Глава 8

Ада тормозила, как могла, приближаясь к стеклянным дверям огромного здания. Паша тащил упирающуюся пигалицу за руку.

На толстые каблуки её туфель налипли красные листья. Дополнительный антураж идеально подходил мелкой ведьме.

Он чувствовал себя воспитателем детского сада. Увещевания спокойным голосом:

— Ничего с тобой не случится. Врачи — не звери. Рустам собрал лучших! Дикий страх объяснял болезнью матери. Успела насмотреться на разных врачей.

Ада произвела фурор, от которого не знала куда деться. Упавшие челюсти посетителей, любопытные взгляды персонала.

Павел с невозмутимым видом присутствовал рядом. Ошарашенные пациенты шушукались, переводя взгляды с него на Аду. Папа привёл непутёвую дочку на осмотр… Естественно к гинекологу!

Она дала себе слово: «больше никогда!»

Каждый старался рассмотреть любительницу чёрной магии. Когда ещё доведётся поглядеть на такой «зоопарк». Шёпот с хихиканьем неслись в спину.

Высокий, красивый мужчина с лёгкой сединой на висках, вышел к ним из двери в служебный блок. Он, в отличие от остальных, улыбнулся и подмигнул.

Ада расцвела. Огромные глаза в дьявольской подводке стали бездонными. Услышать от обаяшки восхищённое:

— Редкая красавица… — бальзамом на душу.

Она вскинула взгляд на Пашу.

На секунду в холодных глазах родственника мелькнула пугающая бездна. Эйфория от похвалы улетучилась вместе со смелостью.

— Видишь, хоть кто-то меня заценил! — выговаривала заплетающимся языком.

Если скажет пошлость или не согласится… Ада сжалась, ожидая ответ. Единственное мнение, которое волновало с недавних пор.

Паша поцеловал холодные пальчики, сверху вниз заглядывая в испуганные глаза. Эти слова она будет смаковать долго.

— Для меня ты бесценна! — и, подтолкнув в спину, кивнул на миловидную девушку. — Не бойся! Лена поможет. Проведёт по нужным специалистам. Я у Рустама в кабинете, наберёшь, когда освободишься.

Ада блаженно улыбалась, насладившись эхом сердца: «бесценная!» Значит лучшая?

Счастливая ведьма пугала окружающих не меньше растерянной.

Она прятала взгляд, переступив порог кабинета, жутко стесняясь высокого врача мужчины. В эту клинику их отбирают по особому каталогу?

Добрые глаза. Приятный голос. Успокаивающие слова:

— Ну что, вы зажались? Я не кусаюсь. Давайте заполним форму… — Он быстро стучал пальцами по клавиатуре, задавая вопросы: — Девушка, женщина? С какого возраста занимаетесь половой жизнью? Сколько было партнёров?

Стыд и страх сжали грудь. Она пробормотала чуть слышно, отвечая на первый вопрос.

— Девушка…

Врач вскинул взгляд.

— А почему с таким испугом?

Ада кусала губы. Похоже, сегодня кто-то огребёт по полной. Хотелось оттянуть момент объяснений или избежать вовсе. Она взглянула на прикреплённый к карману белого халата бейджик.

— Владимир Сергеевич, можно вас попросить? — в больших глазах мольба. — Пожалуйста, напишите, что я женщина! — она стукнула ладонью по лбу, почему раньше не приходило в голову. — Или, лучше, дефлорируйте меня? — голубые глаза с надеждой взирали в карие.

Доктор нахмурился, потряхивая головой.

— Не понял, что сделать?

Ада радостно проверещала:

— Лишить меня девственности! — глаза полные счастья. Вот оно решение всех проблем.

Владимир Сергеевич громко икнул. Зачем согласился выйти в законный выходной? Сначала оторопел от вида необычной пациентки, теперь ошарашен её предложением. Под ложечкой засосало. Она не понимает с кем пришла на приём? Если молодой оторве себя не жалко, то ему жить не надоело.

Он попытался быть предельно тактичным.

— Как вы это себе представляете? — плавно уводя в сторону. — Вообще-то я на работе.

Ада смотрела на смутившегося хозяина кабинета. Этот козёл решил, что она проститутка или кто? Обидно. Лучше быть ведьмой.

— Скальпелем! А вы что подумали? Что я вам себя предлагаю? — Она хохотнула. — Вы знаете, кто мой дядя?

Врач усмехнулся. Рустам просветил заранее кто с утра придёт на осмотр.

— Осведомлён, поэтому вежливо сдержан.

— Отлично! Берёте скальпель, и режете! — попробовала взять нахрапистостью.

— Что?

— Плеву!

Не получилось!

Он подвёл глаза в потолок.

— Мне жизнь дорога. Пройдите на кресло.

Ада чуть не ревела. Паника накрыла с головой. От страха дрожали губы. Обманула Пашу, чтобы избежать избиения от бандитов, но теперь от него получит за враньё.

Павел почти час просидел в кабинете директора клиники. Успели обсудить многое из общих дел и дошло время до личного. Кто лучше врача просветил о последствиях дефлорации в невменяемом виде.

Он болтал виски в стакане. Звук касания квадратных кубиков льда со стеклом действовал успокаивающе.

Рустам запустил пальцы в волосы.

— Да, ситуация не из простых. Подготовить не мог, возможны внутренние повреждения, но тогда она бы кровила, ходила с трудом и жаловалась на постоянные боли. Это не спрятать, хваталась бы за живот, зажималась, плакала…

— Ничего из перечисленного нет. Ходит прямо, не ноет и выносит мне мозг, — он рассмеялся. — Реветь в пору мне. Мозг выносит особо извращённым образом. Каждую минуту в напряге, жду новых выходок.

— Восемнадцать лет, что ты хотел? Девочки взрослеют раньше мальчиков, но смотря в каких условиях воспитываются.

— Восемнадцать? Мне сказала. Что двадцать.

Рустам кивнул на экран компьютера.

— Передо мной анкета, заполненная с её слов гинекологом…

Паша схватился за голову.

— Хорошо хоть не малолетка. Могли подвести под статью.

Врач удивился.

— Ты не знаешь её возраст? — он отправил сообщение гинекологу.

— Откуда? У неё вообще нет документов. Убегали в спешке. Может в бумагах, за которыми охотится Тихон, есть какие-то копии? — Он вскинул взгляд на невозмутимое лицо друга. — Но самого письма нигде нет!

— Сейчас хотя бы с её слов будем кое-что знать.

Паша кивал. Пигалица, запавшая в душу, оказалась уравнением с множеством неизвестных.

— Девчонка не плохая, не алчная врунья. Открытая книга. Людей я умею читать. Там нет второго дна. Искренняя. Такие не продают. Для меня это главное.

— Самый простой выход — сесть и поговорить по душам!

Паша нахмурился. С самого начала хотел так сделать, но никак не было времени.

— Вечером. Пока на повестке куча других дел. Здоровье на первом месте. Хочу знать, стоит ли ждать сюрпризов. У Марины была термальная стадия рака. Умерла бы через пару недель. Тихоне нужно было запугать Аду показательной казнью.

— Посмотрим, что скажет психолог. Думаю, придётся ей его посещать первое время. Такое не проходит бесследно. Резкие перепады настроения тому подтверждение.

— А если она забеременела? — самый важный вопрос, который не давал спать и дышать полной грудью. Изнасилованная мамочка в восемнадцать лет…