36

36

Мы подошли к столу, и нам навстречу поднялся мужчина лет сорока. Короткая стильная стрижка, подтянутая фигура, проницательный взгляд.

Если бы я не была настроена враждебно, он бы возможно понравился мне. Незнакомец производил приятное впечатление.

Поняла это хотя бы потому, как он смотрел на маму. Теплый взгляд согрел улыбкой в уголках глаз, и я залипла, глядя, как мама тает от этого.

— Знакомьтесь, — мама волновалась, голос подрагивал, — Света, это Слава. Слава, это Света, моя дочь.

Мужчина шагнул ко мне и пожал мою похолодевшую руку.

— Очень приятно познакомиться с тобой Света. Мама очень много рассказывала о тебе.

Поторопилась отдернуть кисть, и кивнув дернула уголком губ в намеке на улыбку. Правда истерическую.

— И мне… — сглотнула, — приятно. — Посмотрела на маму, и та нахмурившись перевела взгляд на спутника.

— А где…

— Он будет позже. — Слава жестом пригласил нас присесть. — Приходится задержаться.

Мы расселись, и я потянулась к меню, чтобы хоть как-то успокоить разгулявшиеся нервы.

Мама о чем-то негромко переговаривалась со Славой, и я ткнулась в глянец листов, не в силах побороть подкатывающую к горлу тошноту.

Так бывало, когда я слишком перенервничаю. Голова слегка кружилась, под ложечкой сосало, и руки дрожали. Это же я ощущала накануне грозящего пиздеца. Но я отогнала дурные мысли прочь.

Не нужно о грустном.

— Дамы, надеюсь, вы меня извините, нужно ответить на звонок. — Слава взглянул на нас и дождавшись кивков поднял трубку, а мама склонилась ко мне, пользуясь тем, что её ухажер не слышит.

— Свет, ты чего такая бледная? Может, тебе шампанского?

Не обратила внимания на выбор напитка, и отрицательно мотнула головой, натягивая на лицо маску.

…просто абстрагируйся…

— Порядок, мам. Просто волнуюсь.

Потянулась к стакану с водой и почти осушила его, но и это не уняло дрожь.

Что-то не давало покоя, но я никак не могла понять, что именно. Что-то было не так. Но затуманенный волнением разум не отвечал на мой вопрос.

— Он скоро будет. — Слава отложил телефон и с улыбкой посмотрел на нас. — И тогда мы начнем.