Глава четырнадцатая

— Мария, ты обучена грамоте? — герцог оторвался от бумаг, откинулся на спинку стула и задумчиво уставился на меня.

— Да, конечно, — ответила я, не подумав.

— Хорошо. Мне нужна помощь. Не откажешь?

Я отложила пуховку для пыли и приблизилась, настороженно глядя на Клэйтона через широкий стол. Он улыбнулся краешком губ и подал мне несколько сшитых листов.

— Знаю, что там есть ошибки в расчетах, но не могу найти. Может, посмотришь свежим взглядом?

— Вряд ли моих способностей хватит на такую серьезную работу, — тихо сказала я.

— И все же я был бы благодарен за попытку. Присаживайся, где тебе удобно.

Удобно мне было в дальнем от стола углу, где под торшером стояло обтянутое сине-кремовым гобеленом кресло. Я села на краешек сиденья и положила документы на колени, не торопясь приступать к чтению.

"Для чего тебе это, Клэйтон? Пытаешься впечатлить наивную деревенскую девушку? Или ищешь доверия жены?"

Мне не нравилось ни первое, ни второе. Заставить себя думать, что Клэйтон — падкий на молоденьких служанок повеса, я не могла. Но как тогда объяснить его интерес, учитывая то, что меня невозможно узнать? К тому же, кто эта девушка, которую Агата вчера утром видела в саду?

Последнее я планировала узнать как раз сегодня. Думала прибрать кабинет и, убедившись, что Клэйтон занят работой, осторожно заглянуть в спальню. Вчера Клэйтона в комнатах не было, но зато была Агата, которую Данна неожиданно определила мне в помощь. Сегодня Агата снова вернулась к своим обязанностям горничной герцогини. Однако ей не нужно было перестилать белье. Герцог запретил тревожить больную жену, так что освобождалась девушка раньше меня. На это я и рассчитывала, откладывая уборку в спальне напоследок. Но герцог успел перехватить меня раньше.

Наконец я неохотно перевернула первый лист, вчиталась и недоверчиво посмотрела на герцога. Тот моего хмурого взгляда не заметил. Собственно, в данный момент Клэйтон никого не замечал. Сидел, прикрыв глаза и положив руку на мыслекамень, полностью погруженный в разговор.

И я снова отметила, насколько мой несостоявшийся муж красив. Твердый подбородок, прямой нос, высокие скулы, чувственные губы и карие глаза в окружении непозволительно длинных ресниц. Глядя на него, невозможно поверить, что эти аккуратные ногти превращаются в мощные когти, а идеальная стрижка — в косматую гриву.

"Почему ты не предупредил меня, Клэй?"

Эта мысль не давала мне покоя вот уже неделю. Первое время я вообще выкидывала все мысли о случившемся из головы и памяти. Но, успокоившись и присмотревшись к Клэйтону, против воли начала задумываться о том, как бы сложилась наша совместная жизнь, если бы я знала, каким мой друг вернулся из академии.

Не дождавшись внимания герцога, я вернулась к бумагам. Очень сомневаюсь, что деревенская девушка, пусть и обученная грамоте, смогла бы разобраться в отчётах с одного из поместий.

Первым желанием было вручить все Клэйтону обратно. Но, если быть честной с самой собой, мне до чёртиков надоела уборка. Две недели физического труда — это само по себе неплохо, но без чтения, ставшего привычкой, мне уже начало казаться, что я глупею на глазах.

В общем, эту борьбу с самой собой я проиграла. Устроилась поудобнее и начала внимательно вчитываться в ровные мелкие строчки. Цифры действительно не сходились, в отчёте было много незначительных, на первый взгляд, ошибок и допущений. Не критических, но недопустимых для грамотного управляющего.

Ведение домашнего хозяйства было одним из важнейших предметов в интернате святой Катерины. Ещё бы, ведь там готовили идеальных жён для высшей аристократии, послушных и нужных.

— Получилось? — Клэйтон спросил негромко, но я все равно вздрогнула.

— Да.

Я всё-таки не удержалась. Лишь бы не пожалеть о своей честности.

— Мой отец доверял мне проверку учётных книг.

Это было правдой и вполне укладывалось в легенду о разорившемся купце. Так что я решительно направилась к Клэйтону, попросила карандаш и обвела все ошибки, которые нашла.

— Это очень важная помощь, Мария, — проникновенно сообщил герцог.

От бархатных ноток мужского голоса предательская дрожь приятной волной пробежала по телу. Как должна была отреагировать настоящая Мария Парье на похвалу? Наверняка покраснела бы также, как и я.

— Благодарю, милорд.

— Свою работу на сегодня можешь считать законченной. Скажи, что я велел прислать другую горничную.

— Вряд ли это хорошая идея, ваша светлость, — осмелилась возразить я. — День только начался. И Данна, и господин Дункан решат, что я не справляюсь. Позвольте мне закончить.

На лицо Клэйтона я не смотрела. Видела только, как он крутит карандаш в изящных пальцах. И мысль о том, что эти руки могут превращаться в мощные лапы, вдруг показалась дикой и несуразной.

— Я думаю, моя спальня переживет один день без уборки, — наконец, сказал герцог.

Я удивлённо подняла глаза и сразу попала в плен его мальчишеской и такой знакомой улыбки. Веселье плескалось в глубине карих теплых глаз. И мне вдруг представилось, что сейчас Клэйтон, как в детстве, расскажет мне о нашей предстоящей проделке.

— И что делать мне? — почти неслышно спросила я, пытаясь выбросить из головы детские образы. Прежний Клэйтон совершенно точно не умел превращаться в монстра. А если бы мог, то непременно бы мне сообщил.

— Я вижу, что ты образованная девушка и, наверное, скучаешь без чтения. Моя скромная библиотека в твоем распоряжении.

Герцог сделал широкий жест рукой, и я невольно проследила за его движением.

Библиотека была не то чтобы большая — четыре высоких книжных шкафа вдоль двух стен кабинета — но очень впечатляющая. Уже неделю, осторожно смахивая пыль с некоторых особенно редких экземпляров, я завистливо вздыхала и осторожно гладила старинные корешки кончиками пальцев.

— Я заметил, что тебе приглянулась "История Магии" профессора Вордонэ, — окончательно смутил меня Клэйтон. Не думала, что он замечает мои заминки возле этой книги. — К сожалению, я не могу позволить выносить книги из этой комнаты, но ты вполне могла бы читать здесь.

— Я не могу, — отчаянно борясь с собой, пробормотала я. — Книга очень ценная. Даже я это понимаю.

Клэйтон встал из-за стола и, несмотря на то, что его движение было медленным и плавным, я отшатнулась. Мужчина этого не заметил. Он спокойно прошел мимо напряжённо замершей меня к шкафу, уверенно протянул руку и безошибочно достал нужную книгу. Положил ее на кресло, которое я облюбовала для изучения отчёта, и, не торопясь, вернулся за стол.

Я смотрела на книгу и понимала, что не смогу побороть желание ее открыть. В интернате мы проходили выдержки из '"Истории магии", и ещё тогда меня потряс слог и мастерство профессора Вордонэ.

"А вдруг там есть что-то про академию Кавальдэ?"

Эта мысль последней каплей упала в и без того полную чашу моего желания хотя бы подержать в руках знаменитое издание. Я бросила осторожный взгляд на Клэйтона, но тот уже про меня забыл.

Решившись, я подхватила книгу с кресла, поднесла к лицу и вдохнула запах старой кожи и бумаги. Этот аромат древности заставил меня счастливо выдохнуть, а потом замереть и стремительно обернуться. Мне показалось, что я слышала мужской вздох — глубокий и шумный. Но Клэйтон увлеченно вчитывался в бумаги на столе и не обращал на меня ни малейшего внимания.

В этот раз я, предвкушая интересное чтение, не довольствовалась краешком сиденья, а разместилась с максимальным комфортом, жалея лишь о том, что нельзя скинуть кожаные туфли с тяжелой деревянной подошвой и забраться в кресло с ногами.

— Время обеда.

Я непонимающе уставилась на Клэйтона, который стоял передо мной, рассматривая с весёлым интересом. Я с сожалением закрыла книгу и только потом осознала, что сижу, поджав под себя ноги в одних вязаных чулках.

— Прошу прощения, ваша светлость, — вновь покраснела я. Отложила книгу и торопливо обулась. Клэйтон заблаговременно отвернулся, позволяя мне спокойно привести себя в порядок.

— Время обеда, — стоя ко мне спиной, повторил герцог, и мне послышалось сожаление в его голосе.

После обеда я также, как и всю эту неделю, осталась помогать Ирме и Нетти на кухне. Мыслями я постоянно возвращалась к прочитанному, поэтому не обращала внимания на полные смеха и шуток беседы девушек. Однако, когда в кухню на обед пришла следующая группа служащих, разговор принял совсем другой характер. Я невольно прислушалась.

— Как это растерзанный? — спросила совсем юная Жанин.

— Молча, — грубо ответила ей одна из пришедших женщин. Кажется, она работала в саду. — Тело словно звери рвали. Только не бывает таких громадных зверей.

— И кто он? — испуганно стиснула тряпку Ирма. Все кухонные рабочие замерли, стараясь не пропустить ни слова из сказанного женщиной. Она чувствовала это концентрированное внимание и явно получала от него удовольствие.

"Прямо как Каролина", — нервно хмыкнула я про себя. Слушала я также внимательно, как и остальные. В кухне повисла тягостная атмосфера, прерываемая лишь испуганными возгласами.

— Да из новых кто-то. Конюх, что ли. Пришлый, видимо. Никто толком не знает, откуда он. Говорят, — женщина понизила голос, и остальные сделали синхронный шаг к ней, — что даже господин Дункан не знает. Начальник стражи приказал похоронить тело на местном кладбище для слуг. А там хоронят только тех, у кого родных нет.

Отрывок из мыслесообщения:

Саманта: Скоро увидимся, сестрёнка. Я так соскучилась!

Валери: (напряженно) И я! Но Сэмми. Не знаю даже как сказать. Боюсь, что лучше тебе не приезжать.

Саманта: (встревоженно) Что случилось, Лери? Не пугай меня!

Валери: В замке убили человека, Сэмми.

Саманта: (испуганно) Ты в порядке? Как это произошло?

Валери: Думают, что нападение дикого зверя.

Саманта: В замке?! Но Клэйтон рядом и он защитит тебя, правда?

Валери: (неуверенно) Конечно.