18

Было у вас такое, что хотите провалиться сквозь землю, но не получается потому что под вами надувной матрас?

Андрей молча смотрел на меня, а в моей голове в этот момент проносились сотни вариантов действий, и я выбрала самое умное (как мне казалось).

— Какого хрена ты записываешь такие видосы? — Подняла телефон и покрутила перед непроницаемым лицом брюнета, злясь все сильнее. — Удали сейчас же при мне, иначе я…

— Что? — Его веское заставило меня замолчать и сощуриться. Отпрянула, когда он оперся коленом о матрас, приближаясь ко мне. — Что ты сделаешь, ну?

Отползла назад, не выпуская телефон из рук, и на экране, как назло воспроизвелось видео. Мой стон заставил обоих замереть, и я перевела взгляд на телефон, впрочем как и Андрей.

— Удали… — Поняла, что загнала себя в угол, когда спины коснулась ткань палатки, и я спрятала телефон за спину, пальцем шаря, как убавить звук.

— Тебя не учили, что нельзя шариться в чужих вещах? — Андрей остановился в полуметре от меня и выпрямился стоя на коленях. С его волос капала вода, прозрачные ручейки стекали по мощной груди и плечам, и я готова была поклясться, что его кожа прохладная на ощупь. Прохладная и бархатная.

— Отдай телефон. — Холодный приказ, и по моему телу разлились мурашки. Сжала сотовый за спиной, поднимая взгляд на лицо Андрея. Его глаза казались мне голубыми, но сейчас я отчетливо видела, что они стали синими, как небо перед грозой, а может дело в том, что он злился?

— Я отдам только при условии, что ты удалишь то видео. — Сглотнула, машинально отодвигаясь, когда он склонился, нависая надо мной. Затылок коснулся палатки, и я поняла что попалась.

— А если не удалю, отожмешь у меня телефон? — Ухмыльнулся, но синева в глазах стала только темнее, напитываясь еще одним, неподдающимся понимаю оттенком. — Ну давай, проверим, кто из нас сильнее.

Качнулся ко мне, и дернув за плечи опрокинул на живот, вдавливая грудью в матрас. Навалился сверху, не давая вдохнуть, и перехватив мои запястья зажал между нами, без труда выхватив мобилу.

— Слезь с меня… — Сдавленно прошипела, пытаясь скинуть его с себя.

Над ухом зазвучал его обманчиво бархатный голос, и я стиснула зубы, подкатывая глаза.

— На будущее: если я что-то прошу, надо сразу делать, — голос стал тише, и в нем отчетливо ощущались нотки угрозы, — иначе я заставлю.

Оттолкнулся и рывком поднявшись покинул палатку, оставляя меня одну. До одури взбешенную и злую.

Вот козел!