ГЛАВА 20

 При виде их четверых уже знакомый Еве святой брат вздрогнул. Наверное, будь он христианином, осенил бы себя крестом, а так всего лишь попытался сначала ретироваться, а затем — притвориться ветошью.

Не прокатило.

— Святой брат, мы пришли к вам с просьбой провести церемонию венчания.

— Во второй раз? — переспросил тот. Его голос прозвучал слишком высоко и настороженно. — Вы успели развестись?

— Нет-нет! — вмешалась Ева. — С нами все отлично, мы счастливы. — Она запнулась, пытаясь отогнать картинку с заставкой «Дома-2», всплывшую в воображении.  — У нас новые претенденты на «долго и счастливо».

Ее палец безапелляционно уперся в грудь принца. Уильям широко улыбнулся.

Святой брат с шумом втянул воздух и, кажется, едва устоял на ногах.

— Ваше Высочество Уильям? — уточнил он.

— Вот его вы узнали, а меня — нет! — с ноткой мелочной обиды заметила Ева.

— Меня он тоже не узнал, — успокоила ее Маргарет. — Просто лица женщин не чеканят на монетах.

— Несправедливо! Это нужно исправить. Есть, куда записать?

— Есть, а за…

— Только не в блокнот с поэмами! — возмутился Уильям.

— …чем? — спокойно закончила Маргарет.

Реймонд в это время бросил в чашу возле алтаря несколько золотых монет — подношение тринадцати Богам и плата за услуги священнослужителя одновременно.

— Ну как же! — откликнулась Ева. — Станешь королевой и внесешь изменения. Такие традиции нужно менять.

Маргарет ненадолго смешалась. Кажется, эта мысль показалась ей революционной, но интересной.

— Все зависит от Уильяма… — после паузы заметила она, пока святой брат под поощряющим взглядом Реймонда обреченно открывал книгу на нужной странице.

— Что? — рассеянно поинтересовался Уильям, который судорожно листал блокнот с поэмами. — Дорогая, ты можешь делать все, что твоей душе угодно. Идея с монетами прекрасна, как луна и звезда. Как твоя улыбка в безветренный теплый день лета…

Ева закатила глаза и, проигнорировав горсть метафор, рассыпанных Уильямом, перебила:

— А как насчет поменять советников?

— Чудесная мысль, — мурлыкнул себе под нос принц. — Перемены… Нас ждут перемены. Те, что выкуют наши сердца из…

— Ваше Высочество, вы должны встать здесь, — вежливо напомнил Реймонд и, не тратя время на пояснения, просто подтолкнул Уильяма к алтарю. — А вы, леди Маргарет (позволите называть вас так?) сюда…

Маргарет кивнула и послушно заняла свое место напротив святого брата. На ее лице расцветало задумчивое выражение.

— А зачем нам менять советников? — мельком спросила она, прижимая к груди букет белых роз.

— Братья и сестры, мы собрались здесь…

— Ваше Высочество, позвольте ваш блокнот, — тихо вклинился Реймонд.

— Что? Это обязательно? — Тот вцепился в книжку, как в сокровищницу папеньки — намертво и с алчным блеском в глазах.

Ева кашлянула и склонилась к плечу Маргарет.

— Понимаешь, с войной не все так просто…

— В этот знаменательный день… — надрывался святой брат, но его никто не слушал.

— По традиции ваши руки должны быть свободны, — напомнил Реймонд Уильяму и ненадолго потерял терпение. — А ну отдайте!

— …И тогда лорд Воурд предложит атаковать….

— Хорошо, подержите мой блокнот, но, прошу, осторожнее!

— Я буду нежен, — клятвенно заверил Реймонд.

— Боги благословят союз двоих, решивших связать себя узами святого брака…

— …и это приведет к удручающим последствиям!

— Что? — Уильям услышал шепот Евы. — Брак приведет к удручающим последствиям?

— Не мешай! — хором откликнулись Ева и Маргарет.

Уильям насупился.

— По-моему, только я слушаю святого брата!

— Неправда, — проговорил Реймонд. — Я тоже его внимательно слушаю. К слову, ваш выход.

— Что?

— Вы согласны взять принцессу Маргарет в законные жены и боготворить всю жизнь, до самой смерти? — пафосно вопросил святой брат.

— О! — Ева оживилась и посмотрела на Реймонда. — Ты тоже обещал меня боготворить?

— Нет, определенно, только я внимательно слушаю святого брата! — заспорил Уильям.

Видимо, из принципа.

— Конечно, — сдержанно ответил Реймонд, отстраняясь от разошедшегося жениха. — Ты не помнишь нашу свадьбу?

— Местами, — пробормотала Ева. — Я тогда страшно переволновалась.

— Согласны или нет?! — потеряв терпение, рявкнул святой брат.

Уильям, с чувством доказывающий Реймонду, что он прекрасно следит за ходом церемонии, наконец, повернулся к алтарю лицом и растерянно застыл.

Маргарет напряженно ждала. Букет в ее руках выглядел слегка помятым.

— Скажите «да», — подсказал Реймонд в спину Уильяма.

— Да! — с радостью студента, списавшего на экзамене, отрапортовал тот.

Маргарет выдохнула с облегчением, а затем, почти не разжимая губ, бросила:

— Откуда тебе это известно, Элизабет?

Ева набрала в грудь воздуха и опередила святого брата:

— У меня проснулся дар предвидения.

— А вы, Ваше Высочество Маргарет, согласны взять в мужья принца Уильяма и во всем ему подчиняться?

— Что? — искренне возмутилась Ева, забыв на мгновение о войне. — Я тоже в этом поклялась?

Реймонд хмыкнул и сделал вид, что не расслышал ее слов.

— Согласна, святой брат.

Тот возвел очи к небу и, кажется, поблагодарил Богов.

— Тогда объявляю вас мужем и женой!

Уильям и Маргарет повернулись друг к другу и, улыбнувшись, скрепили союз поцелуем. В то же мгновение на их руках тонкая вязь брачных отметин налилась цветом и ярко вспыхнула. Рисунок стал четче и ярче. Такой уже не спрячешь.

— Ваш союз признан Небесами, — с едва уловимыми нотками сожаления резюмировал святой брат и обратился к Реймонду. — Милорд, не знаете, телепорт в Каронию до сколько работает?

— До десяти, — вежливо ответил Реймонд. — Вы успеете, святой брат.

— А куда он? — театральным шепотом поинтересовалась Ева, проводив мелькнувшую в проеме входной двери коричневую рясу священнослужителя.

— Бежит в соседнюю страну, — буднично пояснил Реймонд.

— Зачем?!

— На тот случай, если Его Величество не одобрит этот союз и решит отыскать виновных.

Ева открыла и закрыла рот, так и не найдясь с ответом. Букет белых роз, который Маргарет держала в руках во время церемонии, перелетел через голову Евы и приземлился на одну из пустых деревянных скамеек. Уильям подхватил жену на руки и, под ее смех, вынес из храма.

Определенно, это была самая странная свадьба, на которой Еве пришлось побывать.

— Знаешь, — проговорила она, прижавшись к Реймонду. — А мы еще нормальные.

Он глухо рассмеялся и сплел их пальцы вместе.

* * *

Маргарет с Уильямом уехали на следующее утро после венчания. Реймонд слышал, как Ева предлагала гостям (правда без особого пыла) остаться еще на пару дней. Как он и думал, молодожены с ужасом открестились от этой чести.

— Не понимаю, — сонно пробурчала Ева, едва они вернулись в спальню. — Ради чего они так рано вскочили? Солнце только-только взошло, а они уже отправились восвояси.

Реймонд хмыкнул. Его жена обладала прагматичным умом, но некоторые вещи ускользали от ее внимания. Возможно, в силу того, что она прежде с ними не сталкивалась и попросту забывала об их существовании.

— Темные эманации, — пояснил он, сбросив сюртук на кресло. — Наши любезные гости устали изображать тактичность и при первой же возможности ретировались. Брачную ночь они провели вместе, этому есть свидетели. Так что нет необходимости и дальше мириться с дискомфортом от моего присутствия.

Его позабавило удивленное выражение лица Евы.

— Я не замечала особого… дискомфорта.

Под его многозначительным взглядом она примолкла, видимо, начав припоминать некоторые детали. Например, что в его присутствии Уильям становился слишком говорлив, а Маргарет, наоборот, молчалива.

Реймонд опытным путем установил, что предел терпения обоих находится где-то на отрезке между полутора и двумя часами. Именно тогда венценосные гости, деликатно ссылаясь на усталость, исчезали из его поля видимости. Достойный результат, некоторые не выдерживали и сорока минут.

— Оу! — пробормотала Ева, очевидно, припомнившая эти моменты. — Я думала, что Маргарет — жаворонок, и потому ложится рано…

— Как и Его Высочество Уильям? — с легкой насмешкой поинтересовался Реймонд.

Ева куснула губу и завалилась на заправленную горничной постель — прямо в платье.

— Ну и глупцы. Им станет стыдно, когда ты изобретешь амулет от темных эманаций.

В груди разлилось тепло. Реймонд тоже опустился на кровать. Его лицо оказалось напротив лица Евы, успевшей перекатиться на бок и опереться на локоть.

— Разве?

— Конечно. Когда их мозг не будет затуманен, — Ева забавно покрутила пальцем у виска, — они поймут, какой ты замечательный человек.

Если бы он стоял, то, наверное, упал бы. Никто до этого момента не говорил ему таких слов да еще настолько искренне. Не найдя подходящего ответа, он притянул к себе Еву и нашел ее губы.

— Портал доставит наших гостей к парадному входу во дворец. Им придется сначала поговорить с королевской семьей и только после этого созывать совет.

Глаза Евы понимающе сверкнули. На пухлых губах промелькнула улыбка.

 — Не будем терять времени… Его совсем немного.

Заглянувшая в комнату спустя десять минут горничная едва не выронила поднос с завтраком.

— Пр-р-ростите, — прозаикалась она, отчаянно покраснев. — Я зайду позже.

Ева вывернулась из его объятий и крикнула в захлопнувшуюся дверь.

— Рози, десерт можешь не приносить. Я уже…

Дальше Реймонд не стал слушать. Утянул хохочущую жену в новый, кружащий голову поцелуй, заставивший обоих позабыть и о горничной, и о других, более серьезных проблемах.

* * *

— Если мы пропустили начало, меня сожрет любопытство. И тогда в отместку я тебя покусаю! — пригрозила Ева, устраиваясь с ногами в кресле.

Реймонд подошел к висящему на стене зеркалу и отбросил в сторону ткань, скрывающую серебристую гладь в изящной раме.

В кабинете кроме них никого не было. Реймонд не только плотно прикрыл дверь, но и наложил защищающее от подслушиваний заклинание. Особого смысла в этом не было (слуги и без того боялись его как огня), но он решил не рисковать.

— Мне кажется, те десять минут промедления не сыграют особой роли. К тому же, — он позволил себе усмешку, — они случились по твоей вине, разве нет?

— Это как посмотреть, — протянула Ева и без перехода бросила: — Жаль, до функции записи и перемотки зеркала еще не дошли.

Реймонд заинтересованно покосился на нее, ожидая пояснений, но она лишь отмахнулась. Зеркальная гладь как раз пошла рябью.

— Мы можем говорить? — тихо спросила Ева, не отрывая взгляда от зеркала.

Реймонд подошел к ней ближе и встал рядом со спинкой кресла.

— Да, нас не услышат. Это односторонняя связь.

— Хорошо.

— Признаться, я не ожидал, что у Ее Высочества Маргарет получится установить зеркало. На совете такие вещи под запретом. По понятным причинам.

Ева кивнула.

— Конечно.

Рябь уступила место изображению, которое с каждой минутой становилось все четче. В комнате за длинным прямоугольным столом восседал Его Величество Чарльз. Справа от него нашелся Уильям. Маргарет не было видно, но, учитывая, что женщин не пускали на совет, этого и стоило ожидать.

Свою роль принц Уильям должен был отыграть один, без поддержки жены.

Судя по нахмуренным бровям и поджатым губам, тот понимал это.

— Мой сын, — пророкотал Чарльз, скользнув взглядом по советникам, — хочет обсудить сложившуюся ситуацию. Как мы знаем, враг бросил нам вызов. Нас ждет долгая кровопролитная битва. И мой сын приведет нас к победе!

Краем глаза Реймонд заметил, что Ева поморщилась.

— Вот же пафосный зануда!

— Тебе повезло, что он тебя не слышит, — сказал Реймонд, усмехаясь.

Чарльз не вызывал у него теплых чувств. Судя по всему, тот был того же поля ягода, что и Ричард. Неудивительно, что они легко нашли общий язык.

Уильям решительно поднялся и оперся кулаками на столешницу.

— Не только об этом, — жестко проговорил принц. Его взгляд обежал комнату, останавливаясь на каждом советнике.

За те дни, что Уильям гостил в его замке, Реймонд успел привыкнуть к образу вечного романтика и непутевого поэта, и сейчас, не без волнения, наблюдал за тем, как тот перевоплощается в ту роль, которую привык играть с детства — благородного принца и смелого воина.

Казалось, еще немного, и он наяву увидит сверкающую броню Уильяма.

— Мы слушаем тебя, сын, — откликнулся Чарльз, не подозревая, какую свинью собирается подложить ему родная кровиночка.

Реймонд покосился на Еву. Та повертела головой, будто искала что-то за его плечом.

— Что случилось?

Она вздрогнула и смутилась.

— Да нет, просто… Такое чувство, будто у меня питомец потерялся.

Реймонд решительно ничего не понял. Зачастую Ева ставила его в тупик своим поведением. Он обернулся и внимательно оглядел стены кабинета и даже потолок. Его бы не удивило, заведи его жена в качестве питомца летучую мышь, но и та не стала бы прятаться на люстре при свете дня.

— Прости, ты…

— Ш-ш-ш! — шикнула Ева. — Я не слышу Уильяма.

Реймонду пришлось проигнорировать небольшой укол ревности и уставиться в зеркало, вновь сосредотачиваясь на происходящем.

— … поэтому я считаю, что моя коронация должна состояться уже сегодня.

Чарльз дернулся, как от удара. На лицах советников застыли самые разные выражения: от ужаса до делового интереса.

— Что?!

— Отец, я достиг совершеннолетия. Мой брак признан Богами и людьми. Я готов принять бремя власти и освободить тебя.

Ева хохотнула.

— Боже, он шикарен. Даже глаз ни разу не дернулся!

Реймонд невольно порадовался, что Уильям прочно женат. Не то чтобы он ревновал к нему Еву, но…

 — Как он вошел в роль!

— Его Высочество Уильям — поэт, — пожав плечами, уязвленно заметил Реймонд. — Все творческие личности немного дети. Поэтому их игра всегда убедительна.

Ева, не глядя на него, сжала его руку чуть выше локтя.

— Это была деловая оценка.

Тепло ее ладони немного отрезвило.

— Конечно, — сдержанно согласился он.

— Если хоть один из вас сомневается во мне… — разглагольствовал между тем Уильям.

— Как складно говорит! — восхитилась Ева. — Ну настоящее выступление депутата перед электоратом в преддверии выборов! И выглядит уверенно: одежда, прическа, лицо, дышащее благородством, — все идеально! Ты заметил, как у него волосы уложены?

Реймонд скрипнул зубами.

— Уж поверь мне.

Он всерьез прикинул последствия решения втихомолку проклясть принца, когда его мрачные мысли осенила догадка:

— Дразнишь? — выдохнул он в макушку Евы.

— Немного, — хитро ответила она и вернула комплимент: — Ты очень красивый, когда ревнуешь.

Один-один.

Ему пришлось отвлечься на возню, равнодушно отображенную зеркалом. Чарльз, видимо, потерявший контроль над ситуацией, кликнул стражу. Едва ли он собирался бросить сына в темницу, скорее, продемонстрировать свою власть. Зря.

Армия уже перешла на сторону Уильяма.

На крики короля так никто и не пришел. Советники обменялись понимающими взглядами, а затем старый лис — лорд Терквуд — поднялся.

— Ваше Высочество Уильям, мы готовы присягнуть вам на верность.

Ева закатила глаза.

— В реальности на такой исход можно было бы не рассчитывать! Что за странный переворот…

Реймонд внимательно следил за происходящим в зеркале, поэтому оставил ее слова без внимания.

Чарльз обессиленно откинулся на спинку стула. Разум взял вверх над чувствами, и Его Величество разомкнул губы:

— Сын, надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

— Он, возможно, нет, — пробормотала Ева себе под нос. — Но Маргарет знает. Я снабдила ее нужными инструкциями.

Реймонд и сам был свидетелем того длинного сложного разговора, поэтому молча кивнул и, пройдя пару шагов к стене, набросил плотную ткань на зеркало.

Еще один пункт из списка Евы был вычеркнут.