3

Я почти засыпаю под монотонный галдеж телевизора, когда раздается звонок.

Вздрагиваю. Сон моментально слетает. В голову лезут тревожные мысли.

Это кто звонит в такое время? Неужели с родителями или с дочкой что-то случилось?

На экране высвечивается имя Валеры. Странно, он еще никогда не звонил мне так поздно.

Беру трубу. Сердце испуганно пропускает удар.

— Привет, Танюш, — слышится знакомый голос.

— Валера, привет. А чего так поздно? — недоуменно прислушиваюсь к шуму на заднем плане.

Музыка, смех, характерный звон бокалов.

Голос у моего друга странный. Будто язык заплетается.

— Да это я с корпоратива звоню. Тут такое дело. Есть местечко в одной фирме. Менеджером по продаже.

— Серьезно? — замираю, не веря своему счастью.

— Нет блин, шучу! Только приехать нужно сейчас.

Я напряженно сажусь на диване. Сегодня Лизка осталась дома, так что мне пришлось спать на кухне.

— Почему это сейчас? Ты время видел?

На часах почти десять вечера, за окном темно — хоть глаз выколи.

— Знаю, конечно, — вздыхает друг. — Но тебе работа нужна или нет? Завтра уже может быть поздно.

— Так, — беру себя в руки, — объясни толком. Куда ехать и что делать.

— В общем, мы тут отмечаем слияние двух фирм. У второй есть владелец, имя его не запомнил. Он теперь наш акционер. А я с его компаньоном близко общаюсь — Белецким. Так вот. Этот Белецкий готов тебя взять, но нужно разрешение от второго. Они созвонились и тот, второй, согласился тебя принять, но прямо сейчас. У него в час ночи самолет. Вернется через неделю.

— Так мне прямо к начальству? — удивляюсь в очередной раз. — А как же отдел кадров?

— Эту вакансию еще не озвучили. Но в любом случае там главный сам всех проверяет. Едешь? Если да, то адрес скину на мессенджер.

— Я согласна, — выпаливаю, не дав ему договорить. — А зарплата какая?

Попасть на собеседование к владельцу это не то что подавать заявление в отдел кадров. Если одобрит — работа будет у меня сто процентов! А я за эти две недели столько уже заявлений и резюме разослала, что словами не передать. Только все зря! Оказалось, что безработных менеджеров по продажам больше, чем подходящих вакансий.

Бросаюсь к шкафу и вытряхиваю оттуда вещи.

— Ну, про зарплату на месте скажут. Там ставка и проценты.

— Ага, супер. Спасибо, Валер.

— Может, я тебя подвезу? — тут же спрашивает он.

— Ты же выпил?

— Так я на такси. Отвезу туда и назад.

Неприятный холодок скользит по спине. Только этого не хватало. Не надо, чтоб он ко мне опять приставал!

— Валер, не надо, отдыхай. Скинь адрес.

Слышится тяжелый выдох.

— Ладно.

Он кладет трубку. Через несколько секунд приходит сообщение.

Забиваю адрес в онлайн-карту. Не так далеко от дома. Можно и пешком дойти. Заодно прогуляюсь, мозги проветрю.

Быстро надеваю офисное платье. Наношу легкий макияж и мажу губы блеском.

Все, готова.

Стучу к Лизе в спальню:

— Спишь? Мне надо уйти.

Быстро объясняю сонной подруге в чем дело. Она хлопает себя по пижаме в поисках вейпа, потом широко зевает:

— Ладно, к утру не вернешься — пойду с собаками тебя искать.

— Тьфу ты! — смеюсь, но смех получается нервным. — Надеюсь, успею за час.

На всякий случай оставляю ей адрес.

Вылетаю из дома.

Время позднее, но идти недалеко. К тому же кратчайший путь лежит по центральной улице, там светло от витрин и много людей. Не так страшно, как если идти дворами. И все же меня немного колотит от волнения. Ладони потеют, я мну в руках сумочку, нервно кусаю губы — дурная привычка.

А вдруг Валера скинул адрес какой-то квартиры и ждет меня там? Мало ли, что пришло ему в голову. Кто назначает собеседования на одиннадцать ночи?

Но навигатор приводит к офисному зданию.

Семиэтажная стекляшка погружена в темноту, только вход светится и на третьем этаже горят окна. За стеклянными дверями виден пустующий холл. Одинокий охранник скучает за стойкой.

— Добрый вечер, мне назначено! — выпаливаю с порога, пока всю смелость не растеряла.

— Ваш паспорт.

Он хмурится, разглядывая мои документы. Что-то ищет в компьютере, затем выдает мне пластиковую карту.

— Приложите к турникету и проходите, — машет рукой в сторону лифта. — Вам на третий этаж, фирма «Шарпонт-металик».

Только теперь понимаю, что даже не поинтересовалась у Валерки названием фирмы! Вот так работница!

Пока лифт ползет на третий этаж, успеваю быстро загуглить.

Ага, металлоконструкции. Фирма французская, работает напрямую с производителем, у нас появилась три года назад, сейчас активно расширяет региональную сеть…

Это все, что успеваю прочесть до того, как лифт останавливается на нужном этаже. Не так уж и много. Сейчас меня начнут спрашивать: почему хотите работать именно у нас, чем вам приглянулась наша фирма и тому прочее. Только я не успела подготовиться!

Значит, придется врать. Мол, хотела заниматься этим всю жизнь. Сидеть на телефоне и втюхивать людям металлоконструкции. А сама даже не представляю, что это такое!

Вспоминаю все вопросы, которые обычно задают на собеседованиях. Обычно спрашивают: кем вы себя видите через пять лет? А почему именно мы?

Кем я себя вижу? Никем не вижу, мне бы до завтра дожить!

Почему именно вы? Потому что других вариантов нет.

Но я же не могу так ответить. Тогда моя карьера в «Шарпонте» закончится не начавшись.

Из лифта сразу попадаю в огромный офис. Кажется, он занимает весь этаж. На рецепции никого нет, но свет горит и во всю стену сияют огромные серебристые буквы — «Шарпонт-металик»

Оглядываюсь, не зная куда идти. Одна из дверей рядом с рецепцией слегка приоткрыта. Похоже, что мне туда.

За дверью оказывается опенспейс, где десятки столов разделены пластиковыми перегородками. На столах — техника недешевых моделей. Здесь тоже пустынно и тихо, верхние лампы выключены, горит только несколько светодиодных светильников по периметру потолка.

Из опенспейса выходят несколько дверей. Но только из-под одной виднеется полоска света.

Вытираю ладони салфеткой. Одергиваю платье. Стучусь.

Сердце заходится от волнения.

— Входите! — приглушенно слышится из-за двери.

Я медлю. Снова поправляю платье, прическу, перекладываю сумочку из руки в руку. Почему я так нервничаю?

Наконец, толкаю дверь и вхожу.

Замираю на пороге, словно наткнувшись на прозрачную стену. Мой взгляд устремлен к единственному столу в кабинете. Смотрю на того, кто там сидит, и чувствую, как внутри то все обмирает, то пускается в пляс.

Знакомые темные волосы и зеленые глаза, изучающие меня с легким прищуром.

Миг узнавания. От него. От его взгляда. От мужчины, который пару недель назад возник на пороге моей квартиры.

— Таня, — низким голосом тянет Павел Островский.

Вот так встреча…

* * *

Я замираю в ступоре, глядя на него.

Островский тоже не двигается. Смотрит таким темным взглядом, что становится не по себе. И в довершении всего меня охватывает нервная дрожь. В голову лезут новости и подслушанные сплетни. А еще то, что Павел меня искал. Приходил, когда меня не было.

Зачем?

Невольно облизываю пересохшие губы.

Взгляд Островского тяжелеет. Становится звериным. Властным.

От этого взгляда хочется убежать.

— П-паша, — срывается с моих губ.

Мы смотрим друг другу в глаза.

Он медленно поднимается. Такой огромный, пугающий.

Невольно делаю шаг назад и упираюсь спиной в двери. Вжимаюсь в рифленое дерево. Если бы дверь открывалась наружу — я бы выпала в коридор.

Павел обходит стол, продолжая держать меня взглядом.

Я быстро осматриваю его.

— Вижу, у тебя все в порядке, — упираюсь взглядом в то место, где под рубашкой скрыто ранение.

На лице Паши появляется ухмылка.

— Всего лишь царапина. Уже зажило. Кстати, я так и не поблагодарил тебя в тот раз.

— Все в порядке, твоя благодарность была… очень щедрой! — вспоминаю оставленные деньги. И тут же быстро добавляю: — Ладно, я пойду. Кажется, мне не сюда…

— Погоди, — нахмурившись, он делает шаг ко мне. — Так это ты новый менеджер?

Под его пристальным взглядом мои щеки начинают пылать.

А я тоже хороша. Надела такое платье. Вроде офисное, но облегающее и подол выше колена.

— Нет. Просто ошиблась дверью, — лепечу, пытаясь нащупать ручку двери. — Была рада тебя повидать. Всего хорошего.

— Стоять! — внезапно выдает он резким тоном.

Но я уже нащупала ручку двери и вылета из кабинета.

Почти бегом направляюсь на выход. Надо же так попасть! Вот удружил Валера. Может он не знал? А если бы и знал, я сама виновата. Не спросила, как владельца зовут.

Быстро пересекаю опенспейс, добираюсь до лифта. Нажимаю на кнопку вызова, и в этот момент меня накрывает тень. Мужская рука ложится поверх моей. Большая, горячая. Осторожно сжимает мои пальцы и отводит от кнопки.

Двери лифта приветственно разъезжаются, а я не могу сделать ни шага.

Он стоит так близко…

Почти вплотную ко мне.

Чувствую его присутствие всем телом.

Чувствую, как он наклоняется, и его дыхание скользит по моей щеке, по затылку…

Взрыв в моей груди способен разнести все вокруг. Он как роза распускающаяся в ускоренной перемотке. Заполняет сердце, заставляя его биться все чаще.

Я уже забыла, что рядом с ним мне становится жарко.

Не могу отвести взгляд от его руки. Горячее дыхание ласкает мой затылок.

— Погоди, Тань. Ты же ради работы сюда пришла? — голос Павла становится хриплым.

Я словно вернулась в прошлое. В то время, когда мы были вместе. Мое тело остро отзывается на его близость. Ощущения, которые я хотела забыть, возвращаются.

Да, хотела забыть, но не забыла…

Он кладет свободную руку мне на талию. Меня словно током бьет.

— Нет! — выпаливаю, пытаясь спрятаться в лифт.

Но хватка Павла становится крепче.

— Стой, давай хоть поговорим.

Он разворачивает меня к себе. Ловит мой взгляд.

— А нам есть о чем? — я начинаю злиться.

Еще не хватало работать на бывшего! Особенно после того, он исчез перед нашей свадьбой, ничего не объяснив, а две недели назад феерично, весь в крови, возник на пороге моей квартиры!

Голос дрожит, и я не знаю, как успокоится. Островский в очередной раз бередит старые раны. Разбивает в дребезги душу одним лишь поглаживанием пальца по моей коже.

— Может и есть. Столько лет прошло, — улыбается он.

— Не о чем нам говорить. У тебя своя жизнь, у меня — своя. Все что было — осталось в прошлом. Все, дай пройти.

Едва нахожу в себе силы, чтобы сказать это все ровным тоном.

— Танюш, а я по тебе скучал, — называет меня так, как восемь лет назад.

Я будто спящая красавица, которая пробуждается от поцелуя сказочного принца. Мое тело реагирует на него. Внизу живота тяжелеет. Все воспоминания, которые я храню уже столько лет, не в силах их похоронить, вновь вылезают наружу.

Надо бы оттолкнуть его и уйти, но я не могу. Будто приклеиваюсь к полу.

— Пусти, Островский, — выдыхаю с трудом.

— Пущу, если поговоришь со мной. Ты же на собеседование пришла? Не надо врать, Тань. Если тебе нужны деньги, то я могу дать.

— Нет! — выпаливаю я. — Ничего мне не нужно! И вообще, я шла не к тебе.

— Не ври. Кроме тебя сюда никто не приходил, — тут же говорит Островский. — Ну и не пришел после тебя. Так что ты и есть та кандидатка на должность.

— Я не… Ладно. Я действительно пришла на собеседование, — приходится сдаться.

Хотя понимаю, что нужно бежать. Нельзя оставаться рядом с ним. Но я же не могу продолжать жить у Лизы до бесконечности. Поиск работы затянулся, деньги заканчиваются, а уже пора думать про осень.

Дочка уже во второй класс пойдет. Пока лето — она у родителей. А потом все. Придется забрать ее в город.

Павел отпускает меня. Видимо думает, что я уже никуда не денусь.

— Ты прав. Мне нужна работа, — смотрю ему в глаза.

— А мне нужен менеджер по продажам. Справишься? — он отвечает таким же пристальным взглядом.

Я тянусь к сумочке и достаю оттуда резюме. Протягиваю его Островскому.

Тот просматривает лишь первые строчки и опускает руку.

— Фамилия та же? — смотрит на меня с интересом. — Значит, замуж ты так и не вышла?

— Оставила девичью! — вру из детского желания причинить ему боль.

— А что так?

— Захотелось.

Он улыбается:

— Ты никогда не умела врать, Танюша. Ладно, ты принята. Приходит завтра с трудовой.

— А-а…— растерянно тяну. — И все?

— А что еще? — он иронично вскидывает бровь.

— Зарплата? Условия работы, график? — перечисляю я.

Мы переходим на деловой тон общения.

Павел озвучивает зарплату. У меня глаза лезут на лоб.

— Мало? — удивляется Островский. — Это ставка. Будешь еще процент с продаж получать.

Я трясу головой: нет, не мало. Это в два раза больше, чем я получала на прежней работе.

— График ненормированный, — продолжает он. — У нас клиенты из других временных поясов, так что придется задерживаться допоздна.

На последних словах его глаза вспыхивают.

— Насколько «допоздна», — тут же деловито уточняю.

На такую зарплату можно Лельке и няню нанять.

— Может и всю ночь сидеть придется. Потом, конечно, отгул. Справишься?

— Д-да, — в голове уже щелкают варианты. — Не беспокойтесь.

— Давай на «ты». Не чужие ведь люди.

— Вы — мой начальник, — вскидываю голову. — С вами только на «вы».