Глава 24

Витя сидел в своем кабинете в окружении кипы бумаг, и что-то, как всегда, писал.

— Ну, что там у тебя? — спросил я, плюхаясь на стул.

Витя поднял глаза и скептически меня осмотрел.

— Странно видеть тебя в костюме, — хмыкнул он, — биг босс.

— Вить, мне не до смеха, — отмахнулся я от его придирчивого взгляда.

Подколы от Вити совсем не огорчали, скорее, разряжали обстановку. Я знал, что он полностью на моей стороне и во всем меня поддерживает, чего не скажешь о большей части моего отдела. Пока я проходил, несколько человек злостно проводили меня взглядом. Кто бы мог подумать, что деньги, зачастую, не вас меняют, а отношение окружающих к вам. Часть стала лебезить, часть ненавидеть. И только 1/3 никак не поменяла отношения. Печально, но и отрезвляюще.

— Так я и не шучу, — примирительно улыбнулся следователь, — задержали мы, — Витя подсмотрел в какие-то бумаги, — Алексеева Александра Александровича, 1971 гр. Фермера.

— И? У него есть алиби? — в нетерпении заерзал я на стуле.

— Нет, зато есть шрам на руке. И под телосложение и описание он подходит. Когда тебе разукрасили машину, он утверждает, что был один дома. Он разведен, жена с детьми живет в городе, но дети часто бывают у него. Но в тот день он, по его словам, был один.

— А когда случился пожар на фирме?

— Тогда он разводил фермерские продукты. Но, пожар случился в 14 часов, перед этим, в 13.00 он был в офисах неподалеку от тебя, а следующий заказ он отвез только в 16 часов. Как он говорит, что устал и решил перекусить в забегаловке. Но подтвердить это практически нереально, камер там нет, официантов тоже, а за день проходят миллионы людей.

Витя устало потер переносицу, подняв на меня взгляд.

— Идеальный подозреваемый, да?

— Вить, мне не нравится твой тон, что не так? — напрягся я.

— Макс, ты меня хорошо знаешь, я давно работаю и доверяю своему чутью.

Я устало опустил голову на руки.

— Это не он, да? — спросил я, заранее зная ответ.

— Макс, я следователь и руководствуюсь только фактами. Пока они все против этого человека. Но наша задача, как ты помнишь, не очернить кого-то, а найти реального преступника.

— Что-то кроме интуиции говорит в его пользу? — обреченно спросил я.

— На самом деле, косвенные доказательства непричастности есть. Когда он, по его словам, был дома, соседи утверждают, что в доме горел свет. Он, конечно, мог и оставить его, но все же. Если говорить о том, что он проявлял знаки внимания Олесе, то можно так же сказать еще как минимум о семерых женщинах, у него такая манера разговора, я позвонил нескольким его заказчицам, и они подтвердили, что любит он сыпать комплиментами, да зубы заговаривать.

— Я понял, — я посмотрел на свои руки, как будто был хиромантом, и они могли мне дать подсказку. — Какое впечатление после разговора с ним?

Витя побарабанил по столу.

— Он не мог понять, о какой девушке я говорю. Даже когда я назвал фирму, он не сразу вспомнил, либо он гениальный актер, либо…

Следователь не стал договаривать, все и так понятно.

— Но он же еще под подозрением? — тихо спросил я.

— Да, даже задержан до выяснения обстоятельств. Макс, — я поднял взгляд, — мои ребята проверяют подноготную Олесиных коллег, мне кажется, нужно в ту степь копать.

— Кстати, — вспомнил я звонок девушки, — ей сегодня звонил Игорь, коллега, звал в пятницу отдохнуть всей их компанией. Что думаешь?

— Хм, — усмехнулся Витя, — я аккуратно проверю, действительно ли намечается вечеринка, кто ее инициатор, кто идет. Конечно, может это и ложный след, но не находишь, как-то прямо вовремя раздался звонок?

Я кивнул.

— Олеся тоже напряглась, говорит, что три недели ни от кого не слуху, не духу, а тут неожиданно позвали.

— Я проверю. Макс, мне нужно работать, — абсолютно некорректно выпроводил меня друг.

— Понял, исчезаю, мне, кстати, тоже, — скривился я напоследок.

— Вот и отлично. По поводу вечеринки, Олеся пусть пока не дает ответ, я сначала все разузнаю.

Я кивнул и вышел за дверь.

По дороге домой, я все никак не мог отключить голову. Кто у нас есть? Четверо с работы, бывший Олесин парень, фермер. Конечно, вполне вероятно, что это вообще кто-то вне этого списка, но почему-то мне так не кажется.

Дома лучше не стало, Олеся была явно не в настроении и, после ужина, извинившись, ушла к себе в комнату. Я не стал настаивать на совместном досуге, если честно, тоже хотел отдохнуть и подумать.

Я прилег на постель, даже не расправляя ее. Хотел просто полежать, подумать. Но бессонные ночи и большое количество информации решили за меня, я не заметил, как отключился.

Проснулся я резко от чувства тревоги. В первые минуты не мог понять, что не так, затем до меня дошло. Я посмотрел на часы, было уже 3 часа ночи, а Олеси со мной рядом не было.

Я резко вскочил и бросился в сторону ее комнаты, но перед дверью затормозил. Олеся была в комнате, но войти я туда не решался. Она плакала, пыталась скрыть рыдания, но всхлипы все равно доносились сквозь дверь. Черт. Я прислонился лбом к двери. Это из-за меня?

Олеся

Меня накрыло. Накрыло так, как никогда в жизни. Начиналось все нормально, Макс вернулся с работы, мы поужинали, поговорив не о чем. Затем он мне рассказал, что фермера задержали, но Витя подозревает, что это не он.

Я стиснула зубы, но постаралась держать себя в руках. Когда поняла, что это получается слабо, извинилась перед Максом и ушла наверх. Слава богу, то ли Макс был сильно уставшим, то ли почувствовал мое состояние, но он не пытался меня задержать.

Я включала самую тупую комедию и начала отключать мозг. Где-то к полуночи, я почувствовала, что меня клонит в сон. Пошла в комнату к Максу, но он спал, даже не раздевшись. Даже не представляю, как он выматывается. Новая работа и мои проблемы. Я решила его не будить и ушла к себе. Прокрутилась около часа, затем провалилась в короткий сон, где меня и настиг кошмар. В этом кошмаре, мой маньяк тащил меня куда-то, а Макс лежал рядом мертвый.

Я проснулась в ужасе. Меня колотило от страха, а потом пришло понимание, что этот сон может оказаться правдой, в любую минуту может случиться что-то ужасное. Каждый раз, когда Макс уходит, я нервничаю и не могу успокоиться, пока он не возвращается домой. В каждом звонке и смс я вижу подвох и ожидаю каких-то ужасов, шаги за дверью вызывают во мне панику.

Все эти мысли в голове образовали тугой комок, который вылился рыданием. Я пыталась успокоиться, взять себя в руки, но напряжение всех этих дней должно было найти выход. Я кусала подушку, боясь разбудить парня за стенкой, но всхлипы то и дело выходили наружу.

Не знаю, сколько я провела времени в окружении своих слез, но, наконец, истерика начала сходить на нет. Я вытерла последние слезы и решила сходить умыться. Тихонько вынырнула за дверь и тут же чуть не полетела вниз, споткнувшись о сидящего возле стены Макса.

— Ты давно здесь? — спросила я, смущаясь.

— Достаточно, — парень поднял глаза. — Хочешь поговорить?

Я отрицательно помотала головой.

— Хочу умыться и уснуть.

— Со мной или одна? — Макс как истинный мент, задавал правильные вопросы.

— С тобой, если ты не против, — ответила я, переминаясь с ноги на ногу.

— Не против, — парень улыбнулся, вставая на ноги. — Я тогда жду тебя?

Я кивнула и поспешила в ванну.

Я решила принять заодно и прохладный душ, чтобы окончательно прийти в себя. Когда я пришла в комнату к парню, он не спал, сидел в кресле с мобильником.

— Ты почему не ложишься? — спросила я тихо.

— Тебя ждал, боялся, что ты улизнешь к себе.

Я улыбнулась.

— Я же призналась, что хочу твоего общества. А еще обнимашек, желательно, очень крепких.

Макс усмехнулся и направился ко мне в кровать.

— Обнимашками я тебя теперь на всю жизнь обеспечу.

Прозвучало как признание, от которого сразу стало легче.

Парень крепко прижал меня к себе, не делая попыток соблазнить.

— Олененок, есть что-то, что я должен знать? — тихо на ухо прошептал он мне.

Я, конечно, поняла, что он про мою недавнюю истерику говорит.

— Нет, все в порядке, просто я немного устала от всего, — я вздохнула, цепляясь за его руку.

Макс ничего не стал говорить, поцеловал меня в щеку и прижал еще крепче.

— Макс, я задохнусь.

— Крепкие обнимашки, как ты просила, — усмехнулся парень. 1439f7c

— Монстр, отпусти, — прокряхтела я.

Парень засмеялся и слегка ослабил хватку.

— Спи, Олеся, скоро все будет настолько хорошо, что ты будешь скучать по этому безумию.

Я, конечно, сильно сомневалась в обоих пунктах, но говорить вслух этого не стала. Мне и сейчас неплохо в целом. Страшно, но очень даже неплохо.

Утро вечера мудренее только в сказках. Утром мне стало стыдно за истерику и вернулось тревожное чувство. Возможно потому, что я проснулась одна. На часах было почти девять. Конечно, мой монстр уже уехал на работу.

Я спустилась вниз, и там меня ждал сюрприз — кофе в кофейнике и кривые сырники. Я сразу сунула один в рот и развернула записку, которая лежала рядом.

«Я ни черта не романтик, но, надеюсь, этот шедевр моего кулинарного мастерства поднимет тебе настроение. Твой Монстрррр. PS Если сырники не съедобные, выкини их, а мне соври, что было вкусно))».

Я засмеялась в голос. Сырники на самом деле были вкусные, хоть и не слишком привлекательные. Позавтракаю и позвоню Максу, чтобы выразить свою благодарность, в первую очередь, за настроение.