Глава 3. Корпоративные секреты

Дверь за Домиником бесшумно закрывается и я уже знаю, что если подойду к панели управления, сенсор бездушным голосом ответит мне, что уровень доступа не соответствует запросу. Ладони предательски потеют, когда я думаю про тесты, обещанные мне главой компании.

— Ладно, Лира, это всего лишь паранойя, — бурчу себе под нос, но пальцы все равно впиваются в шелковистую ткань халата.

Сдавленно выдыхаю и перевожу взгляд на остывающий на столе завтрак. Желудок сводит судорогой.

На подносе, который принес мне Вейл идеально нарезанные тосты с авокадо и лососем, стакан свежевыжатого сока — апельсин-гранат, мое воскресное удовольствие, и... записка. Снова записка! Как театрально. Интересно, зачем он это делает?

Или за Вейла сообщения пишет система, а он оставляет их вот так потому, что не может запомнить. Тревога нарастает по мере того как я вынимаю розоватый листок наружу. Бумага пахнет дорогим парфюмом и чем-то еще — металлическим.

«Дорогая Лира, тесты назначены на 11 утра. Перед этим тебе необходимо хорошенько позавтракать. В зимнем саду мы обсудим результаты.

Твой D.»

Я чувствую как щеки покрываются легким румянцем. Последняя фраза прозвучала так лично и я на мгновение почувствовала будто мы и правда пара. Выдохнув, я впервые обдумываю как бы звучало мое новое имя: Лира Вейл. Неужели я действительно стану супругой великого и удачного Доминика?

В этот миг мое воодушевление как будто с размаха налетает на бетонную стену: девушкам, которыми собираются дорожить, не назначают тестов.

Стандартные тесты. Как будто я записалась на spa-процедуры.

Взгляд скользит к тостам. Я действительно люблю авокадо с лососем. Но никогда не говорила об этом на работе. Никогда. А Доминик сказал, что взял разного наугад. Соврал или нет?

Глотаю слюну. Есть действительно хочется.

Не успеваю я стряхнуть с колен крошки, оставшиеся от завтрака и поставить на блюдечко чашку кофе, как дверь в мои апартаменты бесшумно приоткрывается. На пороге служебный андроид, который приглашает меня проследовать в медблок.

Мне выделяют удобный серебристо-синий костюм, в которых я иногда видела пациентов клиники, когда тем приходилось оставаться у нас более чем на день для завершения цикла диагностики.

Теперь я кажется начинаю догадываться, о как х тестах может идти речь. Неужели Доминик собирается выяснить, буду ли я подходящей матерью для его потомства? Мысль обжигает щеки.

Я и он в одной постели — это просто немыслимо, несмотря на то, что я отдаю себе отчет: именно этим и занимаются супруги.

Но он хочет сделать из меня инкубатор? Это же мерзко!

— Что если я откажусь? — немного прибавляю шаг и догоняю андроида.

В ответ тот произносит мантру, к которой я уже начала потихоньку привыкать: недостаточный уровень доступа.

Набираю воздуха в грудь. Ладно, видимо мне придется поговорить с кем более разумным. Перед нами как раз открываются двери медблока. Это элитный отсек. Я тут даже никогда не бывала.

Врач с бейджем «Э. Варгас» холодно улыбается мне, ее выражение лица выглядит безучастным, дежурным. Как будто она видит перед собой не человека, а очередной объект. Ее пальцы холодные, как скальпель, когда она касается моей руки.

— Больно! — дергаюсь я, когда мне в вену вводят тонкую иглу.

— Немного потерпите, — судя по всему, это дежурная фраза.

— А… что вы делаете? — пытаюсь дышать носом для того чтобы уменьшить неприятные ощущения — с детства ненавижу уколы.

— Вот и все, — врач отходит в сторону с пробиркой, полной моей крови и сразу же вставляет ее в анализатор.

Я приглядываюсь, но не узнаю это оборудование, хотя, кажется, я изучила все приборы, которые есть в компании, когда писала свое предложение для руководящего звена.

Предательский ком подкатывает к горлу, когда я вспоминаю о том как меня забраковали.

— Что это за анализы? — спрашиваю строгим голосом. В конце концов это моя кровь, я должна знать.

— Сегодня комплексный скрининг, — говорит врач, прикрепляя к моей груди датчики. — Затем мы выполним ЭЭГ, полное МРТ-сканирование, тест на когнитивную гибкость и... кое-что особенное.

Последнее слово звучит как обещание и угроза одновременно.

— Особенное — это что?

Но врач уже отвернулась, то ли не услышав меня, то ли сделав вид, что занята подготовкой к новому исследованию.

По завершении всех испытаний меня отводят в самое сердце медблока. Я никогда раньше тут не была и на мгновение мне начинает казаться, что вот тут-то и станут проверять мой уровень интеллекта, который для этой корпорации оказался недостаточным.

Но все оказывается совсем не так.

Кабинет 3B, 10:03

Машина гудит, как разъяренный зверь, когда я забираюсь в цилиндрический сканер.

— Держите руку неподвижно, — командует техник. Его голос безэмоциональный, как у робота.

Шприц входит в вену. Жидкость внутри светится слабым голубым светом.

— Что это? — спрашиваю я, но мой голос теряется в гуле аппарата.

Кровь в жилах холодеет.

За стеклом — оживление.

— Сканер L-28 показывает 97% совместимость! — кто-то шепчет, но я слышу.

97%? Совместимость с чем?

Медперсонал перешептывается, один из лаборантов роняет пробирку. Стекло разбивается с хрустальным звоном.

— Отключайте питание, — говорит доктор Варгас. — Нужно дать ей отдохнуть. И срочно докложить начальству!

Дверь закрывается. Свет становится приятным голубым и я чувствую как мои веки слипаются. Комната за стеков и тем временем пустеет. Кажется весь медперсонал крайне воодушевлен тем, что они увидели на мониторах.

Чем? Я должна это узнать, потому что понимаю: добровольно мне это не скажут.

С трудом выбираюсь из сканера и с усилием захлопываю за собой дверь. Вены все еще подсвечиваются голубым и все плывет перед глазами.

Монитор в углу мигает. Там явно незакрытый сеанс.

«Там что-то странное»,— шепчет внутренний голос: «Что-то, что они скрывают».

Пальцы тянутся к клавиатуре. Файлы всплывают один за другим:

- Объект 12 — отказ на этапе 3 (психический коллапс)

- Объект 44 — коллапс при тестировании терморегуляции

- Объект 07 — низкая совместимость (86%), испытания прерваны по инициативе Д.

Сердце колотится так, что кажется, вырвется из груди.

Курсор зависает над папкой «Протокол Обручения».

Один клик. Только один клик отделяет меня от правды.

Дверь распахивается.

Он стоит в проеме, залитый красным светом аварийных ламп.

Его глаза.

Они горят. Буквально. Янтарные, как расплавленное золото, зрачки — узкие, как у кошки.

— У тебя не тот уровень доступа, Лира, — металлическим голосом заявляет Доминик.

— Я… я знаю, — приходится разогнуться и отпрянуть к стене.

Вейл тут же оказывается рядом. Такой сильный, такой опасный. Мне кажется, что теперь я ощущаю его присутствие всем существом, буквально каждой клеточкой. Это очень и очень странно. И это сбивает меня с толка.

Доминик протягивает руку к моей щеке. В его глазах я вижу жажду, такую какой еще никогда не встречала у парней.

Миг и Доминик отступает.

— Я ждал тебя в саду, — говорит Вейл. — Ты, кажется, опаздываешь.

Опускаю голову, пытаясь отдышаться, у меня сейчас сердце едва не выскочило из груди. Что такого странного творится между нами?

Доминик оборачивается и жестом предлагает следовать за ним.

— Обсудим результаты тестов, — говорит Вейл.

Киваю. В зимнем саду я собираюсь задать ему вопрос: «Так я для тебя тоже объект?»