Глава 17 · Гостья

Пришла осень и позолотила листочки на деревьях, многие из которых уже опали, создав шуршащий ковер на земле. Я перешла на более тёплую одежду, причём предпочитала вещи из гардероба моего эльфа. Так мне казалось, что мы становимся ближе. На улице, да и в замке стало существенно прохладнее, так что я сменила комнату. Меняя жильё я всё думала, в чьей комнате я жила, быть может, это мама или сестра хозяина замка. Как только я предполагала, что это его невеста или жена, моё сердце сжималось от боли.

Мой монстр, помогал мне с переездом, он быстро сообразил, зачем я меняю апартаменты. Я просто указала ему на дыру в балконной двери и он стыдливо отвёл взгляд. Обняв своего заколдованного эльфа, я поцеловала его в макушку.

— Я не сержусь, зеленоглазик мой. Просто холодно, а будет ещё холоднее, пожалуйста, в следующей спальне не ломай ни чего, — попросила я, обнимая и поглаживая его по голове.

— Угум, — согласился он и подставил моську для поцелуя.

И я его поцеловала в висок, а затем в щеку, очень хотелось подарить поцелуй в губы, но его зубы всё ещё мешали. Поэтому мы просто обнимались, прижимаясь друг к другу.

Сегодня у меня по плану стирка. Простирнув и выполоскав свои вещи в ванной, я сложила их в таз и вынесла на улицу. Здесь у меня было натянуто несколько бельевых веревок, так что я приступила к развешиванию.

Он был рядом, не просто сидел рядом, а стоял за моей спиной и обнимал за талию. Мой монстр что-то мурлыкал мне в ушко и иногда лизал шею. Я млела от своего зачарованного эльфа, целовала его в щёчку и хихикала, когда мне было щекотно.

Внезапно он насторожился, прислушался, принюхался, напрягся, так что мышцы заиграли. Хотел было куда-то бежать, но вернулся. Он положил лапы на мои плечи, встревоженно посмотрел мне в глаза и тряхнул меня слегка, слегка, по его мнению, а из меня чуть кости не высыпались, затем рыкнул и убежал. Обычно мой монстр не пользовался воротами, вот и сейчас вскарабкавшись по стене, он спрыгнул в низ, а я осталась одна.

Что могло его так заинтересовать, подумала я. Хотя на интерес это совсем не похоже, скорее его что-то взволновало. И он попросил меня оставаться в замке, я и так за ворота не выхожу, но тут он акцентировал на этом внимание. В первый раз у нас случается нечто подобное.

— Добрые хозяева, — услышала я глухой скрипучих голос со стороны ворот.

Приняв облик безобидной старушки, я направилась к замку Фэлаэля, но его нужно отвлечь. Иначе эта скотина разорвёт меня. Моё проклятие превратило его в чудище с очень толстой шкурой и семейный артефакт всё ещё у него на пальце. Так что магией его так просто не возьмёшь, да мне и не нужно. Его необходимо лишь отвлечь. Этим займётся мой фаворит.

Подойдя к воротам, я обнаружила весьма не приятный сюрприз, отец позаботился о сыне и активировал защиту от тёмных сил. А я тёмная ведьма и я просто так не пройду. Конечно, я могу с этим справиться, но нужна подготовка и время. Проклятие! Пришлось ждать пока парочка выйдет на улицу, чтоб девка меня услышала.

Мой фамильяр сидел на высоком дереве, а я смотрела его глазами. Обнимаются, лижутся… Фу! Мерзость. Он действительно изменился, но не особо, всё равно урод. И она позволяет касаться себя. Извращенка убогая.

Но пора действовать. Я дала Эндэлену приказ действовать, а когда уродец сбежал, перемахнув через стену, я изменила голос и позвала девку:

— Добрые хозяева.

Девчонка меня услышала и направилась к воротам. А су*ка красивая, с досадой заметила я. Даже в этой нелепой одежде, мужская рубашка странно намотана и подчеркивает талию. Грудь, бедра, всё при ней и рожа красивая, от злости я скрипнула зубами.

— Здравствуйте, бабушка. Слушаю вас, уважаемая, — мелодично обратилась она, язык бы ей вырвать.

Подойдя к воротам, она уставилась на меня, но за порог не вышла. Сделай она хоть шаг и я б этой выскочке голову оторвала.

— Как я рада вновь видеть в этом замке хозяюшку. Здравствуй милая, долгих лет жизни тебе, красавица, — проскрипела я своим новым голосом и поклонилась как простолюдинка.

Девка прищурилась, сложила руки под грудью и развязно облокотилась на пристенок у ворот.

— И вам не хворать, бабуля. Чё припёрлись, чем обязаны? — спросила деваха, ехидно на меня взглянув.

Я оторопела от такого хамства. Кто она такая, откуда взялась, кто её воспитал? По виду из благородных, а по манерам из портовых.

Подходя к воротам, я увидела сгорбленную старушку в простом балахоне. Она упиралась на палку и топталась на месте, но не заходила во двор. Может тут непринято без приглашения входить, вот она и не решается. Однако странно, бабуля появилась, когда мой монстр встревожился и сильно встревожился. Убежав, он оставил меня одну и тут эта старушенция.

Подходя к бабушке, я улыбалась не сводя с неё глаз и вдруг на её лице промелькнула такая ненависть. К кому? Ко мне? Мы даже не знакомы! Подойдя я вежливо её поприветствовала. Она в ответ начала мне приторно ласково заливать как она мне рада, а потом ещё и раскланялась. И личико такое сварганила, божий одуванчик, а секунду назад как волчара зыркала.

Не понравилась мне бабка. Очень сильно не понравилась, карга старая. И напомнила она мне что-то или кого-то или эпизод какой-то. Сейчас начнется, дайте водички попить, а то так есть хочется, что аж переночевать негде.

Точно! «Кушай яблочко, мой свет. Благодарствуй за обед» — это же, как у Пушкина. Вот что мне эта ситуация напомнила, сказку о мертвой царевне.

Не буду жрать ни какие яблоки, мысленно возмутилась я. Насупившись, я облокотилась на стену родного замка и ответила ей в своей неповторимой манере:

— И вам не хворать, бабуля. Чё припёрлись, чем обязаны?

Бабка сильно удивилась, на секунду у неё даже морщины разгладились. О как! Волшебная сила хамства.

— Дык, деточка, из местной деревни я, знахорка. Меня народ послати, нашего господина не видели давненько, а дачече говорять на двух ногах шёл. Вот мы решити всем миром узнать, може господин наш вернёт себе облик божий, — заливала бабуля, перейдя на простонародный говор.

Ой, переигрываешь кошёлка старая, не быть тебе великой актрисой. Профукала ты свой Оскар.

— И вы такая смелая, по доброте душевной и ради любопытства народного, решили прийти и узнать. Не страшно к господину на ужин попасть? Мы как раз ещё не ужинали, — улыбнулась я своей самой очаровательной улыбкой.

Бабку перекосило, от доброты видать или от любопытства, а может за народ переживает старая. Скрипнув зубами, он взяла себя в руки и продолжила лить мне в уши.

— Так старая я уже милая, что с меня толку то. Не велика потеря, — прокаркала бабка, забыв про простонародный сленг и как-то живенько махнула старческой ручонкой.

— В деревне остались ещё знахари. Богатая видать деревня у вас, бабуля, — ухмыльнулась я.

— Ах, душенька, я по делу пришла, помочь желаю, — не сдавалась старая перечница. — Господина нашего в облик родной вернуть надобно. Он хозяин земель наших, без него тяжко нам. Но ранее он совсем дикий был, ни кого не подпускал. А надобно всего лишь перстень проклятущий с его пальца снять и на поправку пойдёт владыка наш. Девонька, хочешь ли ты помочь барону нашему, спасти душу и вернуть ему облик светлый? — чуть ли не рыдала бабка, но Станиславский ей бы вряд ли поверил.

— Конечно, хочу, бабушка, — вступила я в игру. — Ему уже немного лучше, но всё ещё рычит окаянный. Как вы говорите барона вашего величать?

Бабка запнулась, если она не знает или соврёт, то я узнаю и её план накроется. Мой зверь, скорее всего, откликнется на своё имя. А если я буду звать его родным именем, то он быстрее разум себе вернёт и старая калоша это понимала. Но деваться ей было некуда.

— Дык барон Фэлаэль Латир, все имя нашего господина знают, — натянуто улыбнулась старая ведьма.

— Я попробую, но он как-то трепетно к своему кольцу относится. Однажды я хотела его рассмотреть, а он лапу отдёрнул, — врала я как могла.

— Знамо дело, милая. Это проклятие ему голову морочит, его снять надобно, — уверенно заявила бабка и даже палкой о землю стукнула.

— Я постараюсь, надеюсь, он мне доверится и у меня получится.

Тут старуха нервно глянула в сторону и глазёнки её забегали.

— Заболталась я с тобой, милая. Пора мне, да и прохладно, озябла я, — не дождавшись ответа, стара грымза, резво поковыляла в ближайшие кусты.

Мне бы так передвигаться в её возрасте, мелькнуло у меня в голове, а бабка уже скрылась из виду.

Тут из противоположных кустов выпрыгивает мой монстр. Глаза горят красным пламенем, зубы оскалены, мышцы напряжены, а острые когти вспарывают землю. Мельком глянув на меня, он кидается в кусты за бабкой. Но через пару секунд, возвращается недовольно рыча.

— Неужели не догнал? — удивилась я. — Она же только что, да вот буквально секунду назад, — недоумевая, я тыкала пальцев кусты. — Да не может быть! — всплеснула я руками и, не веря в происходящее, намылилась в кусты с проверкой.

Однако даже за ворота выйти не успела, как была схвачена своим чудищем и утащена в комнату.