Глава 11

– Лиза, выжми до конца сцепление, – проговаривает сквозь зубы, когда я в очередной раз пытаюсь переключить скорость.

Злющий такой сегодня, весь урок на меня шипит, а я теряюсь, и только глазами хлопаю наивно.

Сложно сосредоточиться на занятии с преподавателем, который по нелепому стечению обстоятельств оказался старшим братом противной Ветки Лучной.

– Лиза, – устало выдыхает и откидывается на спинку кресла, – ты не дожимаешь!

От резкой фразы непроизвольно дёргаюсь, но выполнять приказ не спешу. Не могу сосредоточиться, когда мне без конца делают замечания.

– Кажется, кое-кто мечтает увидеть меня в гневе, – ухмыляется.

Супер, он мне ещё и угрожает? Ответить бы ему как следует, но я сейчас больше сосредоточена на пристальном неотрывном внимании небесно-голубых глаз. И думаю не о сцеплении, а о том, насколько хорошо лежат мои волосы. Я их специально сегодня распустила, лишь слегка прихватив на затылке новой заколкой.

– Лиза! – повышает голос, словно другого выхода у него нет. – Да выжми ты сцепление, в конце концов, сколько можно издеваться над машиной?

– Я… – ну, неужели, у меня, кажется, голос прорезался.

Правда, судя по взгляду инструктора, это не та реакция, которой он ждёт.

– У меня… Мне неудобно, – пальцем вниз тычу, – нога не дотягивается.

На последнем слове чуть не всхлипываю, потому что кое-кто перегнул палку. Пусть теперь помучается от угрызений совести, а заодно применит свои богатые преподавательские навыки, чтобы успокоить меня.

– Да ладно, – бросает взгляд в указанном мной направлении, – давай подвину кресло.

Явно не особо задумывается, когда приближается ко мне таким образом, что практически обнимает.

– Я нажму на рычаг, а ты подвинешь сиденье, хорошо? – даёт краткие инструкции и мгновенно приступает к выполнению.

Я подаюсь вперёд, но кресло дёргается слишком резко, и неожиданно впечатывает меня в инструктора всем телом. Учитывая, что он сидит вполоборота, мои губы приходятся ровно на его слегка небритую щёку: прямо как в кино ситуация.

Он поворачивается ко мне лицом, но отстраняться не спешит, напротив, внимательно заглядывает в глаза, пытаясь в них что-то разглядеть.

– Спасибо, я уже подвинулась, – изрекаю буднично, но тут же тороплюсь увеличить личное пространство, откинувшись на спинку кресла. При этом не спешу разрывать зрительный контакт, и, не мигая, смотрю на Алексея.

Инструктор словно догадывается, что играть в гляделки до бесконечности невозможно, поэтому возвращается на своё место и даёт команду повторить упражнение ещё раз. Я безропотно выполняю задание, мысленно пытаясь проанализировать случившееся.

В какой-то момент мне показалось, что он сейчас накинется на мои губы с поцелуем. Возможно, парень вовремя успел взять себя в руки и напомнить себе о том, что перед ним ученица.

Хотя, учитывая тот факт, что мне ещё вчера нравился Денис, а сегодня я уже засматриваюсь на брата Лучной, мне могло и показаться. Может быть, парень и не собирался меня целовать, а просто разглядывал, так, чисто в научных целях.

– Как ты переключаешь скорость? – опять цепляется.

Заметил походу, что я двумя пальцами держусь за рычаг.

Алексей бесцеремонно накрывает мою руку своей ладонью и объясняет, в чём ошибка, подкрепляя слова плавными движениями.

Бросает на меня взгляд и, видимо, замечает, что моё лицо стремительно заливается краской. На вопрос, всё ли в порядке, я только мычу, поэтому он одёргивает руку, видимо, догадываясь, в чём причина.

После того, как Денис попытался взять меня силой на выпускном, я стала замечать, что не могу терпеть чужие прикосновения. Меня буквально передёргивает, если хоть кто-то пытается коснуться моей руки или, например, плеча.

На обратном пути у Алексея звонит телефон.

– Алло, да ма… – отвечает парень.

Мы как раз подъезжаем к моему дому.

– Виолетточка устроила забастовку! – на другом конце всхлипывает женский голос, и я понимаю, что это мать Алексея, – она закрылась в спальне и сказала, что не будет кушать, пока мы ей не разрешим переехать жить к этому… как его… забы-ы-ыла!..

Женщина разражается рыданиями, а мне становится неловко от того, что я невольно слышу чужой разговор. С другой стороны, это не моя вина, что у Алексея такой мощный звук на смартфоне.

– Спасибо, что подвёз, – говорю на прощание и покидаю салон учебной машины, не дожидаясь никаких объяснений. Я не хочу, чтобы парень передо мной оправдывался, или чего хуже, рассказывал о проблемах своей сестры.

Кто бы мог подумать, что Алексей Ильич, мой инструктор по вождению, окажется старшим братом Виолетты Лучной, моей бывшей одноклассницы. После нашего с Иркой нечаянного открытия я чуть с ума не сошла, но потом взяла себя в руки. Подумаешь, мало ли кто чей родственник, тем более, он всего лишь мой преподаватель. Больше нас ведь ничего не связывает.

Зато теперь из моей головы не выходит фраза матери Алексея о том, что Виолетта хочет переехать к своему парню. И если верить последним публикациям, которые девушка делала в соцсетях, встречается она сейчас с Князевым.

Стоит мне прийти к этому малоприятному выводу, как волна жара и дрожи тяжёлым камнем падает в желудок. Неужели Денис предложил Виолетте съехаться?

Казалось бы, какое мне дело до этих двоих, но сердце по-прежнему отказывается принимать тот факт, что Князев никогда не будет мне принадлежать. Интересно, сколько должно пройти времени, чтобы мои чувства перестали воевать с разумом?

Мне неприятно думать обо всём этом, но и выбросить мысли о парне, которого любила на протяжении двух последних лет, не так просто.

– Лизонька, а это твой учитель? – совсем рядом раздаётся голос матери.

Оборачиваюсь и впериваюсь взглядом в родительницу, которая, по всей видимости, только пришла с работы, и ещё не успела попасть в дом.

– Инструктор, мам, инструктор, – отвечаю неохотно, раздражаясь от вопроса матери. Зачем ей это?

Не пытаясь вникнуть в действия мамы, слежу за ней взглядом. Непроизвольно разеваю рот, когда понимаю, что женщина задумала, и понимаю, что остановить её уже не в моих силах.

– Здравствуйте, вы учитель Лизоньки по вождению? – она заглядывает в окно «Калины» с водительской стороны и широко улыбается. – А заходите к нам на чай, расскажете про успехи Лизы.

Алексей ей что-то отвечает, и, судя по тому, как он отрицательно мотает головой, понимаю, что принимать приглашение не планирует.

Можно выдыхать.

Нет, рано.

Моя мама отставать от Лучного не торопится. Спустя пару минут парень медленно выходит из машины. Ой, да ему для завершения образа только руки вверх поднять осталось, и сказать «сдаюсь!»

– Если вы так настаиваете… – он блокирует учебную тачку и идёт следом за моей мамой во двор. Супер, эти двое про меня совсем забыли?

Медленно плетусь следом за мамой и нашим случайным гостем, внутренне ругая мамино гостеприимство. Любит она всех подряд за стол сажать и чаем спаивать. Подруг моих приучила к тому, что если не успели поесть дома, то это замечательно можно исправить в доме у Архиповых. Ну, по поводу девчонок я не против, но вот Лучного звать сейчас точно было лишним.

– Лизонька, поставь чайник, будь добра, – ко мне обращается, когда мы входим в дом, – а вы э…

– Алексей, – парень представляется коротко.

– Проходите, Алексей, располагайтесь, скоро муж мой подъедет, все вместе посидим.

Шумно выдыхаю и, не говоря ни слова, плетусь выполнять поручение. На Лучного, который давно разулся и мнётся на пороге, даже не смотрю – пусть с ним мама разбирается.

Всё также гневно дыша жаром, прохожу в кухню, беру с плиты чайник и резко открываю кран, чтобы набрать воду. Не знаю, как это выходит, но ручка от смесителя остаётся у меня в руках, и из отверстия начинает фонтаном бить вода.

– Мам! – кричу во всё горло, руками пытаясь остановить бурный поток. – Тут кран!

Через несколько секунд на мой крик прибегает мама, а следом в кухню заходит Алексей.

– Ой, да что же это, да как же! – причитает родительница. – А Саша ещё не приехал, что делать-то?

– Не волнуйтесь, – Лучный кидается в мою сторону и тут же попадает под струю воды, которая приходится чётко на его рубашку.

Нет, я не специально надавила на образовавшийся фонтан и в парня не целилась. Почти.

Алексей быстро осматривает кран, открывает дверцу тумбочки под раковиной, нырнув туда, крутит внизу что-то, и поток воды прекращается.

– Спасибо вам, спасибо, – на маму нападает очередной приступ болтливости, – мы давно этот кран поменять собирались, да всё работа, дела. У Сашеньки пока руки не дошли, у него автомастерская небольшая, времени требует немало.

Ну, вот зачем, зачем вываливать это всё на незнакомого человека?

– Ничего страшного, но я, пожалуй, поеду. У меня э… видите, – он пальцем указывает на огромное мокрое пятно, расползающееся по его светло-голубой рубашке.

Мама, будто только сейчас замечает, что Алексей стал жертвой прорвавшего крана, поэтому до размера пятаков округляет серые глаза.

– Да вы что, разве можно, только пришли. Пойдёмте, я вам Сашенькину футболку дам, переоденетесь.

– Неловко как-то, – мнётся Лучный, но мне кажется, что он только вид делает, а на самом деле уходить не собирается.

Ах, ты жук! Ещё один на мою голову.

– Ну, что вы, всё хорошо, одну минуту.

Нахальный блондин застывает посреди кухни, переминаясь с ноги на ногу, а мама убегает в комнату.

– Не холодно? – спрашиваю с издёвкой, кивая на мокрую рубашку.

– Пожалуй, – моментально реагирует и принимается расстёгивать пуговицы на рубашке.

Теперь приходит моя очередь упражняться в актёрском мастерстве, то есть делать вид, что мне на это раздевание по-барабану.

– Мама сейчас войдет… – выдавливаю из себя после продолжительной паузы.

Облизываю пересохшие губы, не отрывая взгляда от парня. Бессовестно разглядываю каменную грудь, чётко очерченные кубики пресса…

– Да, ты права, – Алексей обратно застёгивает пуговицы.

Стоит ему закончить, и в комнату входит мама. Протягивает парню чистую футболку.

– Ванна по коридору и налево последняя дверь, – я инструктирую гостя на случай, если у него опять приступ эксгибиционизма случиться.

Спустя несколько минут Лучный возвращается на кухню и присаживается на стул, который ему любезно предложила мать. Сама она накрывает на стол, а я продолжаю сидеть и откровенно пялиться на блондина. Напрочь забываю о том, что я хорошая девочка и должна помогать маме.

Чуть позже приходит отец, но я словно не слышу ничего, что творится вокруг. Так сильно меня увлекает мужественный профиль и жилистые руки, которые теперь доступны взору благодаря отцовской футболке.

Интересно, а маме от отца не влетит потом за то, что она его шмотки каким-то левым мужикам раздаёт? Я бы на его месте возмутилась и разбор полётов устроила непременно, но, подозреваю, что папа делать этого не будет.

Меня всегда поражало безоговорочное доверие родителей друг другу, и я мечтала, что когда заведу свою собственную семью, у нас с мужем будут такие же прекрасные взаимоотношения.

Так было раньше, когда я без памяти была влюблена в Князева.

А теперь я даже не знаю, чего хочу…