Глава 24. Медведь в овечьей шкуре

Инга

Я сижу за своим рабочим столом, пялюсь в монитор. Чувствую себя невероятной дурищей и пытаюсь понять, как могла так опростоволоситься, что не узнала в Жоре нашего гендира.

Просматриваю страницу сайта компании, которая посвящена жизни сотрудников, один за другим листаю снимки с разнообразных корпоративов.

Похоже, Вартанян не очень-то любит позировать на камеру, но как следует поискав, я все же нахожу и его снимки тоже.

Вот он вместе со всем руководящим составом на прошлогоднем праздновании годовщины фирмы. Стоит в идеально отглаженном сером костюме, улыбается на камеру. Даже как-то с издевкой смотрит… и кажется, что издевается именно надо мной. Хоть и понимаю – это уже мое воображение.

Почему я раньше не изучила эту страницу с фотографиями вдоль и поперек? Кто мне не давал?

Зациклилась на Вере и Викторе, а слона в комнате и не приметила…

С другой стороны, я даже предположить не могла, кем Жора окажется на самом деле.

Нет, все-таки я дурища!

Вспоминаю, как держала в руках его паспорт. Я ведь видела его фамилию и отчество.

Эх, не сложила два плюс два, а еще бухгалтер.

Но главный вопрос в другом – зачем Жора стал изображать фитнес-тренера? Вот на кой черт ему могло это понадобиться? Такой элитный способ поиздеваться?

Сижу, усиленно жалею себя и далеко не сразу замечаю, что в кабинете после ухода шефов стоит мертвая тишина. А когда до меня все же доходит, что в комнате подозрительно тихо, начинаю озираться по сторонам.

Очень скоро понимаю, что я стала центром внимания. Все коллеги смотрят на меня круглыми глазами.

Молча смотрят!

– Инга, скажи, – вдруг не выдерживает Света. – Это ты сегодня с гендиром по телефону разговаривала, да? Я думала, ты болтаешь со своим парнем…

Пока я судорожно соображаю, что бы такого ответить, оживает коллега, сидящая за столом напротив, Юля.

– Соображение надо иметь, – возмущается она. – Зачем подставляешь отдел? Про авралы всякие рассказываешь? Вартанян жутко бесится, если что-то сделано не в срок, не в курсе, что ли?

От ее слов у меня в груди неприятно екает.

– Я не знала, что он гендир… – тихо пищу.

– Ну да, ну да, – пыхтит Света. – Он же такая незаметная фигура…

– Я серьезно, – поворачиваюсь к Свете. – Я с ним в тренажерке познакомилась, он меня всю неделю тренировал. Фото со спины помнишь? Это он…

– Че, серьезно? – Глаза Светы превращаются в блюдца.

– Инга, мне твои шуры-муры до одного места, – Юля буравит меня недовольным взглядом. – У нас из-за тебя могут быть неприятности, не понимаешь, что ли?

И все снова начинают смотреть на меня волком.

Того гляди коллеги соберутся скопом и придумают мне какую-нибудь кровавую месть.

– Не волнуйтесь, девочки, я все ему объясню, – обещаю коллегам с самым невинным видом.

Не знаю, правда, как, но объясню.

– Ты уж постарайся, чтобы нам без премий не остаться, – цедит Юля и наконец утыкается взглядом в монитор.

Остальные следуют ее примеру, хотя все равно продолжают украдкой на меня коситься. Чувствую себя дико неловко, усиленно борюсь с желанием сбежать из кабинета или на худой конец забраться под стол.

Что удивительно, единственная, кто на меня не смотрит с немым укором, – Вера. Она вообще спряталась от меня за монитором и в кои-то веки ее не слышно.

После таких стрессов работник из меня фиговый.

Еле как умудряюсь дожить до шести вечера.

С гулко бьющимся сердцем поднимаюсь на этаж начальства. Цокаю каблуками по коридору и продолжаю ругать себя за глупость.

Останавливаюсь у двери с золоченой надписью: «Приемная генерального директора фирмы “Твердь” Вартаняна Г. А.»

Собираюсь с духом, наконец стучу, приоткрываю дверь и спрашиваю:

– Можно?

В приемной меня встречает голубоглазая блондинка, явно секретарь. Вскользь примечаю, до чего она красива – лицо прямо кукольное, а голубой пиджак сидит на ней как влитой.

– Вы Инга Блинова? – Она с интересом на меня смотрит.

– Да, я, – киваю.

И дожидаюсь снисходительного взгляда из разряда: «Кикимора, из какого болота ты вылезла?»

Сразу становится неловко за свой внешний вид – на мне обычная белая блузка и черная юбка чуть ниже колена. Мой наряд аккуратен, но ни одежда, ни я сама и рядом с этой фифой не стояли, как говорится.

Если у Жоры такой секретарь, зачем ему я?

– Вас ждут, – блондинистая фифа приторно вежливо мне улыбается и кивает в сторону двери, что ведет в кабинет шефа.

Шумно вздыхаю, морально готовлюсь к тому, что меня сейчас слопают без соли и перца, и шагаю прямиком в медвежье логово.

Жора с важным видом сидит за большим темно-коричневым столом.

Оглядываю его кабинет и присвистываю про себя – он огромный, при желании тут мог бы поместиться весь наш бухгалтерский отдел. Панорамное окно визуально еще больше увеличивает пространство.

– Привет, Инга. – Различаю в голосе Жоры злые ноты. – Проходи, присаживайся, нам есть о чем поговорить.

При этом он смотрит на меня таким хмурым взглядом, будто я как минимум заложила все секреты компании и еще украла у него пару миллиончиков. Баксов.

Нервно сглатываю и иду к его столу.

Представляю, что он мне сейчас скажет.

Но в конце концов, что такого ужасного я сделала? Всего-то дала от ворот поворот мужчине, который недостойно себя повел. Не тянет это на смертный грех.

А если Вартанян другого мнения – так это его проблемы.

Резко торможу перед его столом, складываю руки на груди.

– Приятно пользоваться служебным положением? – спрашиваю, строго прищурившись.

Тут Жора расплывается в злорадной улыбке и сообщает:

– Не без этого…

Он еще некоторое время меня разглядывает, причем так внимательно, что мне становится неловко. Невольно оглядываю себя, все ли в порядке или успела поставить на блузке пятно, но с одеждой все нормально. К чему тогда такой взгляд?

– Ты зачем меня сюда вызвал? – спрашиваю хмуро. – Поиздеваться? Хочешь уволить, так увольняй.

Жора резко меняется в лице, вскидывает брови:

– С чего ты решила, что я хочу тебя уволить?

– А разве не для этого ты устроил шоу у нас в кабинете?

Жора наконец встает с места, обходит стол и впивается в меня взглядом.

– Инга, я не хочу тебя увольнять. Я с тобой встречаться хочу, неужели это непонятно?

Не знала, что слово «встречаться» на самом деле означает ночные приезды ради секса, когда приспичит, а в остальное время полный игнор, да к тому же бесконечное вранье.

Отвечаю с гордым видом:

– Я, по-моему, ясно дала понять, что такой формат отношений мне не нужен.

– Какой формат? – спрашивает он, приподняв левую бровь.

– Такой! – шиплю зло.

Ему что, непонятно, что ли? Строит тут из себя непонятно кого.

– Потрудись объяснить, – говорит он угрюмо. – Я, по-моему, никак тебя не обидел.

А и действительно, это же совсем не обидно стать девушкой на одну ночь. Считай, он меня облагодетельствовал. Так он, наверное, думает?

– Ты… ты… Бесчувственный! Самодовольный! Эгоист, вот ты кто!

– Вот ты нахалка… – резко чеканит Жора.

– Я? – недоуменно хлопаю ресницами. – В чем я нахалка? В том, что не пустила тебя вчера ночью в квартиру и не отдалась на пороге? И правда, как я только могла так ужасно поступить с наглым, зарвавшимся…

– Я поговорить вчера приходил, – гремит Жора. – Если ты думаешь, что после твоих эсэмэсок я стал бы с лету тащить тебя в постель, то…

– После каких эсэмэсок? – всплескиваю руками. – Я тебе ничего не писала…

– Ты издеваешься надо мной? – рычит он.

А потом поворачивается к столу, берет телефон и показывает мне нашу переписку.

– Хочешь сказать, ты этого не писала? А кто писал?

Смотрю на текст и холодею, там есть с чего:

«Как мужик ты ничто, на фиг ты мне не сдался».

«Ты в блоке, адью!»

И это все от меня!

Охаю, прикрыв рот рукой, поднимаю на него взгляд и говорю:

– Жора, я бы тебе никогда не стала писать ничего подобного!

Он не очень-то верит, смотрит настороженно:

– Если не ты, то кто?

– Не знаю, – развожу руками.

Обращаю внимание на дату и время, когда были написаны сообщения, и вспоминаю, что как раз тогда обнаружила потерю мобильного.

– Жор, – смотрю на него жалобно. – У меня во вторник случилась неприятность, потеряла телефон… Видно, его кто-то нашел и подшутил над тобой. У меня нет других вариантов, как это могло случиться.

Хотя кому это могло понадобиться? Да и как вообще его активировали, он же был запаролен.

Пока я мучаю себя догадками, Жора недоуменно молчит и буравит меня взглядом:

– То есть как это потеряла телефон?

– Ну вот так… – развожу руками.

Он снова молчит, буравит меня серьезным взглядом.

– С чего бы мне писать тебе такие сообщения? – спрашиваю с надрывом.

– Вот и я не понял, с чего, – прищуривается он. – Когда ты меня послала по телефону, я…

– Ты мне в тот же день звонил?

– Ну да… – пожимает он плечами.

– Ответила женщина? – продолжаю расспросы. – И ты не понял, что говорила не я? Но как же так?

– Голос был похож, – пожал он плечами. – Хотя немного не твоя интонация, но я списал это на плохую связь. Просто не думал, что твой телефон мог взять кто-то другой…

И я не думала. Однако от мысли о том, какая сволочь это сделала, меня отвлекает другая, гораздо более важная: Жора мне звонил и даже писал! Становится тепло на душе. Беспокоился обо мне, хотел пообщаться, а я тут всю неделю придумывала ему казни – одна другой кровавее.

Мне становится дико стыдно за свое поведение, а еще жутко некомфортно от того, что кто-то писал с моего телефона ему гадости.

Жора смотрит на меня непроницаемым взглядом, а я не знаю, что сказать или сделать, чтобы себя оправдать. В голове полный кавардак, ни единой дельной мысли.

– Давай подведем итоги, – наконец говорит он. – Эсэмэсок этих ты не писала, по телефону меня не посылала, так?

– Так, – киваю.

И тут я вижу на лице Жоры явное облегчение:

– Я очень рад, что этот театр абсурда наконец закончился. Давай мириться, а?

Он приближается ко мне, берет за плечи, заглядывает в глаза. Чувствую тот самый момент, когда он хочет наклониться ко мне, поцеловать.

Хочу этого поцелуя, но…

Вместо того чтобы обвить его шею руками и отдаться на милость губ, кладу ладони ему на грудь, не позволяя приблизиться ко мне вплотную.

– Ага, помиримся, – тяну со вздохом. – Как только ты мне объяснишь, как трансформировался из тренера в гендиректоры.