Глава 5

Виктория Штерн

Из кабинета начальства я вылетела, как пробка из игристого вина, которое встряхивали несколько минут. Неслась так, что и высокие шпильки больше не мешали, и длина платья не смущала. И вообще…

Гад! Мерзавец! Извращенец!

Издевается, выводит из себя! Игру какую-то затеял! Опять нагрузил тучей мелких поручений, которые лишь косвенно относились к моим обязанностям.

Да еще и этим чертовым договором попрекнул!

Да, я знала об этой хитрой особенности, да только в тот момент это не имело никакого веса. А теперь… Чертов Камберт! Да чтобы ему до конца жизни икалось! Чтобы на него только самые косые и кривые смотрели, и то только из-за дефекта! Да чтобы…

Раз. Два. Три. Выдох.

Надо успокоиться. Я не должна показать ни одного своего настоящего чувства в этом гадюшнике. Они не дождутся ни одной эмоции от Виктории Штерн.

Трезво мыслить. Холодно. Только так с ним можно общаться. Только так и никак иначе.

Мерзавец!

Я одергивала себя, чтобы не применить к этому мужчине более тяжелые словечки. Все же мама воспитывала меня хорошо, и я не опущусь до таких выражений. В память о ней.

В воспоминания ворвался тот последний день. Наполненный счастьем, солнцем и летним теплом. Мама готовила тогда лимонный пирог, такой же, как совсем недавно сделала Анита. А папа явился с работы раньше времени. За ужином сообщил, что их отправляют в командировку. Лучших военных, релэйноров восьмой ступени. Тех, кто практически достиг вершины.

Тому, чего они смогли добиться, не учили в академиях и на курсах. О подобном нельзя было вычитать в интернете или услышать на улице. Все, чего достигли Марк и Илана Штерн, целиком их заслуга.

Получи я сейчас орис, смогу его использовать полноценно только на три ступени. Только базовые бытовые умения. Только то, что запрограммировано в орисе.

Чтобы начать лечить, заглядывать в будущее или общаться на расстоянии без телефонов, мне потребуется подняться на четвертый или даже шестой уровень. А чтобы отразить нападение грабителя в подворотне — на седьмой. Получи я восьмой, смогу пойти по тропе военного.

Тех, кто перешагнул базовые ступени, за глаза называли сверх-людьми. И что-то в этом было от истинного.

Ведь до шестого можно подняться после дорогостоящих курсов. А вот выше… Выше только самостоятельно. Длительными изнурительными тренировками, пробами и ошибками.

Наши с Анитой родители это смогли. Стали лучшими военными нашего времени. Были теми, кого любили и кому хотели подражать.

Но потом власти отправили их на задание в горячую точку…

Тот день отложился в моей памяти до последней детали. Я помнила улыбку мамы, настороженность во взгляде отца. Их слова, запах выпечки на кухне поместья и смех маленькой Аниты.

Тогда они уехали, оставив нас на попечение няни. И попросили меня присмотреть за сестренкой.

И я не подведу их. Никогда не подведу.

Слезы против воли выступили на глазах, но я смахнула их и пробудила вежливую легкую улыбку, которая должна стать моей маской. Я докажу этому Камберту, что он играет не с той. Что он очень сильно ошибается на мой счет. Для какой бы игры я ему ни понадобилась, так просто ему меня не сломить!

Сегодня я опять выполняла одно глупое поручение за другим: назначала встречи, собирала документацию и отвечала на его звонки. Забрала половину работы у Оливии, чем существенно облегчила ей жизнь. Девушка даже, казалось, начинала хорошо ко мне относиться. Но я не покупалась на ее улыбку, хотя кофе мы несколько раз вместе пили.

— Виктория!

Я как раз пробегала через приемную, когда она вновь меня окликнула.

— Да?

— Обеденный перерыв через десять минут. Как ты смотришь на совместный поход в «кролика»? — поинтересовалась секретарша Камберта, поднимаясь со своего места и оглаживая слегка помявшуюся на бедрах юбку.

— Я уже перекусила, Оливия. Спасибо, — солгала я, не моргнув глазом, и благодарно улыбнулась.

— Ну, тогда в следующий раз, — согласилась она. Замерла на мгновение, уже собираясь что-то сказать, но трель моего мобильного спасла от ожидания. — Прошу прощения. Слушаю!

Оливия лишь дернула уголком рта и медленно, словно обеденный перерыв продлится целую вечность, поплыла в сторону лифта.

Ох, хотела бы я уметь так легко и непринужденно вилять бедрами! Вроде и просто идет, а взгляд-то приковывает!

— Виктуша-а-а, — пропел мне в ухо динамик, а я аж вздрогнула, мигом переключая свое внимание на собеседника.

От Оливии настолько сильно хотелось избавиться, что я даже на взглянула на дисплей. И теперь об этом успела пожалеть.

— Что тебе нужно, Тимур? — я смогла произнести его имя непринужденно и холодно.

— Вижу, что ты не рада меня слышать, шлюха Рикардская, — фыркнул этот щенок. — А зря, малышка, очень даже зря. Знаешь, что я с тобой сделаю, когда ты приползешь ко мне просить прощения за увольнение отца?

— Оставь свои фантазии себе. Я понятия не имею, о чем ты говоришь.

— Так уж и не имеешь? — яд прямо сочился из его слов. Можно было выжимать и использовать для устранения противников. — Не ты ли сейчас раздвигаешь свои прекрасные ножки перед Рикардом Камбертом? Решила, что он будет лучше меня?!

— Тимур, обратись со своими проблемами к специалисту. И забудь этот номер.

— Я тебе это еще припомню, Виктуша. Так и знай.

Сбросив вызов, я резко выдохнула и открыла блокнот. Из памяти уже совершенно выветрилось, куда я шла и кому что должна была занести.

— А почему ты не на обеденном перерыве?

Да что же это такое?! И поработать не дают!

Резко повернувшись, я наткнулась взглядом на стоящего в дверях босса. В приемной кроме нас двоих никого не было.

— Слишком много работы, господин Камберт. Не до обеда.

— Не рассказывай про работу, — он шагнул ко мне, забрал блокнот и, захлопнув, положил на стол Оливии. — Пойдем. Сегодня ты составишь мне компанию за обедом. Заодно посмотрю на твои манеры. Если тебя нельзя взять с собой на светский прием, то придется выворачивать из твоей зарплаты на эскорт-девушек.

После последнего даже спорить перехотелось. Неизвестно сколько этих самых приемов планируется за месяц и хватит ли всей моей зарплаты на эти затраты. Рикард нетерпеливо дожидался пока соберусь и постоянно поглядывал на часы.

— От обеденного перерыва осталось двадцать минут, — произнес он, когда я выудила из сумки расческу.

— Раз вы так хорошо разбираетесь в женщинах, господин Камберт, пора бы и привыкнуть, что они немного опаздывают.

— Ты правильно заметила, Тория. Речь о женщинах. А ты моя помощница. Так что хватит тратить мое время!

Мне впервые удалось увидеть эмоцию на его лице. Кратковременную и яркую, как вспышка молнии.

Шикарно! Чертовски шикарно.

Считая это своей маленькой победой в большой игре, я направилась вслед за начальником. Путь к лифту пролегал через несколько сквозных офисных помещений. И все это время я ловила взгляды, что бросали особи женского пола: на Рикарда — влюбленные, на меня — завистливые.

Но мой босс этого, кажется, даже не замечал. Шел впереди и разговаривал с кем-то по телефону. А орис на его руке ловил солнечные лучи и превращал в блики.

Только когда створки лифта сошлись, мужчина сбросил вызов и протянул мне одну из двух папок, которые нес.

— Там личные дела моих бывших. Ты должна изучить их и сделать все возможное, чтобы мы с ними не пересеклись. В этом месяце у троих из них дни рождения. Твоя задача составить хороший букет и отправить его с курьером на дом имениннице. В записке пишешь своей рукой «За лучшее время».

Смех сдержать я смогла, а вот фыркнуть все же фыркнула.

Так вот почему его все таким идеальным считают! Он даже о своих бывших помнит. Интересно, сколько их у него было? Папка-то увесистая.

— Я сказал что-то смешное, Тория?

— Нет. А не будет ли такой жест рассматриваться, как попытка вернуть прошлое?

— Не будет. Для того и пишется записка. А еще все мои бывшие знают, что дважды я ни с кем в отношения не вступаю.

— Логично-логично, — согласилась я, кивая головушкой и пытаясь угадать, сколько же в этой папке имен.

Рикард только пренебрежительно хмыкнул и первым вышел из лифта. Я думала, что сейчас мы покинем здание, сядем в машину и куда-то поедем. Но мужчина свернул в один из коридоров и уверенным шагом направился вглубь.

Ресторан, открытый специально для работников «Виджилас орис», был надежно спрятан от глаз прохожих. В помещении царил полумрак, на столиках возвышались подсвечники, пахло мускатом. Это заведение казалось созданным для вечерних интимных свиданий, а не для перерыва на обед.

И в чем-то я даже была права. Потому что из двадцати столиков занят оказался только один.

— Немноголюдно…

— Чтобы пообедать в таком месте, надо иметь хороший доход, — ответил Рикард, походкой хозяина жизни приближаясь к одному из столов. — Но «Виджилас орис» ценит своих сотрудников. Потому минимум треть тут едят каждый день. Как тебе этот?

— Как и все остальные, — сухо ответила я, глядя на предложенный столик.

— Не язви, девочка. Сейчас ты моя спутница на светский вечер. Забыла?

— О-о-о, ну в таком случае, — я откашлялась и томно опустила взгляд. — Твой вкус как всегда прекрасен, милый.

— Перегибаешь, — поломал всю мою игру Камберт и отодвинул для меня один из стульев.

Я и сама понимала, что местами перегибаю и веду себя как ребенок. Но не могла не ответить на его подколки и издевки. Все же уязвленное самолюбие не самый лучший помощник в общении с начальником.

Но с каждым таким разом я все больше убеждалась в собственных догадках. Будь ему нужна просто личная помощница, он бы уже послал меня и разорвал договор. Который, к сожалению, разорвать может только составитель. Не терпел бы таких выходок и ответов.

Но ему нужна была Виктория Штерн.

— Заказываю я, — осадил меня мужчина, когда я открыла лежащее передо мной меню.

— Как скажете, господин Камберт, — я больше не рискнула обратиться к нему на «ты» и уж тем более назвать милым.

Таким он точно не являлся.

К нашему столику подошел официант в черном фраке и при бабочке. Представился, выслушал Рикарда и поспешил передать информацию поварам. А мой босс поднес руку к потушенным свечам в тяжелом подсвечнике, вспыхнуло пламя, лизнуло мужские пальцы.

— Вау, — выдохнула я и только потом прикусила язык.

— Как легко тебя удивить, — высокомерно протянул Камберт.

— Меня удивили не вы, а цвет пламени на этих свечах, — парировала я.

— Да? — недоверчиво усмехнулся мужчина. — И что же в нем необычного?

— Оно розовое на кончиках, — не моргнув, объяснила я. — У обычных свечей такого не встретишь. В них что-то добавлено. Или это особенность пламени, зажженного с помощью орисной энергии.

Рикард не ответил, а я открыла выданную мне папку и углубилась в чтение.

Как нам подали блюда и вино, даже не заметила. Настолько сильно увлеклась личными делами бывших любовниц моего временного босса. Цвет глаз, волос, тембр голоса, любимые цвета и блюда, запахи духов и музыка. Удивительно, что еще активность в постели не указана…

— Ну что же, Виктория Штерн, как ты будешь есть лобстера? — выдернул меня из этого «интересного» чтения мужчина.

Я подняла глаза над папкой и вновь ахнула. На огромном блюде передо мной лежал лобстер с разрезанным в нескольких местах панцирем. Украшенный овощами и листьями салата, он казался настолько величественным, что я даже на мгновение опешила. А Рикард Камберт наблюдал за мной, не спеша приступить к трапезе.

Отложив в сторону папку, я придвинулась к столу и окунула руки в специальную плошку с плавающими в ней дольками лимона. Ловкими движениями открутила лобстеру клешни и выпустила сок. Пить его не стала, понимая, что вполне могу испачкать платье. Из огромного множества столовых приборов (сразу видно, что я на проверке) выбрала металлические щипцы и расколола твердую часть.

Камберт перестал прожигать меня взглядом, когда я взяла небольшую лопатку и принялась за еду. Только один раз оторвался, когда я раскрывала хвост и убирала из него черную жилку.

Доесть этого монстра я не смогла. Очень много мяса для одной не очень голодной девушки. Протерла руки салфеткой и бросила взгляд на бокал белого вина.

— Скажите, а на помощниц у вас тоже есть отдельная папка с их предпочтениями?

— А что? — оторвался от еды Рикард.

— Запишите в мое дело, что алкоголь я не пью, — улыбнулась я боссу.

Камберт проследил за моим взглядом, вытер руки салфеткой и встал:

— Обеденный перерыв окончен, Тория. Пора вернуться к работе.