Глава 32

Максим

Я еле сдерживался, чтобы не взорваться, понимал, что Олесе еще тяжелее. Чтобы не сорваться на окружающих, я вышел на улицу. Стрельнул у молодого оперка сигарету, и с наслаждением закурил. Я не курю порядка 7 лет, да и прошла уже тяга, чтобы кто не говорил про отсутствие бывших курильщиков. Я давно уже стал равнодушен к сигаретам и курению вокруг меня. Было куча сложных операций на бывшей работе, проблем в офисе, да даже когда я твердо решил увольняться, не вспомнил про сигареты. А тут накрыло. И главное с чего? Все же оказалось банально и не слишком опасно, я реально боялся, что за Олесей охотиться невменяемый псих, желающий сделать столько ужасных вещей, что я усилием воли подавлял картинки в своей голове.

Но почему-то такая развязка меня подкосила. То ли сказалось напряжение всех дней, то ли ошарашенные глаза девчонки, то ли злость, то ли тот факт, что я непосредственно виновен во всех проблемах. Да, скорее всего последнее.

Я сделал две затяжки и окончательно убедился, что никотиновое братство меня отпустило — было невкусно и чувство расслабленности не появлялось.

Я затушил сигарету и выбросил в урну.

— Ну, ты что-то совсем раскис, — раздалось сзади.

Я, не оборачиваясь, пощелкал костяшками пальцев.

— Херовый расклад, Тем, — ответил я другу, — из-за меня, по большей части, произошел весь этот кошмар.

— Ты дебил? — коротко спросил дружище.

Я усмехнулся.

— А ты знаешь, как подбодрить в трудную минуту.

— Так, хватит стонать как баба, — мне на плечо опустилась тяжелая рука, — все произошло из-за неуемной жадности и беспринципности Олесиного бывшего. И ей сейчас твоя поддержка и благоразумие нужно, а не самобичевание. Раскис он. Тебя на денек нужно к нам вернуть, а то тебе в твоем офисе мозги засрали, — не унимался Артем.

Я засмеялся.

— С такими друзьями и врагов не надо.

— Поговори мне еще, — затаскивая меня обратно, пробубнил напарник.

Мы вернулись обратно в кабинет, где застали одного Витю.

— А где Олеся? — спросил я, начиная нервничать. Видимо, сказалось долгое переживание за нее, так как незнание того, где она в данный момент поднимало волну паники.

— Пошла поговорить с задержанным, — невозмутимо ответил Витя, перекладывая какие-то бумажки.

— В смысле? — стараясь говорить спокойно, переспросил я следователя.

— В коромысле, — ответил друг, поднимая на меня взгляд. — Что тебе непонятно в моем ответе, Макс?

— Какого черта ты ее пустил?! — взревел я.

— А почему нет? — непонимающе уставился на меня друг. — С чего бы мне препятствовать?

Я понимал, что он, черт возьми, прав. Но легче мне от этого не было. Я сам не знал, почему так завелся.

— Я подожду ее в коридоре, — рыкнул я, на прощание хлопнув дверью. Когда успокоюсь, надо будет поблагодарить Витю и извиниться. Но это потом.

Олесю я нашел уже в коридоре. Она стояла ко мне спиной, опустив плечи, и казалась такой маленькой и беззащитной, что сердце сжалось от боли. Словно почувствовав, что я сзади, она обернулась.

— Поехали домой? — спросил я.

Девчонка кивнула, сжимая кулачки.

До машины шли молча. Уже сидя в салоне, Олеся заговорила.

— Я поговорила с ним.

— Зачем? — спросил я, сам не знаю, почему именно этот вопрос вырвался у меня.

Олеся пожала плечами.21b4bc

— Хотела посмотреть ему в глаза.

— Ну и как? — продолжил я допрос, опираясь на руль.

— Никак. Все кончилось, Макс, — неожиданно улыбнулась девчонка.

— Все ли? — спросил я ее с улыбкой.

Она с удивлением и тревогой подняла брови.

— У тебя теперь другой маньяк, я бы даже сказал, личный монстр, — провел я рукой по ее щеке.

Олеся расслабленно улыбнулась.

— Ну, я, в общем-то, не против, — протянула она, щурясь от моей ласки.

— Это хорошо, — произнес я, привлекая ее для поцелуя, — а то я уже стал думать, как бы закрыть тебя у себя дома.

Олеся резко отстранилась.

— Я правильно понимаю, ты не хочешь, чтобы я уезжала к себе?

Я нахмурился.

— А ты хочешь обратно переехать?

— Я не знаю, — запинаясь, ответила девчонка, — просто как-то все быстро. Отношения развивались очень стремительно, хотя мы ни разу не обсуждали, что будет дальше.

— Я тебе нравлюсь? — спросил я.

— Что за чушь ты спрашиваешь? — деланно возмутилась Олеся, — конечно, нравишься. Очень, мне с тобой безумно хорошо.

— Ну и хватит выпендриваться, — усмехнулся я, заводя машину.

— Я не поняла, — стукнула меня кулачком в плечо Олеся, — где ответные признания?

Я улыбнулся, делая театральную паузу.

— Ну, все, — буркнул Олененок, — приезжаем, я собираю вещи, забираю кота и уезжаю от такого бесчувственного монстра!

— Черчилля не тронь, — засмеялся я, — он мой бро. А ты моя любимая девушка, и если еще раз заикнешься, что собираешься от меня уйти, привяжу к кровати и вытрахаю всю чушь из твоей головы.

— Кошмар! — возмутилась Олеся, — с кем я живу?!