Глава 24

Влад

Гудок. Еще один. И Вадим, наконец, отвечает.

— Привет! Давно не слышались, как ты? — тут же спрашивает он радостным голосом.

— В целом, сойдет, — немного кривлю душой. — У тебя какие планы?

— Я сейчас на дне рождении бабушки Леры, — отвечает он, и я мысленно присвистываю. Судя по всему, с этой девушкой у них все далеко зашло, хотя начиналась вся эта кутерьма как ну очень своеобразная шутка для родителей. — Но думаю, что через час уже буду выдвигаться.

— Можем встретиться? — спрашиваю я.

У меня слишком острое желание поговорить с другом. Как минимум спросить про то, как дела у Кристины. За все это время она так и не выходит у меня из головы. Я предпринимал несколько попыток помириться, но на сообщения мои она не реагировала, а в универе никак не удавалось пересечься. Уж не знаю почему, но Крис беспардонно прогуливала большую часть занятий, включая мои.

— Да, конечно. Давай в “Драконе” тогда через полтора часа, — в тоне друга мелькает обеспокоенность. — Что-то случилось?

— При встрече, — бросаю я и кладу трубку.

Да, блин, случилось. Сестра твоя случилась со мной.

И я совершенно не знаю, как с этим бороться.

Никак не могу избавиться от мысли, что Кристина и правда посчитала наши отношения ошибкой. Она как заноза сидит в мозгу и причиняет боль. Я то и дело представляю, что она все же пошла на уговоры отца, и они с Шервудом готовятся к свадьбе. Может, поэтому она пропадает на учебе? А смысл, если удачно выходишь замуж…

А еще Кристина мне снится. Постоянно.

В одном сне она ласкова со мной, словно кошка. Обхватывает своими губами мой член, не отрывая при этом взгляда от моего лица. Стоит на коленях, при этом сжимая член одной рукой у основания, а вторую запускает себе между ног. И все это не отрываясь от минета. От таких снов я просыпаюсь со стояком и сразу иду в душ, чтобы сперва спустить пар, а затем хотя бы постараться избавиться от этих мыслей.

В другом сне она бежит от каких-то безликих мужчин в классических костюмах, почему-то в свадебном платье и с букетом невесты. И прибегает всякий раз на церемонию, где ее уже ожидает этот смазливый блондинчик с похабной улыбкой. Священник — хотя какой к черту может быть священник в реальности? — требует у них клятвы верности друг другу. А когда спрашивает, может ли кто-то из присутствующих сообщить о том, что против этого брака, я встаю и кричу. Но меня никто не слышит. Я раскрываю рот, но не могу выдавить и звука.

От таких снов я просыпаюсь в холодном поту, вот только никакого приятного продолжения у них не бывает.

Я схожу с ума и корю себя за это. Никогда в жизни не вел себя так глупо, не поддавался гордыне и не… не переживал из-за отношений.

Я сам не понимаю, как у этой девчонки получилось так просто меня сломать.

Я собираюсь в “Дракона”, только вместо классических брюк и рубашки надеваю простую футболку и джинсы. Интересно, а что, если Кристина сегодня тоже в клубе брата? Может, они помирились? В тот же миг чувствую вину, ведь понимаю, что поссорились они из-за меня. Или нет? Или из-за того, что Вадим и правда слишком сильно ее опекал?

В любом случае, этому стоит положить конец.

Прежде чем вызвать такси, прогуливаюсь по парку неподалеку от дома. Под ногами слякоть, да и с неба падает мокрый снег — погода никак не настраивает на легкий и благодушный лад. Когда сажусь в приехавшую машину, у меня не остается и капли желания отправляться хоть в какое-то шумное место. Вот только с Вадимом поговорить все еще охота.

Слишком много лет мы друг друга знаем. И слишком долго я скрывал от него, что по уши влюбился в его сестру.

У “Дракона”, как и всегда, шумно. У входа куча молодежи. Кто-то ожидает в очереди, кто-то уже вышел на перекур и весело обсуждает какие-то веселые и беззаботные темы. И раньше я бы с удовольствием примостился где-нибудь в уголке, затянулся бы сигаретой и вслушался бы в беседу, но сейчас ни курить не тянет, ни вникать в чужие разговоры.

В “Дракона” я вхожу довольно быстро, охранник на входе уже получил инструкции на мой счет. Но вместо шумного бара поднимаюсь в офис Вадима — он на втором этаже. Тут куда тише и приятнее. Кабинет уже открыт, Вадим внутри.

— Здарова! Проходи, — он широко улыбается, встает из своего кресла и подходит к широкому деревянному шкафу. Достает с полки бутылку виски. — Будешь?

Я киваю и тут же падаю на его диван. Он мягкий, буквально засасывает в свои объятия.

— Как прошел вечер? — спрашиваю я. — Как с Лерой?

— Огонь! — радостно отзывается друг, протягивая мне стакан с виски. — Кажется, эта крепость пала.

— Под твоим-то натиском и не пасть, — хмыкаю я.

— Лера могла и не пасть, — задумчиво отзывается друг. — Именно с ней я понял, как здорово обсудить с девушкой свои проблемы. Она слушает, рассказывает о своих…

Разговаривать о проблемах. Думаю, именно этого нам с Кристиной и не хватало.

— Еще Кристинку сегодня видел, — Вадим словно слышит мои мысли. —  Не ожидал, что Валентина Павловна позовет на день рождения и ее.

— Как она? — я даже подаюсь вперед, жадно вслушиваюсь в его ответ.

— Да хз, — Вадим протяжно вздыхает. — Не клеится у нас с ней как-то. Попытался помириться, а она что-то артачится. Извинился перед ней, пообещал, что больше не буду лезть в ее личную жизнь, даже если она будет с байкером встречаться татуированным. А она что-то обиделась. Не понимаю я ее в последнее время. У нее в универе как, не знаешь?

— Хреново у нее в универе, — признаюсь я. — Она пары начала прогуливать. Преподы в шоке, но списывают на личные проблемы.

— То есть как прогуливать? — Вадим выглядит очень удивленным, даже делает слишком уж большой глоток виски. — Кристина?! Она в жизнь не прогуливала! Бывало, даже с температурой на занятия ходила. И всегда только самые лучшие оценки. У нее же этот… комплекс отличницы, во.

— Значит, комплекс пропал, — грустно говорю я.

Мысленно же пытаюсь убедить себя, что я в этом не виноват. Но ведь больше в ее жизни, кроме меня, ничего не изменилось...

— А как с той, ну твоей, с которой ты тут, в “Драконе” познакомился? — Вадим переводит тему. — Вы по итогу встретились?

— Встретились, — киваю я. — Вот только все равно все пошло наперекосяк.

— Рассказывай, — хмыкает Вадим. — Давно мы с тобой о девушках не болтали.

— Вау, о девушках, — притворно восхищаюсь я. — Не о пассиях, не о телках, не о бабах, а о девушках!

А сам думаю: рассказать или нет. Сложно, слишком сложно. О какой-то неизвестной девушке — легко. В любых подробностях. Но о Кристине… О его сестре. Нет, не могу. Хотя, вероятно, правильнее было бы рассказать.

Свожу разговор на нет, хотя вижу, что Вадим это мысленно подмечает. Вот только не задает лишних вопросов, просто делает какие-то свои тихие выводы. Я рассказываю ему о недавней истории с отцом, о том, что мне, наконец, нашли замену. Говорю и про тот стартап, который начал претворять в жизнь. Вадиму нравится идея, но он разделяет мои переживания:

— Может, просто вступишь со мной в долю по парочке клубов? - предлагает он. — Этих бабок с лихвой хватит. Твоя идея отличная, но сам знаешь…

— Знаю, — киваю. — Но готов рискнуть.

В ход пошел уже пятый стакан вискаря, и я не то, чтобы сильно захмелел, уже чувствовал характерную легкость во всем теле, но тяжесть на языке.

— Вадим, я должен тебе кое-что рассказать. Уже очень давно должен, — тихо говорю я, откидываюсь на диване и прикрываю глаза.

— Что же? — Вадим хмыкает.

— И как только ты услышишь, скорее всего, ты захочешь меня прибить, — тем же тоном сообщаю я, все еще не открывая глаз.

— Давай уже, друже, не томи, — Вадим откровенно забавляется. Он не верит, что я действительно могу сообщить нечто такое, за что у него может возникнуть желание меня прибить.

— Я… я по уши влюбился в Кристину. Именно она тогда была той девушкой, с которой я познакомился в “Драконе”. Я попросту ее не узнал сперва, — едва слышно говорю я.

И только после того, как озвучиваю единственную тайну, которая стояла между нами за всю жизнь, открываю глаза. Вот только вижу, как в меня летит кулак. У меня есть время, чтобы поставить блок, чтобы уйти от удара, но я вновь закрываю глаза и не отклоняюсь.