Глава 43.

Глава 43.

*Евангелина*

— До чего же хорошо вышло, — в который раз повторяла мама, перечитывая газету. — Я бы руку на отрезание отдала, чтобы увидеть рожу Розалинды. Ох! Где мои манеры? Чтобы увидеть кислую физиономию Её Величества.

— Вы их разозлили. Это точно, — проговорил Эф, который решил ухаживать за нами за завтраком лично.

Я же мусолила чуть пересоленную манную кашу и поглядывала на мрачного Кая.

Уже второй день подряд наставник ходил хмурый, словно грозовая туча. И выход статьи в «Столичном Вестнике» его ничуть не обрадовал. А всему виной наш недавний разговор в спальне.

— Что предпримем дальше? — спросила я у Майерхольда, стараясь хоть как-то вовлечь его в разговор.

— А что бы ты сделала, будучи мастером ядов? — отозвался он, заглянув в глаза.

Вопрос, казалось бы простой, заставил меня и всех остальных крепко задуматься. И ответ на него никому не понравился.

— Отравила короля, — проговорила нехотя.

— Именно, — кивнул куратор. — Вот каким будет их следующий шаг.

— Позвольте внести некоторые корректировки, — подал голос Эф. — Она не станет убивать его сразу. Это будет уж слишком подозрительно.

— Соглашусь, — отозвалась мама. — Розалинда будет действовать аккуратно. Для начала она заставит короля заболеть. И нацепит на себя мантию регента, чтобы взять власть в свои руки на время недуга правителя. Так всё будет.

— Знаю, — хмыкнул Кай невесело. — А потом она объявит Астарта наследником. Отец нам не помощник.

— Не стоит хоронить короля раньше времени. Мы придумаем способ спасти его.

— Несомненно. Однако он сейчас в полной власти Розалинды. И меня он точно не поддержит.

— Но ведь королевством правит не только король, — протянул Эф.

— Верно, — согласилась матушка. — Есть ещё большой и малый совет.

— К этому я и вёл, — произнес принц. — Если все министры большого и малого совета встанут на нашу сторону, королеве придется подчиниться.

— Осталось придумать, как переманить их всех.

— С большим советом я смогу разобраться. А что касается малого… Над ним придется подумать чуть тщательнее.

— Кхм… Пока вы ведете свои взрослые разговоры, позвольте мне внести чуточку хаоса? — попросила я осторожно.

Все трое тут же обратили своё пристальное внимание на меня. Я даже чуть растерялась от подобного, но после быстро взяла себя в руки и проговорила:

— Большой совет, малый совет — это всё чудесно. Вы мыслите верно. Но не стоит забывать про людей. Они и есть наша главная опора. И если жители будут против второго принца, то министры и так прислушаются к ним, ибо никто не хочет народного восстания.

— Что ты предлагаешь, Евангелина? — поинтересовался Кайрат.

— Я выросла среди простого народа. И знаю, чем они дышат, о чем мечтают и во что верят. А верят они во всякое. Так почему бы не сыграть на этом?

— Продолжай…

— Кай, ты и так первый принц. И гораздо лучше Аста во всём. Люди знают об этом. Но им нужен знак. Знак, который подтвердит их убеждения. Что-то простенькое, но запоминающееся.

— Фокус, — изрёк Эф.

— Именно! Нам нужен фокус. И я даже знаю какой… Но мне понадобится лаборатория.

— Лаборатория?

— Химическая, — кивнула я. — Вы ведь не забыли, что я не только артефактор? Зелья мешать тоже умею. И пусть до мастера ядов мне далеко, но на парочку зрелищных трюков я тоже способна.

— Пиши список ингредиентов, — сказал Кай, толком не расспросив меня ни о чём. Поразительное доверие!

— А я, так и быть, разрешу вам замарать мою кухню, — печальным голосом протянул Эф. — Только не трогайте печь! Это святое.

— Трогать не буду, — заверила его я. — Всего лишь воспользуюсь по назначению.

Дворецкий судорожно вздохнул.

— Шутка. Понадобится только горелка и котелок с толстыми стенками.

Дворецкий воспрял духом!

Ну, а мы с Каем доели и отправились порталом на учёбу.

— Какие планы на день? — спросил он, выводя меня из круговорота магических искр прямо в комнату общежития.

— Шокировать господина Дотарина известием об Оке и в очередной раз убедить его в том, что я совершенно без тормозов, — усмехнулась я, подхватывая на руки Апчихваха, решившего заскочить в портал в самый последний момент.

— Миленько.

— А что будешь делать ты?

— Напрягать Астарта своим присутствием и приглядывать за тобой.

— Миленько. Ну тогда давай прощаться, а то мне уже пора кошмарить академию.

— Какой ужас, Юрай.

— Я ещё ничего не сделала!

— А я заранее трепещу, — усмехнулся он, открывая портал. На сей раз в свою комнату.

Я было шагнула навстречу к двери, как наставник едва слышно окликнул меня:

— Евангелина.

Я обернулась, но так и не успела ответить. Вопрошающее «да» замерло на губах. На губах, которые сейчас с трепетом и страстью целовал он — Кайрат Майерхольд. Мой куратор. Мой наследный принц.

— Когда-нибудь это всё закончится. И ты от меня никуда больше не денешься, — прошептал он, неохотно отстраняясь.

— Так я и сейчас никуда не убегаю, — отозвалась вяло, ощущая приятный туман в голове.

— Убегаешь. Не только от меня. Но и от жизни.

— Обещаю, очень скоро я создам артефакт и избавлюсь от Ока в моем теле. Честно-честно.

Кай ничего не ответил. Лишь недовольно поджал губы, ласково провел ладонью по моему лицу и чмокнул меня в лоб на прощание.

Вспыхнула портальная арка, и наставник все же оставил меня.

И тут я увидела Чиха, который лежал в уголке и прикрывал передними лапами глаза.

— Разврат закончен, можешь смотреть, — хихикнула я, отправляясь на учебу.

Занятий сегодня было много. Освободилась я только в пять вечера и сразу же направилась в крыло артефакторского факультета. Замерев напротив знакомого кабинета, чинно постучала и дождалась разрешения войти.

— Какие люди, — фыркнул Дотарин, глядя на меня поверх очков. — Пришла стащить что-нибудь ещё?

— Вы как всегда проницательны, господин-декан.

— Что же на сей раз приглянулось вашему взгляду, снова-адептка Юрай?

Я широко улыбнулась и ответила:

— Вы.

Реденькие брови лорда Дотарина стремительно взлетели. Он, невероятно заинтригованный, прочистил горло и откинулся на спинку кресла.

— Ну?

— Я бы хотела поговорить с вами в более… уединенном месте.

— Вы распаляете мой интерес всё больше, — хмыкнул мужчина весело. Он хлопнул в ладони. Дверь закрылась на замок, а на стенах вспыхнули нити защитного заклинания. — Нас никто не услышит. Говорите смело.

Я села на край стула и начала, подбирая слова:

— Понимаете, тут такое дело… В общем, Око не разбилось.

— Не разбилось?!

— Да. Оно со мной.

— С вами?!

— Ага… Даже не так. Оно… Ну… Оно вот здесь, — я ткнула себя в солнечное сплетение.

— Господи, Юрай, вы его что, съели?!

Неужели я настолько отбитая в глазах окружающих?..

Тяжело вздохнув, я поведала ему свою презанятную историю.

— Ева, сейчас я даже не знаю, что делать: бояться или восхищаться?

— Предложу вам третий вариант — помочь мне вернуть его в физическую оболочку.

Маг задумался. Потер подбородок, парочку раз нервно оттарабанил ручкой по столу и категорично качнул головой.

— Исключено.

— Почему?

— Есть то, что простым людям не познать. Око создала Богиня. У нас не получится тягаться с её величием.

— Но…

— Ева, вы просите о невозможном. Нет, нет и нет.

— Я умираю! — рявкнула, подскочив с места. — Ой, а можно конфетку?

— Да-да, пожалуйста, — отозвался Лорри, подвигая ко мне вазу с разноцветными леденцами. Я выловила пальцами мятную, запихнула её в рот и продолжила:

— На чем я остановилась? Ах да! Я умираю!

— Что ж, вы самый жизнерадостный смертник на моей памяти, адептка Юрай.

— Я серьезно. Сила артефакта разрушает меня.

— Интересно, почему? — едко спросил он, а затем сам же и ответил: — Наверное, потому, что вы решили обнять океан! Ева, вы талантливы и амбициозны. И мне очень это нравится. Но у вас ничего не выйдет.

— У меня точно нет. Но если вы поможете…

— Ева…

— Прошу вас! — я заглянула ему в глаза и сложила руки в молебном жесте. Декан вздохнул и махнул рукой.

— Небо с вами, Юрай. Давайте попробуем.

— Чудненько! Тогда сегодня в семь. И можно ещё конфетку?

— Всё, что угодно, лишь бы не подбили меня на ещё какую-нибудь авантюру.

В назначенный час мы с ним встретились в дальней мастерской. Лорри притащил с собой целую кипу книг на старом языке, свой личный набор инструментов, который он достает только по самым важным поводам, и вазочку с конфетами.

— Приступим к сбору материала, — объявил он.

Усевшись за столом, мы стали внимательно изучать древние писания.

Где-то через час в дверь поскребли. В мастерскую, виляя хвостом, забежал Апчихвах. Он улегся у меня в ногах и уснул.

— Милейшее создание, — произнес Дотарин, с улыбкой глядя под стол.

— Это Апчихвах. Мой самый старый друг.

— Он ведь совсем щенок.

— Он отчего-то не растет.

— Хм… — многозначительно протянул артефактор.

И было в этом «хм» нечто большее, чем просто звук. Декан словно что-то понял. Понял, но мне не сказал.

— Что? — буркнула я, подозрительно покосившись на него.

— Что?

— Что значит ваше «хм»?

Лорри усмехнулся.

— Не хочу вас расстраивать, но сдается мне, что этот вовсе не собака.

Не собака?!

— А кто?..

— Ну, вариантов много. Но все они сводятся к одному — перед нами заколдованное существо. Либо его обратили в эту форму. Либо он сам её принял.

Всё чудесатее и чудесатее!

Вот так живешь с собакой, а потом узнаешь, что жил… не с собакой. Вот такой пердимонокль!

В мастерской мы просидели до самой ночи. Время прошло не зря — мы определились с материалами, которые лучше всего подойдут для создания сильной оболочки.

— Я сделаю заказ у проверенного человека. Сырье не самое распространенное. Даже редкое. Потому доставка будет дня три, не меньше.

— Качество — вот что главное. Делайте заказ.

На этом мы с ним попрощались. Я направилась в комнату, но дойти без приключений не удалось.

На пути возникло препятствие. Мерзко улыбающееся и на кулак напрашивающееся.

— Юрай, какая встреча.

— Неприятная? — хмыкнула я, пытаясь обойти второго принца. Вот только коридор был узким, а Астарт — наглым. Он сделал шаг в сторону и оказался буквально в двадцати сантиметрах от меня.

— Куда же ты?

— К Каю. Приветик передать?

— А ты борзая. Впрочем, как всегда.

— А ты нарываешься. Как всегда.

— Не забывайся, кто перед тобой, деревенская шавка. Я принц. А ты — подстилка принца. Чуешь разницу?

— Да, кажется, что-то чую. Чую облом. Большой облом, — я посмотрела ему в глаза и выдохнула: — Кричи громче. Расскажи всем, кому можешь, что ты принц. Потому что очень скоро венец с твоей башки упадет. А я не постесняюсь на него наступить. Обещаю.

Глаза его налились яростью, но меня это не испугало. Напротив — я испытала чистейший восторг.

— Не боишься? Ты ведь здесь одна. Совсем одна.

— Не одна, — раздалось холодное. На плечо Аста легла рука, резко его разворачивая.

Всё произошло быстро. Вот второй принц стоит, а вот второй принц лежит, прижимая ладонь к стремительно краснеющей щеке.

— Как ты посмел меня ударить? — завизжал Райнхард, поднимаясь на ноги по стеночке.

— Это за деревенскую шавку, — преспокойно отозвался Кай, хватая братца за воротник. Второй удар оказался унизительной пощечиной. Такой звонкой. Её определенно было слышно даже на первом этаже. — А это за подстилку. Чуешь разницу?

Признаться честно, мне самой было немного жутко стоять рядом с чудовищно умиротворенным Майерхольдом, раздающим тумаки с вежливой улыбкой на губах.

Потому я прекрасно поняла Аста, который позорно сделал ноги, стоило ему вырваться из захвата.

— Леди Эллисон просила нас поспешить. Ужин давно готов и Эф устал его подогревать, — проговорил наставник, приобнимая меня за талию.

— Ка-а-ай…

— Что?

— Мне кажется, что я тебя люблю.

— Какие дивные мысли посещают твою голову, — усмехнулся он, целуя меня в висок.

Ужин проходил в уже привычном кругу. Мама, Кай и я сидели за столом. Эф суетился туда-сюда, умудряясь при этом поддерживать беседу. А Чих, словивший внезапный приступ любвеобильности, вился вокруг моих ног.

— Кто-нибудь знает, какая погода будет завтра в столице днём?

— Обещали мокрый снег, — отозвался Эф, чуть скривившись. — Самое мерзкое явление природы.

— И самое полезное в нашем случае, — обрадовалась я.

Дождь, конечно же, был бы куда кстати. Но снег тоже неплох.

— Может быть, всё же расскажешь, что задумала? — попросила мама.

— Увидите, — только и сказала я, вставая из-за стола.

Час пробил. Пора сбить с Астарта спесь. И я сделаю это самым подлым образом.

Он хочет стать королем. Что ж, мечты порой не сбываются. Король без любви народа — пустое слово. А я сделаю так, что его возненавидит каждая собака в королевстве.