Глава 33

Благодаря технологиям вода оставалась тёплой, и мы с Шоном продолжали нежиться в ванне. Только наше положение слегка поменялось. Теперь я сидела, прижимаясь спиной к его груди.

— За два года, что мы не виделись, ты изменилась, — вдруг произнёс он, обнимая меня за талию и прижимая к себе теснее.

— Волосы сильно отросли или появились морщинки?

Он тихонько рассмеялся, а я боялась пошевелиться, чтобы не спугнуть его смех.

— Нет, дело не во внешности, — наконец продолжил он. — Просто раньше ты была такой мягкой, немного пугливой.

Я откинула голову на широкое плечо, слушая его голос.

— А теперь твой взгляд стал увереннее, в нём появилась твёрдость и решительность, — добавил он.

— Пожалуй, ты прав, — согласилась я. — Знаешь, эти два года без тебя были сложными. Иногда мне казалось, что мир вокруг разваливается, что силы покидают меня. Но я верила, что ты вернёшься, и мы будем вместе. Это придавало сил. А когда главнокомандующий Тарвил сообщил о твоей свадьбе… В общем, эта новость разбила мне сердце.

— Прости, — с грустью произнёс он, при этом его губы коснулись моего виска. — Но я не мог поступить иначе и повторить ошибку отца. Зукул не должен догадаться, что ты на самом деле значишь для меня. Иначе он обязательно воспользуется этим шансом.

— А как же Алеана? Разве называя её своей невестой, ты не подвергаешь её опасности?

— Чтобы навредить Алеане, моему дяде придётся постараться, — усмехнулся Шон. — Во-первых, она гораздо сильнее, чем кажется. Ведь она ксенотари и к тому же дочь своего отца. Адолир тренировал её с детства. Во-вторых, Алеана выросла во дворце. Она знает его вдоль и поперёк. Здесь полно преданных ей воинов, которые могут обеспечить не только нашу с тобой безопасность, но и конфиденциальность этой встречи.

Мы замолчали на какое-то время, а потом я вдруг спросила:

— Значит, ты мой на эту ночь?

— Я твой, Лили. И не только на эту ночь. Позже ты сама всё поймёшь, — говоря это, он набрал воду в ладони и начал поливать мою грудь и живот.

Он делал это снова и снова, пока мои соски не затвердели. Тогда он прекратил играть с водой и обхватил мою грудь ладонями.

— Ты моя, Лили.

Я выгнула спину, подставляясь его рукам. Внизу живота сладко заныло от желания, а в поясницу упёрлась его возбуждённая плоть.

— Я всегда была твоей, — прошептала я.

— Знаю и мне безумно жаль, что я потерял столько времени.

— О чём ты? — не поняла я, так как мысли начали разлетаться.

— Я должен был сделать тебя своей гораздо раньше. Если бы я только знал, что имею на это полное право.

— Право? Шон, я не совсем понимаю…

Договорить мне не дали. Он резко развернул меня к себе лицом и усадил на себя сверху. Его ладони прошлись по моим бёдрам, легли на ягодицы и сжали их не сильно, но возбуждающе.

— Всё дело во мне. В особенности моей расы. Я расскажу. Обязательно расскажу. Только позже… — последнюю фразу он буквально прохрипел, так как я приподнялась и подалась вперёд, и тут же медленно опустилась вниз.

Я сама не сдержала стон и прикрыла глаза от удовольствия, ощущая его внутри себя.

— Смотри на меня, Лили, — его рука легла мне на горло. — Я хочу видеть твои глаза, когда ты кончаешь.

Я представить себе не могла, насколько подобный приказ заведёт меня. Я открыла глаза и посмотрела на него, как было велено.

Его рука переместилась ниже. Он провёл кончиками пальцев между грудями к животу и ниже, заставляя меня трепетать и забыть обо всём.

Шон помогал мне приподниматься, насаживая сильнее, пока мои ноги не задрожали, а дыхание не стало прерывистым.

— Шон… — вскрикнула я от стремительно накатившей волны наслаждения.

Вершины блаженства мы достигли одновременно, после чего я обессилено упала ему на грудь.

— Ты прекрасна в своём удовольствии, — прошептал он мне на ухо.

Когда мы вылезли из ванной, Шон отнёс меня на кровать и улёгся рядом.

— Спи, Лили. Завтра нас ждёт трудный день.

Он начал поглаживать меня, не возбуждая, а скорее успокаивая. Я не заметила, как уснула, прижавшись к его боку.

Проснулась от звукового сигнала. Шона в комнате не было. Он ушёл. Это я ощутила сразу.

Когда я привела себя в порядок и оделась, за мной пришли.

— Лилия Гейл, следуйте за нами. Мы проводим вас на завтрак, — произнёс один из воинов.

Остальные члены моей команды уже сидели за столом. Варг о чём-то тихо переговаривался с Фишером. Их эмоции волнами проходили сквозь меня, переплетаясь в сложный узел злости, тревоги и надежды. Вейла сидела напротив. Её внешнее спокойствие было обманчивым, под ним скрывалось напряжение.

— Доброе утро, цветочек, — поприветствовал меня док. — Как спалось?

— Хорошо, — ответила я, смущённо опустив голову вниз и присаживаясь за стол.

— Лили, ты уже в курсе последних событий? — спросил Варг.

Я непонимающе моргнула, но не успела ничего сказать. За меня ответила Вейла.

— Варг, тебе бы немного наблюдательности, и ты бы уже догадался, что Лили более чем в курсе.

Теперь коргианец непонимающе таращился на Эфир. А она закатила глаза и шёпотом добавила:

— Посмотри туда, — взглядом она указала на мою руку.

Заметив кольцо, которое вновь красовалось на моём пальце, Варг усмехнулся.

— Хвала Галактике… — пробубнил он.

Помолчав немного, он снова открыл было рот, но тут же закрыл его, когда Вейла отрицательно покачала головой.

Она права. Обсуждать сложившуюся ситуацию в присутствии воинов ксенотари было опасно. Поэтому дальше каждый из нас молча уткнулся в свою тарелку.

Когда мы закончили завтракать, нас проводили на посадочную площадку. Вскоре появился Шон в сопровождении невесты, дяди и двух своих братьев.

— Готовы? — спросил он, глядя на нас.

Мы дружно кивнули.

— Дорогой племянник, желаю тебе и твоим друзьям хорошо провести время, — произнёс Зукул и притворно улыбнулся.

— Благодарю, дядя, — сдержанно ответил Шон.

Далее, под пристальным взглядом Зукула и его отпрысков мы поднялись на борт.

Шон и Алеана заняли свои места. Адолир усадил меня напротив них, а сам сел рядом со мной. Но как только корабль поднялся в воздух, они с Шоном, не говоря ни слова, поменялись местами. Определённо, у них всё было спланировано заранее.

— Знаешь, Лилия, Шон много рассказывал о тебе, — вдруг заговорила Алеана, с любопытством рассматривая меня. — И я представляла тебя маленькой и беззащитной, но ты не выглядишь такой.

Её слова застигли меня врасплох, но я постаралась сохранить нейтральное выражение на лице. Хотя было приятно услышать, что Шон вспоминал обо мне. Я бросила быстрый взгляд на него.

— Маленькой и беззащитной? — спросила я выгнув бровь.

— Ты была такой. В детстве, — добавил он и приобняв, поцеловал в висок.

— Отец, тебе тоже странно видеть Шона таким эм… совершенно не агрессивным? — спросила она улыбаясь. — Или может всё дело в ночи, которую он…

— Алеана! — рявкнул Шон. — Ты забываешься.

— Прости, мой император, — наигранно произнесла та. — Я имела в виду, что теперь, когда твоя Вселенная наконец-то здесь, ты выглядишь намного спокойнее.

— Вселенная? — переспросила я.

— Так ксенотари называют свою пару, — ответила она.

Я непонимающе моргнула и перевела взгляд с неё на Шона.

— Да, Лили. Алеана права. Ты моя пара.

— И что это значит?

— Это значит, что ты крупно влипла, подруга, — смеясь ответила девушка.

— Алеана! — на этот раз не выдержал её отец. — Вместо того, чтобы болтать, лучше делом займись.

— И я о том же, — добавил Шон. — Проверь камеры во дворце. Мы должны знать о каждом шаге Зукула, о каждом его слове.

Что-то ворча себе под нос Алеана взяла устройство, лежавшее у неё на коленях, напоминающее наш киберблок и принялась водить по нему пальцем.

— Шон… — позвала я. — Я всё ещё жду ответ.

— Лили, помнишь, вчера я говорил об особенности моей расы, так вот…

— Через пять минут будем на месте, — перебил его Адолир.

Шон кивнул ему, потом наклонился ко мне и шепнул, что мы обязательно поговорим с ним позже. После чего принялся обсуждать с Адолиром предстоящий визит.

А я глубоко вздохнула и откинулась на спинку кресла. Не знаю почему, но внутри начала нарастать необъяснимая тревога.

Спустя несколько минут пейзаж за окном изменился. Теперь до самого горизонта простиралась пустыня.

Наш корабль начал снижение.

— Нас уже ждут, — сообщил Адолир.

Выглянув в окно, я увидела каменистое плато, окружённое скалами, напоминающими гигантские черепа и толпу. Нас действительно ждали.

Но мы прилетели не одни. Когда последний корабль императорской гвардии приземлился, на посадочную площадку высыпали десятки ксенотари, экипированные лазерным оружием и защитными щитами. Императорская гвардия выстроилась полукругом, готовая вступить в бой в любой момент.

Шлюз открылся. Шон и Адолир надели шлемы и шагнули вперёд. Я сошла с трапа вслед за ним и встала рядом с Алеаной. После прохлады корабля жар пустыни показался невыносимым.

Лидер порабощённого народа встретил нас без поклона. Он шагнул вперёд.

— Моё имя Наир Му’арак. Я лидер таларского народа, — представился он, а его голос напоминал скрип песка под ботинками.

Это был высокий мужчина в броне с седыми волосами и кожей фиолетового оттенка. Одну половину его лица покрывали глубокие шрамы, свидетельствующие о тяжёлых битвах, перенесённых за долгую жизнь.

Его поза была напряжённой, но взгляд оставался прямым и открытым. Рядом с ним стояли другие воины в шлемах и длинных плащах, закрывавших большую часть тела.

— Приветствую тебя, Наир Му’арак, — произнёс Шон. — Моё имя Шон Д’арак. Я…

— Мне хорошо известно, кто ты, Первоотмеченный, — оборвал его таларец. — Чем мы обязаны такой чести? Желаешь, чтобы порабощённый твоим отцом народ прислуживал на своей коронации?

Шон снял шлем.

— Мой отец мёртв. А я не он. Я прилетел, чтобы найти ответы, чтобы узнать больше о вас.

Наир прищурился, будто пытался разглядеть в чертах Шона следы знакомой жестокости. Но не нашёл.

— Ну что же, Шон Д’арак, добро пожаловать. Мы покажем тебе, как мы живём.

Затем мы последовали за лидером таларцев в лабиринт тоннелей. Внутри оказалось прохладнее и немного пахло глиной.

Подземный город поразил масштабом и продуманностью конструкций. Мы прошли по жилым кварталам, где дома представляли собой небольшие ячейки, оборудованные необходимыми удобствами. Миновали рынок, на котором торговцы предлагали разнообразные товары, начиная от угощений и заканчивая тканями и украшениями.

— Наши женщины занимаются воспитанием детей, выращиванием растений и обработкой тканей. Мужчины работают инженерами, механиками и учеными. Нижние уровни города занимают лаборатории, инкубаторы… — рассказывал Наир Му’арак.

— Лили… — позвал меня Шон, оказавшись со мной рядом. — Что скажешь?

— Скажу, что я не ощущая агрессии. Наир Му’арак обижен. И это вполне понятно. Он боится. Скорее всего, за будущее своего народа. Шон, но он не испытывает ненависти к тебе. Я в этом я уверена. Более того, когда ты сказал, что хотел побольше узнать о жизни таларского народа, он не подал виду, но его переполняла надежда.

— Надежда?

— Да, я думаю, он надеется, что твоё появление изменит их жизнь в лучшую сторону.

Шон задумался на несколько секунд.

— Первоотмеченный Шон Д’арак, — обратился к нему лидер таларцев. — Ответь, что ты сделаешь с таларским народом, когда взойдёшь на свой трон?

— Я собираюсь исправить старые ошибки. Пустыня больше не будет вашей тюрьмой.

Наир усмехнулся.

— Обещания императоров умирают быстрее, чем те, кто их даёт. Твой отец…

— Я уже сказал, что мой отец мёртв, — резко перебил его Шон. — Его убили. И я пытаюсь выяснить кто.

Но тут раздался голос Алианы.

— Шон! Отец! У нас проблема!

И она сунула им обоим под нос киберблок, на экране которого появилось изображение дворцовой площади. Зукул и его сыновья стояли на возвышении, окружённые воинами ксенотари.

— … этот чужак, называющий себя наследником, предал ксенотари! — гремел голос дяди Шона. — Он должен быть уничтожен!