21

— Верни телефон.

— Не могу после того, что ты натворила, — он сунул мобилу в карман шорт, и захлопнул переднюю пассажирскую.

Отошел к задней и открыв её, заглянул в салон.

— Эй, я не успела удалить, верни! — Потянулась к карману, но Андрей в секунду перехватил запястье, и резко дернул меня на себя, заводя руку за спину. — Хватит вести себя как мудила!

На лице напротив отразилось удивление, и засранец толкнул меня в салон, заваливая на заднее.

— Как мудила? — Придавил сверху, вышибая воздух из легких своим весом. — Я верно расслышал?

Он издевался. Сверлил меня взглядом, но заметил, когда я дернула рукой, целясь в его лицо. Пощечина не состоялась, Андрей сжал мое запястье, перехватив второе, и придавил к сиденью.

— Отпусти. — Пока еще ровным голосом, подчеркивая, что его выебоны на меня не влияют. Как будто бы.

— Ты знаешь, как ведут себя настоящие мудилы? — Приподнялся и свободной рукой сдвинул треугольник моего купальника, оголяя затвердевший сосок. Повторил со второй чашкой, не обращая внимания на мои попытки скинуть его с себя. — Знаешь?

— Пусти, заору! — Пульс участился от проникающей под кожу ненависти, дыхание не попадало в легкие, и старания выбраться кончились крахом. — Руки убери!

Снова заерзала, но он не обратил внимания. Опустил руку и дернув за шнурок, развязал низ купальника.

— Вот так ведут себя мудаки, Света. — Второй шнурок развязался, и резинка ослабла. — Мудаки не слушают выебоны, они берут, что хотят.

Вскрикнула, когда грубовато смял нежную кожу и проник в меня двумя пальцами. Дернулась, выгибая спину, и он снова толкнулся внутрь, зажимая мне рот второй рукой.

Выпустил мои запястья, и я обеими руками вцепилась в его кисть, пальцы которой были во мне. Попыталась отшвырнуть его, но он снова толкнулся внутрь, зля до трясучки и одновременно заставляя ощутить разряд кайфа. Его пальцы коснулись чувствительной точки, и я безотчетно закрыла глаза, но тут же взяла себя в руки.

— Нравится? — Заметил мимолетную реакцию, и моё лицо загорело, а он не теряя секунды снова толкнул пальцы внутрь, продолжив трахать меня ими. — Вот так ведут себя мудаки…

Его голос должен был звучать торжествующе, но вместо этого сорвался на хрип. Андрей облизал губы, с упоением следя за тем как я дурею от его грубых прикосновений, и опустившись к моей груди сжал губами сосок.

Касание получилось удивительно нежным, и я непроизвольно выгнулась, и выпустила его кисть из хватки. Руки взметнулись к его голове, и я зарылась в черные волосы, притягивая его ближе.