Глава 41. Заканчивай это!

Эрин

Больной, на всю свою волчью голову! Душил меня до тех пор, пока в глазах троиться не стало. Я достаточно долго сражалась, стараясь оттянуть тряпку от шеи, но все же сдалась, упав на пол.

Когда проснулась от дикой боли в висках, попыталась пошевелить телом. Не свободны были руки, которые были привязаны к поручням стула, какими-то рваными тряпками. Похоже, это что-то из моих вещей, которые волк решил использовать по своему личному назначению.

Медленно подняла голову, и увидела его, у которого вид такой, будто задолбался ждать, пока я приду в себя. То-то я вижу уже темным-темно за окном.

И нахожусь я сейчас в беспомощном положении, посреди комнаты, связанная. Хуже не придумаешь. Эх, а могла бы быть сейчас на том свете. Что же лучше?

— Развяжи, — полусонным голосом произнесла я, вяло крутя запястьями. — Ты права не имеешь, — добавила я, уже более бодро. Еще не хватало быть слабой перед этим лживым существом.

— Я тут порылся в твоей аптечке. Там кроме антидепрессантов еще и опохмелительное средство оказалось, — поигнорировав мою просьбу, волк встал с дивана и стал подходить ко мне со стаканом в руке, в который скорее всего бросил таблетку, от которой мне полегчает. — Пей.

— Развяжи. Как я пить буду? — пробурчала я.

— Так пей, — вот урод. — Давай же, — опустился на одно колено, чтобы напоить меня.

Пригубив стакан, я сделала несколько первых глотков, а после, набрав полный рот, выплеснула всю воду на него.

— Спасибо большое, — язвительно прошипела я, видя, как он стирает воду с лица.

— Привычки у тебя, вижу, не изменились, — выпрямился. — Но ты только себе хуже делаешь. Пока не поговорим нормально, я тебя не освобожу. Мы можем так и целую ночь просидеть. Я никуда не тороплюсь.

Вот еще, целую ночь в его обществе.

— Я не стану с тобой говорить. Ты получил то, что заслужил, — отвела взгляд в сторону. — Не жди, что я стану оправдывать свою липовую смерть.

— Этого я точно не заслуживал, — не ему это определять. — Ты что-то говорила про сообщение. Сейчас ты готова это повторить?

Ах да, я же для него была в пьяном бреду.

— Дураком не прикидывайся. Тебе не идет, — проворчала я. — Да и какая разница, кто и что написал, Двэйн. Ты сделал то, что не прощается. Тебе с самого начала не стоило мне лгать. Ты не имел права обещать мне того, что не мог выполнить.

Он же говорил мне, что перед сотней истинных пар устоит. А как только Сьюзен переехала в его клан, так он сразу изменился. Понимаю, он недооценил опасности, но хоть бы не обещал.

— Я предлагал тебе уехать, но ты отказалась, — сел обратно на диван. С этой точки я в полном обзоре для него. Даже свет на меня направлен.

Конечно, он хотел сбежать, это же такая тяга, такое притяжение… И это охренеть, как оскорбляло меня. Разумеется, я отказалась. Почему мы должны были убегать?

— Да плевать, — прорычала я. — Теперь, все это уже маловажно. Лично для меня. Два года прошло. У меня своя жизнь и довольно удачная.

— Я видел, насколько она удачная. И петлю видел, которую кто-то перерезал. Это Джош, да? — он видно очень хорошо все обшарил и обнюхал, пока я была в отключке. Ненавижу.

— Это был момент слабости. Не более того, — приподняла голову. — Брату твоему, конечно, спасибо. Только зря он тебя позвал. Вообще не понимаю, что тебе надо. Между нами ничего не осталось. Ты совершенно чужой мне человек.

Неправда это, конечно, но и что-то продолжать я тоже не хочу. Перегорело.

— Черт, не неси чушь, ладно? — да, его стало все это потихоньку раздражать. — Я тебе сейчас кое-что скажу, а ты хочешь верь, а хочешь не верь. Сообщений я никаких тебе не писал, а со Сьюзен у меня до дела не дошло. Да, я был у нее, с определенной целью к ней приходил, но ничего не было. Я передумал.

— Что значит, передумал? — вот он лжец. Волки не умеют передумывать. Они либо делают, либо не делают.

— Все просто, Эрин. Как снял штаны, так же быстро и надел их.

Блядь, какая же он сволочь.

— Ты сейчас еще ниже упал в моих глазах. Я тебе не верю, понял? — рывком потянула руки, пытаясь освободиться, но только больно себе сделала. — Было сообщение! Оно было! С твоего номера! Ты сообщал мне в нем, что это притяжение выше тебя и ты уходишь к ней! Точка! Этим ты поставил точку!

Он призадумался. На ходу у него уже не придумывается.

— Я ничего тебе не писал, но это могла сделать Сьюзен. Я тогда забыл у нее свой телефон. И забирал его уже в день твоих липовых похорон, — опять врет.

— Врешь ты все, — глянула исподлобья.

— Ладно, заканчивай это, Эрин, — да мы еще ничего и не начинали. — Я тебя сейчас отвязываю от стула, и мы уезжаем из этого богом забытого места, — охренел совсем, гад. — Надеюсь, это понятно.