости. По центру был врезан светлый полупрозрачный камень. Пока неактивный, судя по отсутствию отклика энергии. По этой пластине, которая цепляется вокруг шеи, вдоль края шли витиеватые узоры, которые повторялись. Это не были привычные мне печати, но суть угадывалась привычная. Мне, как весьма успешной в применении и создании печатей, была очевидна структура.

— Для пути к Дому Тэйл-Наар, — сказала жрица. — Камлан-тан, даст возможность дышать под водой. Также он защитит тебя от силы давления вод Океана. Когда мы будем входить в Океан, прикоснись к камню, просто надели его своей искрой. По мере того, как потом будут тускнеть сеалыможешь снова касаться и наделять камень искрой.

— Благодарю, почтенные жри… левайит. — я исправилась и уважительно склонила голову.

Как я и думала, узоры — это тоже разновидность печатей, только более природная, мягкая. Сеалы. И я буду заряжать их своей энергией. Удобно. Почти такой же принцип действия, как у моей печати подводного дыхания на браслете. Отлично, у меня есть возможность ощутить на себе принцип работы технологии совершено иной культуры! Внутренне я уже потирала свои конечности. Снаружи при этом остался бесстрастный капитан.

Ариан взял у жрицы камлан и закрепил его на моей шее. Он приятным весом лёг вокруг шеи на ключицы. Из-под него виднелся золотистый амулет души моего хвостатого. Не стала прятать его под мундир. Ариану будет приятно наверняка.

Умывание, короткая трапеза, быстрый обмен несколькими фразами со жрицами — всё прошло без лишних церемоний. Нежный розовый рассвет уже наползал на скалы, когда мы покинули внутренние покои храма.

На рассвете Храм Май-Нур был не менее прекрасен, чем ночью, но иначе. Тогда он дышал луной. Теперь — солнцем. Бело-серебряный камень острова отливал холодным перламутром, дорожки между уступами были влажными от ночного тумана, а внизу, у самой воды, уже ждал наш «транспорт». Ариан подготовил меня заранее. Морально. Волновался, чтобы я не побоялась. Но меня даже таким сложно удивить. Внутренне я всегда готова к неожиданностям.

Ему хватило одной моей поднятой брови, и он прекратил суетиться. И улыбнулся мне, сплетя наши пальцы, на что печати нашего союза закономерно наполнились тихим сиянием. Видимо, он хотел обо мне заботиться как о нежном цветочке, периодически выпуская из виду, что я бывалый военный командир. Но, если честно признаться, глубоко внутри, конечно же, мненравилось быть рядом с ним нежным цветочком.

Мы вышли их храма с другой стороны. Не той, через которую мы пришли в него. Здесь путь оканчивался обрывом. Сбоку к самой воде вилась широкие каменные ступени, украшенные ритуальной резьбой. Но путь оттуда по лестнице — для левайит. Атуда — только нырять.

Под нашими ногами в воде уже виднелись тёмные силуэты. Они кружили как акулы в ожидании добычи. Пока что было очевидно, что они точно в два раз длиннее обычного взрослого человека. Ариан крепко сжал мою руку, затем, глядя мне в глаза, медленно поцеловал внутреннюю сторону запястья. Я вздрогнула от такой ласки. Простой и в тоже время невероятно интимной. В его глазах, не прекращая, мерцали золотистые искры. Я ощутила столько в нём нежности, что захотелось сделать так самой. Внутренне сгорая от смущения, не отрывая от него взгляд, я потянула его руку и приложила его ладонь к своей щеке. Он удивился, замер на несколько мгновений. Затем раздался первый тихий всплеск — это одна из жриц, как была в своих одеяниях, так и нырнула с обрыва в Океан.

Русал нехотя убрал ладонь. Улыбка пропала с его лица. Он серьёзно мне кивнул. Кажется, он волновался больше меня. Я ему кивнула в ответ. Готова. Старалась не думать о том, что, вполне вероятно, это просто ловушка. И эти создания нас просто сожрут. И глубокие изумрудные воды Океана ненадолго окрасятся в неуместный алый цвет нашей крови, а затем пейзаж снова примет свой прекрасный вид, и ничто не будет напоминать о нашем существовании.

Стоп! Кажется, меня понесло немного не в ту сторону. Я встряхнула головой. Ладонь Ариана плотно обхватила мою. Второй рукой я коснулась камня на камлане. Глубокий вдох, и медленный выдох, вместе с моим выдохом камень начал мерцать, а за ним и линии сеалы стали загораться изнутри моей искрой. Ярко. Энергия легко потекла через мои каналы. Как никогда прежде. Я поспешила остановить поток энергии, чтобы ненароком не взорвать накопительный кристалл. И ощутила на каком-то глубинном уровне, что камлан заряжен, наполнен моей энергией под завязку. А раньше мне нужно было бы вызвать матрицу предмета, что увидеть его структуру и заряд. Если мне удастся вернуться домой в Империю, это будет прорыв в науке и философии понимания природы искры.

— На счёт три, — сказала я. — Один, — мы подошли вплотную к обрыву. — Два, — я привычно сделала глубокий вдох, хотя у меня был камлан. — Три, — мы синхронно оттолкнулись от скалы.

Короткий полёт. Я капитанчиком вошла в воду прямыми ногами.