17. Все на мази

Руслан

— Я согласна, — сквозь слезы кивает девчонка. А мне хочется заорать от ликования. Согласилась! Нужно будет Алиске отослать подарок. Маленькая стерва появилась вовремя.

— Ну, наконец-то! — выдыхаю, на минуту потеряв контроль. Целую девчонку, а сам прикидываю все за и против. Поднять на руки и отнести в спальню особого труда не составит. Света легкая, как пушинка. Вот только потом проблем не оберешься.

Нет! Трахнуть ее я всегда успею. Тут нужно действовать осторожно. Пока поухаживаю красиво. А заодно наведу справки про этот «Эверсли-клаб». Нужно точно знать, когда Света туда устроилась. А заодно навести справки, кого из клиентов обслуживала…

«Твою мать! — мысленно хватаюсь за голову. — А вдруг на свадьбе ее кто из моих друзей опознает? Позора не оберусь. Вроде Толян с Мариком любят подобные заведения. Влад тоже…»

Значит, придется ограничиться близким кругом. И сразу после первой брачной качнуть права. Но в любом случае, контракт подпишем до свадебной церемонии.

— Пойдем отсюда, — беру девчонку за руку. Веду в зимний сад. Усаживаю на качели, установленные здесь специально для свиданок.

— О какой свадьбе мечтаешь? — обнимая, спрашиваю растерянную девицу. Замечаю пылающие щеки и шалый взгляд.

Еще немного, и готова.

Но нельзя, блин. Нельзя!

— Я? — поднимает на меня невинный взгляд. — Я бы не хотела ничего пышного. Можно расписаться и отправиться куда-нибудь в путешествие.

— А куда хотела бы поехать?

— А ты? — смотрит лукаво и добавляет смущенно. — Я нигде особенно не была. Ездила к маме в Италию. Но мне там не понравилось.

— Не в той Италии ты была, — самодовольно хмыкаю я. — Поедем, покажу тебе. Это удивительная страна…

— Не сейчас.

— Почему? — удивляюсь искренне.

— Придется заезжать к маме, — морщит нос Света. И мне ее становится ужасно жалко. Никому не нужный ребенок. Естественно, кроме бабы Нади. Света, по сути, сирота при живых родителях. Может, поэтому и на панель пошла. И ведет себя как наивная девочка…

Интересно, а лечат бывших проституток? Ну, как наркоманов? Вопрос, конечно, риторический. И если бы я точно не знал о Светкиной тайной деятельности, мог бы запросто попасться на удочку. Милая девочка… милая.

Хочется верить, что она только в начале пути и не успела стать профи. Я с ней, конечно же, сразу разведусь. Но помощь окажу. Денег дам на первое время. Найму психолога. Явно эта травма с детства тянется. Когда там ее родаки разбежались? Нужно уточнить у Агаты.

— Тогда любой другой вариант, — улыбаюсь, накручивая на палец золотую прядку.

— Давай в Питер поедем, — азартно предлагает Света, — говорят, Петербург — город любви.

— Ну, это, положим, спорный момент, — улыбаюсь довольно. — Я в Питер одно время часто ездил. Что-то не наблюдал там такого.

— Ты, наверное, по делам был, — лепечет Света. — А мне говорили, там очень весело.

— Да? Кто? — напрягаюсь, вспоминая парочку диких оргий. Ох, и почудили мы с Толяном по молодости.

Стоп! Не на это ли мне намекает девчонка?!

— Кто говорит? — уточняю напрягаясь.

— Бабушки! — как глупого малыша, укоряет Света. — Они же обе там с мужьями познакомились. Дедушка Коля приехал свататься совершенно к другой девушке. А в подъезде встретил бабушку Надю…

Эту историю я знаю. Но со всеми подробностями. Николай Викторович Розанов, адъютант полковника Годарова, прибыл в отпуск к невесте. И застал ее с другим. Вышел из квартиры, не сказав ни слова. А спустившись на два этажа ниже, встретил девчонку-почтальона. С места в карьер предложил ей выйти замуж и в тот же день увез на Дальний Восток.

История тут явно не про любовь. Но, наверное, Свете это знать не положено. А может, и сама Надежда Сергеевна не в курсе.

— Самые точные информаторы, — хохочу довольно. И соглашаюсь, запыхавшись. — Как скажешь, Света. Хочешь в Питер, поедем!

— Классный ты, — искренне восклицает она, прижимаясь щекой к моему плечу. — Со всем соглашаешься…

— Ты же моя невеста, — легонько нажимаю на кончик носа. — Привыкай, девочка.

«Хорошо, хоть Питер, не Доминикана! — усмехаюсь мысленно. — Много бабок не солью!»

Ясен пень, никто никуда не поедет. Как говорится, вы пошутили, я тоже посмеялся. Но если Светочке хочется поиграть в невинность, я тоже сыграю партию. Только потом не надо жаловаться. Сама напросилась, девочка!

— Я сам все закажу, — шепчу хрипло. И удивленно осознаю, что от девчонки меня торкает. Реально, химия какая-то!

— Билеты в театр тоже? — приподнимает голову.

— Конечно, — киваю, укладывая обратно на плечо взлохмаченную башку.

— По каналам поплаваем на кораблике?

— У меня там приятель живет. У него катер возьмем.

— Опять застрянем где-нибудь в камышах? — фыркает Света и смеется. Так заразительно и заливисто, что я не могу удержаться.

— Где ты там камыши собираешься отыскать? — спрашиваю, отдышавшись. — На Дворцовой набережной, что ли?

— Домой пора, — тихо мурлычет Света.

— Не хочу тебя отпускать, — останавливаю негромко. И действительно не хочу, чтобы она уходила. — Давай чаю попьем, и я покажу тебе свои трофеи.

— Скальпы пленниц? — неумело флиртует девчонка. И в этот момент мне кажется, что она действительно еще ни с кем не была. Глупость, конечно! Сейчас в тринадцать лет девицы уже прошаренные.

— Это в закрытой комнате, — шучу, напуская на себя злобный вид. — Потом сама найдешь. А я покажу тебе коллекцию монет. С детства собираю.

— Я знаю, — кивает Света. И неожиданно заливается алым румянцем. Прячет лицо у меня на груди. А я, поймав девчонку в некрепкий захват, снова лезу целоваться. Перетаскиваю Свету к себе на колени. Чувствую, как в меня упирается мягкая грудь. И плыву…

«Нужно пнуть службу безопасности. Пусть поскорее соберут досье, — думаю, раздражаясь на самого себя. — Проняло тебя, Русланчик. Ох, проняло!»

— Нам еще с датой свадьбы определиться нужно, — замечаю, выныривая из омута эмоций. — Я б такой, чтоб расписаться завтра же. Но тебе наверняка захочется выбрать красивое платье и придумать что-нибудь романтическое. Поэтому лучше подать заявление на общих основаниях и через месяц пожениться.

«За это время мои безопасники успеют даже выкрасть панталоны папы Римского! — размышляю, снова притягивая Свету к себе. Не девчонка, а дурман какой-то!

Да на нее весь бордель молиться должен. Клиентов одним своим существованием привораживает.