Глава 15.

Влад.

Вот что можно делать так долго в дамской комнате? Ладно. В конце концов, я сам отправил туда Веру. Зачем? Хороший вопрос. Наверное, потому, чтобы потом не пришлось терять ее из виду. Да. Отпускать от себя сегодня Морозову я не собирался. Но к великому моему облегчению, Вера никуда не собиралась сбежать, а сама не отходила от  меня. Не скажу, что это не радовало. Но. Все-таки вела себя она немного скованно. Я бы сказал, напряженно. Нужно, чтобы она хоть немного расслабилась. От шампанского, как впрочем, и от любого другого вида алкоголя она отказалась. Эх… самый легкий способ расслабиться не поможет. Хотя напоить Веру в мои планы и не входило. Но было жутко интересно, как будет вести себя эта правильная, высокоморальная, умная женщина, если влить в нее бутылку коньяка?

Никогда бы не подумал, что на полуделовом светском мероприятии меня будут посещать такие мысли. Меня радовало то, что со всеми присутствующими здесь клиентами, Вера была знакома, и вела беседу легко и свободно. Не заискивающе, а с особенным мягким очарованием и достоинством. И, черт возьми, наблюдая за ней со стороны, я был ужасно доволен, что она представитель «Медиаграда»! Единственное, что меня смущало, было то, что Вера нервничала. И иногда бросала осторожные взгляды, когда думала, что я не смотрю в ее сторону.

Вот опять же! Зачем смотреть по сторонам, когда нормальная женщина будет смотреть на своего спутника? Или моя компания все-таки ее не устраивает? Я внимательно слушал, что говорит Вера генеральному директору «Amazday», который решил лично выразить свою благодарность. Хотя сам, как я понял, не присутствовал на последней встрече с отцом.

– … приятно, что вы так трепетно отнеслись ко всем нашим пожеланиям, – промурлыкал этот слащавый тип, прикасаясь губами к руке Веры. Он не сводил с нее своего липучего взгляда, который Вера никак не замечала.

– Мы приложим максимум усилий, чтобы оправдать ваше доверие, – мягко ответила Вера.

– Очень жалею, что не присутствовал лично! Очень!

Еще бы ты не жалел! Казанова хренов!

Как хорошо, что обязанности хозяина не позволяли ему еще дольше остаться и лить сироп на уши моей помощницы! А Вера – молодец! Ни словом не обмолвилась, что отец в больнице! «Сергей Вениаминович не может лично присутствовать. Здесь его сын». Вот умница!

Только вот эта «умница» опять бросила затравленный взгляд вокруг!

– Вера, тебя что-то беспокоит? – спросил прямо, пытаясь прочесть ответ в ее глазах.

– Нет. С чего Вы взяли, Владислав Сергеевич?

– Влад. И на «ты»!

– На «ты», простите, не могу.

– Почему? В машине это у тебя неплохо получалось.

– Вы – мой начальник.

– Мы сейчас не на работе, – Вера распахнула свои большие глаза и уставилась на меня. Что-то мне подсказывало, что мне совсем не понравится то, что она хочет сказать.

– Тогда зачем я здесь? – выдохнула Вера.

– Я хотел, чтобы ты расслабилась и отдохнула после рабочей недели.

– Расслабилась?! Отдохнула?! Ты серьезно?!

О! Уже «ты»!

– А почему бы и нет? Если тебе не нравится здесь, мы можем поехать в другое место!

– Какое другое место?! О чем ты говоришь?!

– Любое другое место, где мы можем спокойно поговорить! – Я начал выходить из себя.

– Все рабочие вопросы мы уже решили! И их можно было обсудить в офисе!

– Мы не могли пропустить это мероприятие!

– Хорошо. Обсудили бы в понедельник! Но зачем тратить столько времени на….

– На что, Вера?

Вера замолчала. Мне хотелось сказать, что это время мы тратим на «нас». Но я промолчал. Потому что «нас» и в помине не было. Да и быть не могло! Но вот почему-то именно сейчас «мы» могли бы быть. Если бы я только знал, что она хочет  и чего добивается!

– Молчишь? Тогда отвечу я! – Я навис над ней, и Вере пришлось сделать шаг назад. – Тебе не приходило в голову, что ты ведешь себя странно, Вера?! Сначала ты прыгаешь под мою машину! – Шаг назад Веры, и мой к ней, вперед. – Потом ты отказываешься от любой помощи! Любой! Ни врачей, ни денег. – Снова шаг. – Я совсем забываю про тебя, а потом вижу в приемной своего отца! – Еще один шаг. – И снова тебе ничего не надо! Ты не носишь, чертов ортез, и не берешь за него деньги! – Шаг. – Ты не принимаешь ничего! – Шаг. – Ты даже сегодня умудрилась впихнуть свою карту! – Шаг. – И если бы я не схватил бы Веру за талию, она бы врезалась в стол. – Что тебе нужно от меня Вера?!

Я держал девушку за талию, и был очень близко. Мы буравили друг друга глазами. Я не смог сдержаться и выплеснул на нее все те вопросы, которые вертелись в моей голове и не давали мне, ни спокойно жить, ни спокойно работать! Мне казалось, если я получу ответы, то смогу выкинуть Морозову из своей головы, и все встанет на свои места.

– С чего ты, вообще, взял, что мне от тебя что-то нужно?! – Теперь Вера пошла на меня, а мне ничего не оставалось, как отступать. Моя рука по-прежнему была на ее талии. Тогда как больше мы ничем друг друга не держали. Только моя рука и зрительный контакт, который ни один из нас не мог разорвать. – Я не прыгала под твою машину! Дорога была пустой! Это ТЫ вывернул непонятно откуда! – Мне пришлось отступить. – Ты САМ запихал меня в свою машину! – Шаг назад. – Ты САМ привез меня к Холодову! – Мне снова пришлось отступить, ведя за собой Веру. Я в немом восхищении смотрел в ее серые глаза, сверкающие от злости, и чувствовал тепло ее тела своей рукой, которой держал за талию. – Я не виновата, что твой отец заболел! И я не знала, что именно ТЫ будешь работать вместо него! – Мы снова сделали шаг вместе.– Но мне нужна эта работа! Потому что другую я не нашла! Работа! Понимаешь?! Просто работа! – Мое движение назад. – Мне ничего от ТЕБЯ не нужно! Мне нужна просто работа!

Я по-прежнему не убирал свою руку. Мы стояли посреди зала, и на нас начали обращать внимание. Хорошо, что в зале играла музыка. И наши движения были не такие уж необычные. Мы просто попали в ее ритм. Наверное, так и родилось танго. При всплеске эмоций.

– Вера, на нас смотрят! – Я взял ее руку и протянул в сторону, резко развернул Веру и прижал к себе. Кто-то зааплодировал. Да, мы были одни. Единственная пара в зале. Я положил Верину руку на мое плечо. И дальше те же движения: два длинных шага вперед, короткий назад-вперед, назад-вперед  и два длинных назад. Кажется, мы открыли танцы на этом благотворительном вечере, потому что рядом встали еще пары.

Вера молчала, сверкая глазами. Я, не мигая, смотрел в ее глаза. Я получил ответы. Но легче не стало. Пришло понимание того, что я ей не нужен. А вот она мне стала нужна! И это я понял не только сейчас. Сейчас, когда держал ее в своих объятиях, я только подтвердил эту догадку. Веру было легко вести. Она слушалась и откликалась на каждое мое движение. Я молчал. Теперь говорили наши тела, которые двигались в такт музыки. И, черт возьми, мы делали это, словно всю жизнь были партнерами! И в работе было также.

И что мне теперь с этим делать?

Музыка закончилась. В зале раздались аплодисменты. Мы отошли в сторону.

– Вера, что ты хочешь именно сейчас? – спросил я Морозову, очень надеясь, что она, находясь под впечатлением, согласится провести вечер со мной.

– Мне нужно домой, Владислав Сергеевич.

Коротко. Четко. Но добавив мое имя, мягко.

Черт!

Счет опять в твою пользу, Вера!

Хорошо. Проигрывать тоже нужно уметь. У меня осталась маленькая возможность: отвезти Веру домой. И я хотел ей об этом сообщить, как меня позвали:

– Влад! – Я на секунду отвернулся от Морозовой, чтобы посмотреть на приближающуюся пару средних лет: Григорьева Мария Алексеевна, жена Григорьева Аркадия Петровича, старого друга моего отца. – Никогда бы не подумала, что ты так хорошо танцуешь! – Воскликнула женщина.

Я повернулся к Вере, но ее уже не было рядом. Ее платье мелькнуло уже на самом выходе. Быстро же ты бегаешь, Вера!

И если бы я смотрел по сторонам, то заметил бы, что я не один, кто смотрел в след убегающей Морозовой!

Вера.

Господи! Вот каким же нужно быть эгоистом, чтобы решать за других, как им отдыхать?! Я могла быть дома уже целых четыре часа! Четыре!

Не знаю, как смотрелось это со стороны, но как только Ревский отвлекся, я дала дёру. Вот что хочет, то и пусть думает! Мало того, что я переживала за сына, издергалась из-за встречи с бывшим мужем, так еще и здороваться с родителями Сергея мне точно не хотелось! Не думаю, что они меня узнали, но встречаться с ними у меня сейчас просто не было сил! Забрав пальто из гардероба, выскочила на улицу и запрыгнула в первое попавшееся такси. Через несколько минут я была уже дома.

Егор еще не спал. Они с Наташей купали Машу. Как же хорошо с ними. Легко и спокойно. Нет ни бешеного темпа, ни сильных эмоций. Наверное, именно для этого и нужна смена деятельности. Чтобы не сгореть.

– Мам! Ты пришла!!! – Сын подпрыгнул и обнял меня за шею.

– Да. Прости, что опять поздно. – Начинаю ненавидеть саму себя. И Ревского!

– Ты такая красивая! – сказал Егор. Я тут же растаяла от тепла его рук и счастливого личика.

– Привет, Вера! Егор умеет говорить комплименты! – Наташа улыбнулась, показав глазами, что согласна с ним. Руки у нее были заняты: она держала дочку, которая обожала купаться.

– И ничего это не комплименты! – Засмущался Егор. – Я просто сказал правду!

– Спасибо! – Я опустила сына на пол. – Сейчас переоденусь и приду, помогу.

– Мы уже всё! Егор, ты подашь полотенце?

– Да. Оно уже тепленькое.

– Давай. О, молодец! Спасибо! – Наташа завернула дочку в банное полотенце. – Вера, ты и, правда, шикарно выглядишь!

– Дай подержу, – я вымыла руки и взяла у Наташи малышку. Она такая славная. – Мне ужасно стыдно, что я совсем не помогаю тебе.

– Вер, ты с ума сошла? Так, как ты, мне никто не помогал в жизни! – Горячо воскликнула Вельская.

Я отнесла Машу в комнату. Наташа уже приготовила вещи, чтобы переодеть девочку.

– Егор, пойдем, – позвала я сына.

– Я покормлю и выйду, – отозвалась Наташа.

– Хорошо. – Я закрыла в комнату дверь. – Ну, как дела? Скучал? – я взъерошила волосы Егорки.

– Очень, – признался Егор.

– Я тоже. Как прошел день в садике?

– Хорошо. Мам, а можно Наташа будет забирать меня раньше?

– Почему? Тебе не нравится?

– Мне больше нравится играть с Машей, – честно признался Егор.

– Хорошо. Но только обещай, что ты будешь слушаться, пока меня нет!

– А когда ты придешь, можно не слушаться?

– Егор!

– Ну, ты сама так сказала!

– Я имела в виду, чтобы ты…

– Мам, я понял. Я ведь не маленький. Я играю с Машей, если она не спит. А Наташа может отдохнуть. Только она не отдыхает.

– Почему?

– Она пишет, или исправляет ошибки. Это она так сказала.

– Ясно.

Егор разделся и залез на кровать. Я села рядом.

– А что мы будем делать завтра? – Спросил Егор.

– Не знаю. Что-нибудь придумаем!

 – Ой, мам! Сегодня приходила баба Лида! Она просила, чтобы ты зашла!

– Уже поздно. Завтра утром зайду.

– А можно мне с тобой?

– Конечно! Она не говорила, что хотела?

– Нет. Сказала, что давно тебя не видела.

Это верно. Я уже давно не навещала свою соседку. Хотя раньше заходила к ней довольно часто. А вот последние две недели я про нее даже не вспоминала, да и не успевала…. Я совсем ничего не успевала за это время. За время, которое работала вместе с сыном Сергея Вениаминовича.

Я нахмурилась, вспомнив про своего нового начальника. Что опять из-за него провела так мало времени с Егором. Он, конечно, не виноват, что заказов много, а времени мало. Но вот сегодня он точно мог обойтись без меня! Я могла бы не пойти на этот благотворительный вечер. Не встретиться с бывшим мужем. И не увидеть родителей Сергея. А ведь фактически они бабушка и дедушка Егора. После того, как случилась беда, мы не общались. Словно, это я виновата в том, что их единственный сын погиб. Я не стала говорить, что жду ребенка. Тут, наверное, Костя был прав, они посчитали бы, что этот ребенок – не их будущий внук. А ведь все могло быть совсем по-другому….

– Мам, ты чего?

– Все хорошо, – мне пришлось улыбнуться. Только улыбка вышла слабой. – Просто немного устала. Спи. Пойду все-таки переоденусь.

 Я поцеловала сына, поправила ему одеяло и вышла из комнаты.

Наташа уже сидела в зале. Без Маши.

– Уснула?

– Да. Надеюсь, сегодня поспит подольше! У тебя как дела? Как прошел банкет? И почему ты так рано? Мы тебя еще не ждали!

– Я сбежала, – честно призналась я Наташе.

– А ну-ка, давай все по порядку и с подробностями, – хитро сощурилась Вельская.

Я сморщила нос.

– Сейчас сниму с себя все это….

– Кстати. Платье офигенное! И на тебе сидит шикарно!

Я опять сморщилась, вспомнив, что за него заплатил Ревский, а я так и не узнала, сколько оно стоит.

– Да какая разница сколько оно стоит?! – воскликнула Наташа, когда я рассказала ей об этом. – Заплатил и заплатил! Даже и не парься! Он сам виноват, что не предупредил тебя заранее!

– Он говорил. Просто я не думала, что мне тоже нужно будет туда идти!

– Все равно! Ты бы когда по магазинам бегала? Ночью?! Он и так задерживает тебя постоянно! Вообще не понимаю, что ты так переживаешь?! В конце концов, он на то и мужчина, чтобы платить за женщину!

– Наташ, я не хочу, чтобы он за меня платил!

Наташа фыркнула.

– Вера, ты меня пугаешь!

– Да я сама себя иногда боюсь, – честно призналась я.

– Вот не знаю, чего ты там боишься, но Ревский – не такой! – Наташа вдруг ни с того, ни с сего встала на защиту Р2.

– Да мне все равно, какой он!

– Вер, послушай. Забей ты на это!

– Наташ. Я ведь не дура. Сначала браслет, потом платье. А потом что?

– Машина? – тут же выдала версию Наташа.

– Точно! А что ж не самолет?! Чего уж мелочиться-то!

– Ну и аппетиты у вас, мадам! – Засмеялась Вельская.

– Наелась я уже за свою жизнь….

– Не все мужики такие, как твой бывший, – Наташа обняла меня за плечи. – И рано или поздно ты все равно встретишь того, кто будет настоящим мужчиной, а не жалким подобием. Или уже встретила!

– Нет, Наташ! Хватит с меня мужчин! У меня есть Егорка! А Ревскому я всё равно всё верну!