Горит пожар моей души. Достань брандспойт и потуши

Демид, Демид… Откуда же ты взялся такой? Такой, что я… господи, ты еще ничего не делаешь, просто смотришь хмуро и недоуменно, а я уже готова забыть все. О том, что спать с мужиками по вызову – это просто фу и стыдобища. О том, что спать с мужиком, про которого известно только то, что он по вызову – и имя – это вообще не мое. Не сказать, что у меня высокая планка. Но сейчас на минимальный мысленный чек-лист, в котором должны быть отмечены галочками хотя бы букет цветов, статус, возраст избранника и его желание сводить девушку на свидание, прежде чем отвести в постель, я тупо забила… Хотя статус я его знаю. Определенно. Да и букет цветов вон в вазе стоит… Ха-ха. У меня явно перемкнуло в голове. Еще когда я дверь открыла. Видимо на престол взошла вагина и правит теперь, как хочет. Ничем другим я не могу объяснить острейшего разочарования, когда «доктор» начинает простукивать грудную клетку пальцами. Пальцами, а не тем, чем я на мгновение подумала! – Может надо расстегнуть пижаму? – почти всхлипываю. – Одежда мне не мешает. Ч-что?! Это он… роль так играет? Ах да, я поняла… я же пациентка, а он суровый доктор. Это я его должна типа соблазнить, чтобы у него крышу снесло. Капец. Соблазнить. Я когда последний раз это делала? – Я все-таки расстегну немного, – шепчу и деревянными пальцами вытягиваю пуговицы из петель. Одну, вторую, третью… У меня не хватает гонору одним махом снять верх от пижамы, ситуация и так из ряда вон. Но может он начнет проявлять инициативу? Проявляет… кажется. Скользит очень нежно по обнажившейся коже, вызывая табун мурашек по всему телу и мое сдавленное «ах». Смотрю на него, убедиться, что правильно поняла, а у него в глазах… Вопрос. Порок. Жажда. «Я сейчас захлебнусь», – счастливо стонет вагина. «Нам срочно нужны эти губы», – ноют соски. «Я устал. Я ухожу», – хлопает дверью мозг. Неуверенность тоже исчезает вместе с ним. Я выгибаюсь в ожидании поцелуя. Демид склоняется надо мной, обдает мои губы пряным горячим дыханием, почти ложится и… Стук в дверь заставляет обоих вздрогнуть и отвести взгляд. Но потом мы снова смотрим друг на друга, снова тянемся, снова глохнем… Еще более громкий и настойчивый стук, который невозможно игнорировать. Демид шипит что-то матерное, а потом мужское «я разберусь», от чего восторгом заходится не только вагина. Идет решительно к двери, пока я целомудренно запахиваю ворот – мало ли, может ошибся там кто, нечего прелести демонстрировать. И… – Доктора вызывали? Мне приходится вскочить с кровати, потому что иначе челюсти неудобно падать на пол. В коридоре… врач. Такой смазливый пацан с волосами, покрытыми гелем, и в белом халате. И если честно, то я даже не знаю, кто из нас троих больше удивлен. Пожалуй… тот кто в коридоре. Который выглядит как… Хм. – За второго доплата, – заявляет настоящий парень по вызову самым противным голосом. – Вы все-таки вызвали скорую? – говорит тот, который не по вызову. Который что… доктор? На самом деле? И он ко мне пришел… Бля-я… Но надо проверить. Ведь таких совпадений не бывает, правда? – Демид? – спрашиваю тихонько. – Что? – Да, он самый. Раздается на два голоса. «Ну и как ты будешь с этим разбираться?» – ехидно спрашивает вернувшийся мозг. «Не надо было открыва-ать», – всхлипывают все остальные части тела. Вторым, до кого доходит, что здесь произошло, становится лже – Демид. То есть тот, кто реальный. Самый-самый реальный и восхитительный мужик… На его лице изумление сменяется пониманием, затем – насмешкой, а дальше откровенным пренебрежением. Он кривит рот, еще раз осматривает номер, меня, кровать, переводит взгляд на застывшего эскортника с застывшей улыбкой и сообщает в пространство между мной и дверью, предельно вежливо и слегка презрительно: – Что ж, похоже настоящий доктор прибыл… по вызову. И лечение теперь пойдет значительно успешней. И уходит! Задев плечом совсем не того Демида. Я даже ничего не успеваю сказать или спросить! Сказать – в оправдание. Спросить… что он вообще делал в моем номере, почему постучал ко мне в дверь?! – Я ничо не понял, но мне и не надо, – скалится еще шире незнакомей и шагает внутрь номера. Прикрывает дверь с громким щелчком. Смотрит на меня с совершенно неуместной радостью, но вдруг будто вспоминает о чем-то, стирает с лица улыбку и дебильно играет бровями: – Ну и где там моя любимая пациентка? «Буэ» – сообщает мне вагина. «Согласен», – фыркает мозг. «Я исчезаю! Помогите!» – вопит либидо. «Так, надо вспомнить, как вежливо посылать нахер», – задумывается воспитание. – Подите вон, – говорю громко и указываю на дверь. – О, усложненная ролевая игра, – снова скалится «доктор». И идет ко мне, – Строптивица какая… придется поставить тебе укольчик… – Ты бред несешь! – взвизгиваю от возмущения и вскакиваю на кровать на всякий случай, – Вон пошел! Я не собираюсь с тобой спать! – Но… – все еще не понимает. – Я передумала! Не хочу! Мне не надо! Тебе же заплатили уже? – За два часа, – кивает тормознуто. – Вот и иди два часа гуляй, а мне ты здесь не нужен! Быстро, иначе позвоню администратору! Бормочет про одуревших баб и ретируется из номера. А я… Бухаюсь снова на кровать и прячу со стоном лицо в ладони. Пальцы чувствуют что-то липкое… и теперь мне хочется не только плакать, но и ржать. Истерически. Потому что я и забыла, что все то время, пока собиралась трахнуться с роскошным мачо, а потом прогоняла нероскошного, я делала это в маске из клубники.