Глава 13

Как же я боялась этого момента!

И нет, я вовсе не про поступление в университет, с этой задачей я почти справилась. На днях ВУЗы вывесили списки абитуриентов, рекомендованных для зачисления. Осталось подать оригиналы документов и дождаться зачисления в выбранный университет.

Но сегодня меня волнует другое: две недели занятий на автодроме позади, и теперь меня готовы выпустить в «большой мир». Мы переходим на следующий уровень – занятия в городе. Боюсь до жути, но меня никто не спрашивает. Алексей категорически отказывается пускать меня на пассажирское место и буквально заталкивает за руль.

– Лиза, не выдумывай, у тебя получится, – проговаривает сквозь зубы, когда я пускаю в ход всё своё обаяние, лишь бы самой за рулём не ехать.

– А может… – на ходу выдумываю причины, но озвучить их не успеваю.

– Не может, Лиза, хватит спорить!

Лучный бесцеремонно заталкивает меня в машину и захлопывает водительскую дверь. Интересно, он всех учениц лапает без стеснения, или только меня выделяет?

Ой, о чём я вообще думаю?

– Хорошо, – выдыхаю, стоит парню приземлить свой зад на соседнее кресло, – но если что-то случится, это будет на твоей совести! Вот!

Я всё ещё чувствую мелкую дрожь, поэтому не сразу оцениваю оттенок, с которым инструктор произносит следующее:

– Что может случиться? В конце концов, это учебная машина, и я в любой момент нажму на педаль, – рукой на свои ноги указывает.

Зависаю. О чём это он?

– Какие педали? – хмурюсь.

В ответ собеседник лишь усмехается, и чем злее я становлюсь, тем откровеннее Лучный хохочет.

– Обычные, тормоз и сцеплении. Так положено в учебных машинах, ты не знала? – он смотрит на меня, ничуть не скрывая веселья.

Мои щёки начинают полыхать, словно к лицу поднесли несколько зажжённых свечей. Подозреваю, что я сейчас краснее самого спелого помидора, потому что ощущаю себя полнейшей идиоткой. Это надо же быть такой дурой? Целый месяц изучать правила вождения, из них две недели заниматься с инструктором и при этом не знать, что учебная машина оборудована специальными педалями. Так могу только я.

– Куда ехать? – спрашиваю невозмутимо, лицо при этом от Лучного отворачиваю, чтобы не увидел, как я часто моргаю.

– В центр, – очередной сюрприз, который приносит мне сегодняшний день, но я уже не реагирую. Выруливаю на дорогу, максимально обострив слух и остальные органы чувств. Главное, ни во что не вляпаться, а остальное так, нюансы.

– Слушай, ты у меня сегодня последняя, могу я тебя кое о чём попросить? – спрашивает спустя полчаса занятия.

Молча киваю в ответ.

– Мне племянника забрать нужно на вечер, сестра с мужем свидание планируют в ресторане, а мелкого с няней оставить хотели.

– Ты – няня? – скептически изгибаю правую бровь.

А он забавный.

– Нет, я – дядя! – не нравится ему, что нянькой обзываю.

– А этот тот племянник, который с пирамидкой?.. – уточняю, удовлетворяя своё любопытство. – Ну, сравнивал ты меня с ним…

– Да, это он, – отвечает, как ни в чём не бывало. – Тут видишь, какое дело, Макар машин немного боится, поэтому надо, чтобы с ним кто-то рядом сидел, ты поможешь?

Вот так взгляд, да этот парень из любой девушки верёвки вить сможет, если пожелает. Такому обаянию грех не поддаться, и я не исключение.

Спустя время, мы подъезжаем к гаражу, инструктор загоняет учебную машину, и предлагает пересесть в «Солярис».

Сразу обращаю внимание, что на заднем сиденье установлено детское автокресло. Ничего себе, какой предусмотрительный этот Лучный.

До дома двоюродной сестры Алексея мы доезжаем за полчаса. Парень просит меня выйти с ним вместе, чтобы мамаша племянника видела, с кем её драгоценное чадо поедет.

Мы проходим в большой уютный дом, обставленный дорогой мебелью и множеством огромных горшков с комнатными цветами и деревьями.

Я любуюсь прекрасным видом, потому что тоже очень люблю комнатные растения. Более того, категорически не признаю, когда девушкам дарят букеты из срезанных цветов, потому что считаю это убийством.

Разве может психически здоровому человеку прийти в голову подарить мёртвый цветок?

– Привет, Лёшенька, – по гостиной прокатывается звонкий женский голос, – Макарушка, скажи дяде «привет».

– Пи-еть! – лепечет малыш, привлекая внимание.

Улыбаюсь, глядя на пухленькое чудо с розовыми щёчками. Мне так хочется скорее его потискать, что я даже забываю поздороваться с хозяйкой дома.

– Здравствуйте! – миниатюрная блондинка задевает меня первой.

Здороваюсь и сдержанно улыбаюсь в ответ.

– А это… твоя девушка? – мама маленького красавчика обращается к Лучному, смущая меня своим вопросом.

Приходится уставиться в пол, чтобы скрыть широкую улыбку, которая полноправной хозяйкой поселилась на моём лице.

Почему мне льстит подобное предположение?

– Угу, типа того, – бурчит в ответ парень.

Вот так новости!

Хочу что-либо сказать, но красноречивый взгляд Лучного заставляет меня заткнуться прежде, чем я успеваю проронить хоть слово.

Только сидя в машине, задаю волнующий меня последние несколько минут вопрос.

– Почему ты сказал, что я твоя девушка? К чему эта ложь?

На время приходится отвести взгляд от пухленького красавчика и уставиться на другого… красавчика.

– Так нужно, – отвечает невозмутимо, – Марина ни за что не позволила бы своему ребёнку ехать с незнакомой мимо проходящей девушкой, поэтому я слукавил. Изначально с Виолеттой приехать обещал, но сестра устроила забастовку и… неважно, – машет рукой, – кстати, в парк с нами махнёшь?

– А это обязательно? – спрашиваю, мысленно молясь, чтобы он сказал «да».

– Не обязательно, конечно, но мы с Макаром очень хотели бы, чтобы ты составила нам компанию, да, зайчик? – парень бросает беглый взгляд на племянника и лукаво подмигивает.

– Если только недолго… – выдавливаю последние остатки скромности, чтобы не показаться слишком легкомысленной.

Кажется, Алексей остаётся доволен моим ответом.

Лучный включает музыку: какую-то мелодичную классику, но Макару она явно не по вкусу приходится. Он начинает плакать, активно взмахивая ручками.

– Маленький, ты чего? – спрашиваю взволнованно, видя надвигающуюся истерику. – Тебе песенка не нравится?

Я провожу рукой по белобрысой макушке, приглаживая пушистые кудри, и малец моментально перехватывает мою руку. Большие серые глаза с любопытством разглядывают тонкий серебряный браслет, который красуется на моём запястье.

– Что, хулиган, Лариску хочешь? – бросает через плечо Алексей и в два щелчка сменяет лирическую мелодию какой-то странной песенкой про сосиски.

Впрочем, Макару перемены по душе, он расслабленно откидывается на спинку детского кресла, ритмично дёргая ножками в такт музыке.

– Надо же, насколько маленькие дети проще взрослых: поменяли песенку, и все счастливы, все довольны, – удивляюсь себе под нос.

– Ты так считаешь?

– Да, я уверена. Более того, по этой причине детей больше люблю, чем взрослых. Они хоть и капризничают, но делают это без злобы, а чаще всего от безысходности. А вот взрослые люди, они вредят намеренно и только о себе думают, часто бывая более эгоистичны, чем младенцы.

– Знаешь, а в твоих словах есть доля истины, – Алексей неожиданно поддерживает беседу, – только среди взрослых тоже встречаются хорошие и добрые люди. Взять, к примеру, твоих родителей…

– А что мои родители? – перебиваю невежливо.

– Они такие дружные и замечательные. Как по мне, отличный пример для подражания.

Пользуясь воцарившимся молчанием, погружаюсь в размышления. Никогда не задумывалась о том, что моя семья может быть для кого-то примером, наоборот, считала бесконечные посиделки нормой. А оно вон как, оказывается…

– Ну, вот и приехали, – объявляет парень.

Выходит из машины и помогает выбраться Макару.

Покинув машину, закрыв все двери и включив блокировку, мы берём мальчика за ручки и идём вдоль тропинки, которая ведёт в сердце парка.

Солнце прячется за ветвями деревьев, зелёные кроны которых раскачивает ласковый ветерок. Вокруг носятся дети, на скамейках сидят их родители и другие взрослые, с умилением наблюдающие за маленькими сорванцами.

В какое-то мгновение мне начинает казаться, что мы сейчас похожи на семейную парочку с ребёнком, прогуливающуюся после насыщенного трудового дня. Возможно, окружающая обстановка пробуждает мою фантазию, но я тут же спешу отогнать от себя эти мысли.

– Ты любишь вату? – спрашивает Алексей.

– М?

– Вату сладкую любишь? – повторяет вопрос. – Макар её просто обожает, давай купим?

Лучный, не дожидаясь ответа, спешит к передвижному аппарату, возле которого стоит молодой человек с деревянной палочкой наготове.

Мы делаем заказ, аппарат включается, и то, что секунду назад было сахарным сиропом, начинает превращаться в тонкие нити будущего лакомства.

Для племянника Лучный покупает вату белого цвета, говоря, что красители вредны для маленького ребёнка.

Потом заказывает ещё одну порцию, на этот раз розовую, и протягивает мне.

Мы присаживаемся на свободную лавочку и на пару с Макаром принимаемся молча уплетать сахарное недоразумение. Малыш в довольно короткие сроки вымазывает щёчки в остатках подтаявшей ваты, и я достаю из своей сумочки упаковку влажных салфеток, чтобы привести ребёнка в порядок.

– Сладкий мальчик сейчас будет чистым, – приговариваю, аккуратно вытирая пухленькое личико.

Не успеваю убрать пачку обратно, потому что Алексей просит пару салфеток. Мне не жалко, поэтому открываю пластиковый клапан и протягиваю упаковку парню.

Наверное, он не доверяет мне и хочет лично убедиться, что его племянник теперь чистый.

Вот только то, что происходит дальше, на весь оставшийся вечер выбивает меня из колеи. Лучный поворачивается ко мне и аккуратно проводит салфеткой по моему лицу.

– Ещё немного, и ты тоже будешь чистенькой, – произносит заботливо и улыбается, только я в ответ не могу проронить ни слова.

Меня охватывает странное непривычное и совершенно новое ощущение всеобъемлющей нежности.

Раньше, когда была одержима безумной любовью к Денису, и он изредка обращал на меня внимание, я испытывала абсолютно другие чувства. Это было что-то сродни азарту, который накрывает, словно большая волна и пытается утащить вслед за собой в пучину.

Но сейчас от прикосновений Алексея мне тепло и уютно, как в коконе, и выбираться не хочется.