Глава 32

Автомобиль ведёт Андрей, но это не означает, что мы едем без охраны. Спереди и сзади за нами неизменно следуют два чёрных внедорожника. Муратов спокоен, и я тоже позволяю себе немного расслабиться.

Неужели так будет всегда? Мы никогда не сможем жить спокойной и полноценной жизнью? Гулять в парке, ходить в кино, посещать массовые праздники в городе? Всегда будем находиться за высокими воротами с круглосуточной охраной? В груди болезненно ноет от одной только мысли об этом, ведь скоро Илюша вырастет и станет задавать вопросы о том, что находится там… за территорией. Он захочет новых знакомств и это будет абсолютно нормально, но не в мире его отца, который тесно связан с криминалом.

— Поужинаем в ресторане? — неожиданно спрашивает Андрей, выдергивая меня из мыслей о будущем.

Этот вопрос застаёт меня врасплох. Тут же хочется ответить: «Да, конечно!», но потом я вспоминаю, что недавно плакала. Моё лицо должно быть опухло от слёз, а ещё я так и не успела сегодня накраситься. Волосы собрала в пучок, надела первую попавшуюся одежду, которую достала из шкафа: чёрные джинсы и трикотажный пуловер.

Это Андрей одет как с обложки дорогого журнала: строгий деловой костюм, чёрная рубашка и поблескивающие на запястье часы. В сравнении с ним я выгляжу замухрышкой… Нет, в ресторан мне определенно нельзя! Я ведь не ждала его так скоро. Думала, что Андрей вернется только к вечеру и я успею привести себя в порядок.

— Извини, сегодня никак, — с трудом выдавливаю из себя отказ. — У меня очень-очень много работы! Я веду отчётность в крупном интернет-магазине одежды. Да и курсовая по менеджменту сама себя не сделает. У меня скоро сессия.

Я заканчиваю врать и замолкаю. Щёки пылают, а в груди плещется обида на саму себя. Наверное, Андрей хотел отметить мой юбилей в романтической обстановке: ресторан, свечи и только мы вдвоем… Он сделал важный шаг мне навстречу, а я взяла и всё испортила.

Отворачиваю голову к окну и тихо всхлипываю. Вечно я так… Андрей пытается наладить отношения, а я отдаляю нас друг от друга. Как и тогда в отеле, куда Муратов пригласил меня в качестве своей жены. Он хотел закрепить наши отношения и показать тем самым, что мы пара. Но из-за собственной ревности я решила ему отомстить. Совершенно глупо и где-то по-детски… Просто мечтала, чтобы он почувствовал себя в моей шкуре и понял, как это больно, когда помимо нас двоих существует кто-то третий лишний. В итоге я сделала только себе хуже.

Андрей опускает теплую ладонь на мою ногу и слегка сжимает. По телу ползут мурашки, а низ живота начинает покалывать. Его прикосновения всегда действует на меня таким образом: в лёгких становится мало воздуха и кружится голова.

— Ладно, мы поедем в ресторан в другой раз, — произносит Андрей, — когда у тебя будет время.

Я улыбаюсь и согласно киваю. Конечно же! У нас ещё всё впереди.

Всю оставшуюся дорогу к дому мы молчим, изредка переглядываясь и снова задумываясь о чем-то своем. Эта встреча на кладбище была знаковой. Не даром мы с Андреем приехали туда одновременно. Я рассказала ему всё то, что давно хранила в себе, а Муратов почувствовал некое облегчение. Это читается в его движениях и изменившемся настроении.

В прихожей нас встречает няня с Илюшей на руках. Малыш забавно дёргает ручками и реагирует на наше присутствие. Иногда мне кажется, что он всё понимает и чувствует: родных людей рядом, которые его сильно-сильно любят.

А потом начинается моя любимая часть вечера, потому что мы проводим время втроём. Словно настоящая семья, где нет места ревности, обидам и злости. Мы с Андреем умеем отключаться от реальности в присутствии сына в каких бы отношениях не состояли. С Илюшей он не жестокий, а заботливый отец: спокойный, в меру нежный, правда малообщительный. Андрей не так ярко выражает свою любовь, но её видно невооруженным взглядом.

После кормления Илюшка начинает капризничать. Похоже, я рано радовалась, когда думала, что нас обошли стороной колики.

— Я уложу его, — произносит Андрей, забирая у меня хнычущего и сонного сына. — Можешь заниматься работой и курсовыми.

Я вспыхиваю от стыда и всё же благодарно ему улыбаюсь. На самом деле у меня нет никаких важных дел. Выпалила те слова, не подумав… Только для того, чтобы не ехать в чёртов ресторан.

— Спасибо, Андрей… И спокойной ночи.

— Тебе тоже, — усмехается он.

Цифры плывут перед глазами, а новый материл, который я должна изучить перед выполнением следующей части курсовой работы, не лезет в голову. Мне хочется спать, и я никак не могу сконцентрироваться. Но я же соврала Андрею, что занята, поэтому должна делать хотя бы видимость того, что действительно занимаюсь.

Чтобы взбодриться и прогнать сонливость, направляюсь в душ. Намыливая тело банановым гелем для душа, слышу посторонний шум у себя в спальне. Становится не по себе, поэтому я смываю пену, выключаю воду и замираю на месте. Сердце бешенно колотится в грудной клетке, но чуть позже я понимаю, что мне показалось. Это всё дурацкие сны, которые никак не дают мне покоя.

Замотавшись в белоснежное полотенце, выхожу в спальню и чувствую, как жар приливает к щекам и усиленно расходится по венам. В широком кресле сидит Андрей и внимательно на меня смотрит.

— Кто-то говорил, что занят работой, — произносит с лёгкой полуулыбкой.

Перевожу взгляд на закрытый ноутбук и учебники и ощущаю, как краснею от макушки до кончиков пальцев на ногах.

— Я тебе соврала, извини. На самом деле я просто не хотела ехать в ресторан из-за своего внешнего вида.

Андрей поднимается с кресла и направляется навстречу. Чистый дьявол во плоти… Притягательный и сумасшедше красивый. Потемневшие глаза бесстыдно проходятся по моему влажному телу: шее, ключицам и оголенным ногам.

Андрей одет в брюки и чёрную рубашку, которую он расстегнул на две верхние пуговицы. На мне из одежды — ничего, кроме полотенца. Я прекрасно знаю зачем Муратов пришёл, но всё равно волнуюсь так сильно словно в первый раз.

— Я часто вру, — качаю головой и тут же отвожу взгляд в сторону. — Иногда мне просто сложно сказать тебе правду. Как, например, тогда в отеле. Все те грязные слова, что я говорила были лишь от обиды. Мне не нужны никакие другие мужчины и секс с ними. Я просто ревновала к блондинке, с которой ты уединился.

— У нас ничего не было, — прерывает меня Муратов. — Давно ничего не было.

— Давно? — удивленно смотрю на него.

На лице нет ни тени улыбки, поэтому думать о том, что он шутит как минимум глупо. В голове роится множество мыслей и все они касаются интимной жизни моего мужа. Давно это сколько? Неделю? Две? Месяц? Мы не клялись хранить друг другу верность, не обещали быть вместе в болезни и здравии, но этот момент для меня важен, потому что я не могу оставаться равнодушной к мужчине к которому испытываю первые и такие сильные чувства.

— Я сплю только с тобой, Нина, — произносит Андрей.

У меня перехватывает дыхание и вырастают крылья за спиной. Какая же я дура… Дура! Столько дел наворотила из-за своей необоснованной ревности.

Мы замираем друг напротив друга и прятать улыбку больше не получается.

Андрей касается моего лица, убирает за ухо влажные пряди волос и так пристально смотрит в глаза, что всё внутри сворачивается в тугой узел. В прошлый раз он брал меня по-звериному дико и грубо, а я дразнила его и раззадоривала как могла. Так сильно, что искры летели из глаз…

Сейчас мне хочется другого: нежности и чувственности, поэтому я перехватываю Андрея за руку и нежно целую губами. У него большая ладонь с длинными пальцами и шероховатой кожей и крупные выступающие венки на запястье, которые я поочередно целую. Делаю это под внимательный и порочный взгляд своего мужа, который затягивает всё глубже и глубже.