66

— Отвали. Я куплю тебе новую футболку.

Ковер с пушистым ворсом казался мягким только на первый взгляд, но сейчас лежа на полу под мощным телом Орлова я поняла что ошибалась. Ощущение, что меня зажали между двумя бетонными плитами.

— Я про коньяк. Бутылка подарок отцу на др. — Андрей, как и я запыхался, и его голос отчего-то сел, теперь напоминая бархат с легкой хрипотцой.

— Когда у него? — Дыхание перехватило, когда Орлов ослабил хватку на запястьях и его пальцы медленно заскользили по моей ладони и переплелись с моими. Не сжимала его руку, вообще никак не участвовала, но такое наглое и одновременно настойчивое прикосновение заставило пульс сбиться.

— На следующей неделе. — Показалось, он стал ближе. Хотя расстояние между нами не сократилось, скорее его аура так действовала. — Ну что?

Мысленно прикинула, вспоминая сколько у меня в заначке. После ремонта приоры на новую бутылку не хватит. Спросить у мамы?

— Я дам тебе деньги. А сейчас отпусти.

С телом творилось что-то невообразимое. Дышать становилось все сложнее, отчего грудь вздымалась тяжелее и чаще. Низ живота начал заполняться тяжестью, и я непроизвольно напрягла мышцы внизу глядя на губы в нескольких сантиметрах от моих.

— Ты уверена, что хочешь уйти?

Нет.

Прочел по взгляду и вопреки ожиданиям не стал издеваться. Замер, не отрывая взор от моих глаз, и уже через секунду его губы накрыли мои.

Искра. Буря. Безумие. Теперь значение этих слов в полной мере отпечаталось под моей кожей, пропитала нутро, отравило кровь.

Обжигающие губы как огнем опалили дыханием и наглый язык мгновенно прошелся по моему, призывая ответить. И я не смогла остаться безучастной.

Сильные руки скользнули к талии, и я, получив наконец свободу, обхватила широкие плечи, млея от твердости стали под атласной кожей. Потянула ткань футболки, стремясь избавиться от преграды между нашими телами, и Андрей помог стянуть с себя хлопок, оставаясь голым по пояс.

Горячее прикосновение к его торсу свело с ума не хуже грубоватого поцелуя, и глухой стон сорвался с моих губ, когда пальцы Орлова уверенно скользнули ниже по внутренней стороне бедра к…

— Я скучал, кис. — Красивый голос выдернул из сладкой истомы, и я подняла взгляд к искаженному мукой лицу и застыла. Андрей непонимающе моргнул и нахмурился, заметив как мое тело вмиг одеревенело, и губы скривились в гримасе отвращения.

— Явно не в одиночестве. — Подъебала его, яростно сбрасывая полуголое тело с себя. Внутри еще тлела надежда, что мне показалось, но стоило снова взглянуть на шею этого мудака, все сомнения развеялись.

Сбоку у самого края ключицы контрастно проступал фиолетовый засос.

Рванула в ванную, наплевав на стертое яростью стеснение.

Сука!

— Свет… — Захлопнула перед его носом дверь, и щелкнула замком не чувствуя ничего кроме разъедающей вены ненависти. Дура! Ну дура же!

Заметила на полу кучку тряпья и хотела надеть свою одежду, но…

— Сволочь! — Он и ее порезал!

Рванула с вешалки полотенце и, обмотавшись им долбанула по двери, надеясь ударить ей по роже Орлова. Но дерево ударилось о стеллаж, так и не задев отскочившего хозяина комнаты.

— Кис…

— Не. Подходи.

Дверь на террасу была открыта и я выскочила на улицу босиком и скрылась в своей комнате, защелкивая стеклянную преграду на все замки.

Надо валить из этого ада.