Глава 33. Тортик

Алина

— Дим, тебе чего надо? — спрашиваю, подходя к мужу.

Ибо все равно не обойдешь, если я, конечно, хочу попасть в супермаркет. Или еще, как вариант, можно сбежать обратно. Но бежать обратно с пустыми руками мне не хочется. В конце концов, я не собираюсь постоянно его бояться.

— Да я тут это… — бубнит он и продолжает смотреть на меня со скорбной миной.

— Предупреждаю, — говорю строго. — Если еще хоть раз попытаешься силой запихать меня в машину, я напишу заявление в полицию, так и знай.

А то взял моду. То в квартире он меня запирает, то в машину затаскивает. Осталось только к батарее пристегнуть.

— Не надо в полицию, я с миром. Извини за то, что в прошлый раз грубо с тобой обошелся, я больше так не сделаю.

Дима говорит это все с таким несчастным видом, что мне становится даже чуточку его жаль.

Зима, холодно, с неба срывается снег, а он стоит без шапки и перчаток, держит в руках подарки. И одновременно смотрит на меня так, будто я его единственная надежда. Непонятно, правда, на что.

— Алин, это тебе. — Он пытается вручить мне торт и цветы.

Но я не беру, качаю головой.

— Не надо, Дим.

— Почему? — Вид у него становится еще более грустный. — Это же просто торт. Твой любимый, кстати, Панчо с ананасами.

Панчо я люблю и даже очень, но все равно не тянусь за коробкой.

— Не возьму, Дим, — стою на своем.

Он ожидаемо начинает злиться.

— Я что, прокаженный, что ли? Что ты от меня шарахаешься, гладиться не даешься? Ты не видишь, как мне больно?

А я вижу, да.

Теперь отчетливо наблюдаю, как изменился мой почти бывший муж. Похудел, лицо осунулось, под глазами синяки. Даже вспомнил про мой любимый торт, хотя целый год игнорировал это знание.

И так мне обидно становится от всего этого…

Зачем он вдруг начинает себя вести как нормальный человек? Когда уже на фиг не надо, внимательным стал, пытается задабривать подарками. Хотя ему всего-то нужно было оставаться мне верным. Мы ведь и женаты были совсем недолго — год. Я читала, что это время считается для каждой пары чуть ли не медовым месяцем, что первый год он сладкий самый, что люди в это время из постели не вылезают… Ну вот Димка и не вылезал, только кувыркался там не со мной.

— Ты мне одно объясни, — прошу его. — Зачем ты мне изменял, чтобы вот так ко мне потом ходить?

Дима мнется, молчит, потом вдруг говорит:

— Я думал, ты не узнаешь. Ты и не должна была узнать. Я вообще не хотел тебя обижать, если уж на то пошло. Просто иногда ведь хочется разнообразия… Это-то ты можешь понять?

А я бы, может, и рада понять, да никак не получается.

— Если мне надоедает молочный шоколад, я могу попробовать что-то с орехами или батончик. Если сумочка сидит в печенках, я вполне способна купить новую. Но ты не шоколад, Дима, и не сумочка. Человек — не вещь, у него же чувства есть. Разве ты этого не понимаешь?

— Это ты в каком плане? — он хмурит лоб.

Кажется, и вправду не понимает.

Я шмыгаю носом и объясняю, как могу:

— Если я поменяю сумочку, сумочке будет пофиг. Если в магазине предпочту одной шоколадке другую, той тоже будет пофиг, ибо неодушевленная, без чувств. Но у людей-то они есть. В такой ситуации я бы о тебе подумала в первую очередь. У меня духу бы не хватило сделать тебе так больно и променять на какого-то мачо. А у тебя хватило легко…

Дима горько усмехается, отвечает:

— У мужчин и женщин это по-другому устроено. Мы в первую очередь не об этом думаем в самый ответственный момент, не так серьезно воспринимаем банальный секс…

— Это как раз мне понятно, — издаю нервный смешок. — Вы в первую очередь о себе думаете… Я же хочу такого партнера, который думал бы и заботился обо мне. Я к тебе относилась именно так, разве ты это не чувствовал?

— Чувствовал. Каждый день… — кивает он.

— Ну так вот и я достойна подобного отношения, разве нет?

— Достойна, — он снова кивает. — Неужели никогда не простишь?

Я пожимаю плечами и отвечаю:

— Прощу когда-нибудь, потому что обида в первую очередь ранит самого человека. Но к тебе не вернусь, извини…

С этими словами я шагаю в сторону, быстро перебираю ногами, даже не оглядываюсь на бывшего мужа.

А Дима не пытается меня остановить.

Может, хоть что-то понял?

Я иду в супермаркет не оглядываясь. Благо он находится совсем недалеко. Немного брожу между рядами, быстро нахожу нужную бутылочку, иду на кассу, покупаю. С опаской выглядываю наружу. Отчего-то мне чудится, что за мной следят. Пристально так, со всем вниманием. Однако, когда выхожу на улицу, ничего подозрительного так и не замечаю.

Иду домой быстрыми шагами.

Честно сказать, уже начинаю жалеть, что вообще выходила. Так ли нужна нам была эта шипучка?

Однако машины бывшего мужа не вижу, как и его самого.

С чувством выдыхаю.

Однако у самого подъезда на лавочке вижу букет цветов, который Дима пытался мне вручить, и коробку с тортом.

Оставил и уехал.

Что ж, так и лучше.

Я замираю у лавочки всего лишь на полминуты, но как раз в это время из подъезда вдруг показывается Светлана.

Видит меня и строит большие глаза, спешит ко мне.

— Это что? — она указывает на цветы с тортом.

— Это Дима принес, но уже ушел, — оправдываюсь, сама не зная зачем.

— Твой бывший? — удивляется она. — Надо же, какая я Ванга…

Не понимаю, к чему это она, делаю большие глаза.

А Светлана машет рукой, говорит:

— Это я так… Пойдем, я тебя уже заждалась.

Она утаскивает меня в подъезд, не забыв прихватить торт вместе с цветами.

— Пригодятся, — безапелляционно заявляет подруга.