Глава 7. Богдана

Я без конца торопила водителя, но тот и тот и сам выжимал из машины всё, что можно, стараясь уехать подальше от опасного места. Если здание «Иноу» рухнет, то погребёт под собой и дома, и машины, и нас вместе с ними.

Оглядываясь, я высматривала киборга и молилась, чтобы он больше не преследовал меня. Оказывается, есть кое-что похуже смерти…

– Как вы, дамочка? – хрипло спросил водитель.

Запахнувшись в пальто, я попыталась унять нервную дрожь. Понимая, насколько странно выгляжу, старалась не думать, что от меня пахнет сексом. А то, что этим ароматом пропах весь салон, я не сомневалась.

Не зная, чего ожидать от жизни, которая свернула меня в рулон и порезала сердце на куски, я ухватилась за то, что давало силы жить дальше. Не смотря ни на что.

– Пожалуйста, мне нужно поскорее к сыну. Этого хватит?

Не знаю, зачем работнику «Иноу» столько наличных денег, когда все давно расплачивались виртуальными средствами, но порадовалось хоть такой крохотной удаче схватить именно это пальто. Возможно, ограбленный мною человек – игрок, ведь на тотализаторе принимали лишь наличные. Только это могло объяснить столь крупную сумму.

– Более чем, – покосился на деньги мужчина. – Но очень быстро не получится. Нужно ехать через Корнад, а там из земли какая-то дрянь сочится… По слухам, тут явно замешана корпорация...

– «Иноу», – закончила я.

Произнесла название корпорации с ненавистью, выплёвывая буквы. Сволочи, которые отравляют население своими химикатами, калечат души, превращают людей в роботов, имеют нас…  По щекам покатились слёзы, я всхлипнула.

За окном мелькали яркие огни ночного города, но небо уже просветлело. Вот-вот готовилось выплыть солнце, чтобы наступил новый день, а для меня - совершенно новая жизнь. Полная боли, страдания и чудовищных воспоминаний. И ещё дикого страха, который навеки поселился в сердце от вида пробившего стену робота. Киборга с лицом моего мужа и безумием во взгляде. Разве они могут сходить с ума?

Я помотала головой, пытаясь прийти в себя, и посмотрела в окно, чтобы отвлечься от жутких воспоминаний. Машины медленно плелись по правой стороне, а левая напоминала кошмарный сон.

– Что это? – удивлённо воскликнула я, рассматривая, как лопается крупными пузырями ставшее жидким дорожное покрытие.

Кое-где ручеёк текущей субстанции пересекал дорогу, и мерцающий туман почти касался проезжих аэромашин. Я видела, как темнело железо от соприкосновения с ядовитыми парами, как расползались трещины на пластике. Но деваться аэромобилям было некуда, поток в пробке был очень плотным.

– Те, что побогаче и имеют разрешение пересекать пространство над Тидэмом, – поделился водитель, – давно уже не спускаются на дороги. Но хуже всего… смотрите!

Он показал на один из ручейков, который сполз с дороги и устремился к одному из жилых блоков. У здания стояло много людей, многие с пожитками, некоторые даже плакали.

– Эта дрянь медленно пожирает пластик и некоторые металлы, но не причиняет вреда органике. Если утечку не устранить до рассвета, то от Корнада останутся руины. И если аварию не ликвидируют за день-два, то придётся переезжать в другой город, а вы знаете, как непросто найти нормальный жилой блок.

– А аварию еще не устраняют? – ужаснулась я. – Что говорят власти? А «Иноу»?

– Власти призывают не поддаваться панике, – сплюнув в открытое окно, ответил водитель. – Докторишки отказываются признавать, что утечка из их корпорации. Впаривают, что вследствии смещения слоёв земли на поверхность поднялись неправильно утилизированные отходы.

Я заметила, как от потока субстанции отделился тоненький ручеёк и зазмеился в нашу сторону. Машина двигалась медленнее, чем приближалась опасная жидкость, и я предупредила:

– Смотрите! Это опасно?

– Твою мать! – крутанул руль водитель, пытаясь избежать губительных для аэромобиля паров, как раздался удар – в нас врезалась другая машина.

Раздался громкий сигнал, мелькнул маячок, и мужчина процедил:

– Приехали, блять! Стражи…

– Георд! – воскликнула я, узнав напарника мужа.

Выскочила из машины и, перепрыгнув через зловонное облако, по холодному асфальту бросилась к стражу. Он схватил меня за плечи, встревоженно осмотрел:

– Богдана, что с тобой? Почему ты босиком? – Лицо его помрачнело, взгляд метнулся в сторону такси: – Тебя обидели?

– Меня изнасиловали в «Иноу», – скрипя душой ответила я и с трудом добавила: – Киборг. У него лицо Лорена, понимаешь?

Напарник мужа нахмурился и поджал губы. Я вцепилась в его руку и быстро проговорила:

– Срочно прими моё заявление, Георд! Они монстры! Они издеваются над трупами! Они похищают и насилуют. Они…

– Приди в себя, – тихо ответил мужчина и кивнул на зловонную лужу: – Видишь? Тидэм рухнет, люди погибнут под завалами, а им ничего не будет.

– Это если сидеть сложа руки, – дёрнула я его за рукав. – Я засужу их, Георд! Мне нужны доказательства и тест ДНК! Ведь мой муж мёртв, а он…

– Если ты говоришь правду, они тебя не оставят, – перебил друг мужа. – «Иноу» всегда избавляются от следов…

– «Если»? – ахнула я, всматриваясь в голубые глаза. – Неужели мой внешний вид не говорит сам за себя? А этот запах! Я уверена, что от меня разит на метр! Но все равно не веришь? «Если»?!

– Хочешь совет? – спросил он и, сунув мне в руку деньги, кивнул на одну из машин. – Садись в такси и немедленно уезжай из города. Чем дальше, тем лучше.

– Предлагаешь сбежать? – Губы дрожали, на глаза навернулись слёзы. – Простить… всё?!

– Предлагаю спасти себя и Ника, если он ещё жив, – сухо ответил Георд и, развернувшись, быстро удалился к патрульной машине.

Сердце бухнулось в рёбра, в спине похолодело. Если жив?! Не разбирая дороги, не обращая внимания, что наступаю в радужные лужи, я побежала к указанной Геордом машине. Позволила водителю такси окатить себе ступни очищающей жидкостью, лишь бы вернуться домой как можно быстрее.

В жилой блок бежала так, что не чуяла под собой ног, ворвалась к соседке и замерла, прислушиваясь к пугающей тишине. Из детской, потирая веки, выползла дочка Риши.

– Лизи, где Ник? – едва дыша, спросила я.

– Мам? – выглянул из гостиной сын. – Где ты была? Я тебя всю ночь ждал!

При виде его бледного лица и расширенных глаз задрожали руки. Я шагнула к Нику и, медленно опустившись на колени, обняла сына. Глотая слёзы, гладила непослушные волосы, шептала, что всё будет хорошо, что мы справимся, что заживем по новому и все у нас будет хорошо. Но не верила сама себе.

Часть меня отчаянно желала немедленно собрать вещи и бежать, куда глаза глядят. Моё сердце раздавлено, а душа уничтожена. Но могла ли я так же поступить с сыном? Лишить его последнего, что осталось – привычной жизни, определённости и хоть какой-то обустроенности.  

Прежде, чем что-то решать, нужно принять ванну и, смыв с себя весь этот ужас, попытаться объяснить сыну, что папы больше нет. Едва стала чистой внешне, но продолжая быть истоптанной душой, я обняла Ника и… не смогла выдавить ни слова.

Так мы и уснули, в обнимку на диване.

Ощутив его взгляд, я резко села и, притянув к себе проснувшегося сына, уставилась на робота. Он нашёл меня! “Иноу” не оставляют следов...

– Это не папа, – дрожа, пробормотал сын, и горло сдавило удушающим спазмом. – Кто это?

– Это киборг, – не стала я обманывать Ника.

– Мама, я боюсь.

Мое сердце на миг замерло, вторив словам сына, по спине заструился ледяной пот.

«Я тоже, детка».

Но вслух сказала:

– Он не причинит нам зла.

Я очень на это надеялась, с горечью понимая, что в киборге с лицом моего мужа от человека не осталось ничего.