ЭПИЛОГ.
Три года спустя…
Алиса.
Наша квартира после рождения Андрея стала захламленной. Привычный для мужа минимализм и холостяцкая аура канула в Лету, как Вик открыл нам дверь квартиры после роддома.
Детские качельки, шезлонги, стульчик для кормления, кресло-качалка, в которой было очень удобно кормить, а теперь это хорошее место для складирования игрушек. Помимо тысячи стеллажей в детской.
И да, это не я схожу с ума, а мой Люци. Его мозги повернулись в сторону гиперопеки. Новая ипостась родилась в нем в один день с сыном и теперь пищит от слова “папа”, а глаза горят, когда после работы Андрей встречает отца фирменным “дай пять”.
Пробираюсь через ворох машин и конструктора к детской, чтобы собрать вещи. Сегодня мы едем в гости к родителям Вика.
Еще муж говорил про какой-то сюрприз. И я не знаю, чего жду больше: узнать этот сюрприз или остаться с мужем один на один. После того как численный состав нашей семьи увеличился на одного маленького, но очень шебутного мальчишку, уединиться даже для поцелуя становится из ряда фантастики.
– Вы как? Готовы?
Вик суматошными движениями переодевается, ногами откидывая залетевший в спальню мячик и широко улыбается.
Хорошо, что Варламов преодолел в себе идеалиста и зануду, и его нисколько не смущает частый бардак.
– Почти. Андрея только нужно накормить, чтобы он в дороге поспал. Голодный он вряд ли уснет. Ты его знаешь…
– Знаю. В кого только такой? – хмурится, но я знаю, что это он так на меня намекает.
Со второго триместра я не могла уснуть, если не поем. А ела я часто. Как и спала. Хорошо, что набранные килограммы уходили самому Андрейке.
– В тебя, конечно же, – скрещиваю руки на груди.
Муж снимает рубашку и надевает обычную футболку. Сразу становится домашним-домашним. Пальчики подгибаются на ногах, а в животе тепло размазывается как жирный вкусный крем.
Вик ловит мой взгляд и медленно ступает на меня.
Сын досматривает приключение Крошика и Ежика по телевизору, пока его родители выкрали несколько минут на горячий поцелуй, после которого я начинаю задумываться о втором ребенке.
Варламов целует страстно и глубоко. Прикрываю глаза, смакуя каждое торопливое движение. Вот муж опускается к плечу и целует его, потом к ключице, проведя кончиком языка по впадинке.
Льну к телу Вика, требуя больше ласки.
– Все!
Сын вбегает и темными, шоколадными глазками непонимающе уставился на Варламова. Конечно, муж уже успел стянуть с меня халат. Стою тут в одном белье, пусть и хлопковом.
– Привет, приятель! – улыбается во все зубы и, оставив меня одну разбираться со спущенной на талию вещью, подбегает к сыну и подхватывает его на руки. Кружит, подбрасывает, а Андрей верещит как ультразвук.
Бедные соседи! Ни одна шумоизоляция не выдерживает, когда эти двое начинают играть и беситься. Еще и меня в свои мальчишечьи игры втягивают.
В дом родителей мы попадаем спустя пару часов. После того, конечно, как наш сын съел целых две тарелки супа.
Андрейка обожает бывать у Георгия с Ларисой. У сына, получается, вообще, три бабушки. И все всегда присутствуют, когда мы привозим его загород.
Летом у них оказалось и правда здорово. Несколько недель назад родители Вика закончили строить бассейн с детской зоной. Теперь, боюсь, мы сына будем возить к ним чаще.
Подъезжаем к дому до вечера, удачно миновав все пробки.
Муж сидит за рулем весь напряженный. И не скажешь, что несколько часов назад он еще веселился с Андрюшей.
Вик словно решает сложную алгебраическую задачу.
– Я хотел с тобой обсудить кое-что, – тяжело говорит.
Все органы, сопротивляясь, тут же завязываются узлами.
– Я слушаю…
Смотрю, как бабушка Наташа подхватила Андрея и несет его в дом. Машет руками нам, чтобы не задерживались, а я вижу все в замедленной съемке. И картинка еще черно-белая.
– Пойдем, пройдемся? – аккуратно берет меня за руку, и мы идем вдоль красивых домов.
Когда приехала сюда в первый раз, и не думала, что будем появляться у свекров чуть ли не каждые выходные.
Нравится мне здесь.
И воздух хороший, и соседи замечательные. Мы же со всеми познакомились.
Недалеко есть небольшое озеро. Чистое, что даже на глубине пары метров видишь дно.
Устраиваясь в журнал “Стиль” и не думала, что через несколько лет встречу человека, которого сначала возненавижу всем сердцем, а потом так же сильно полюблю. Хотя, может, так и проявляется любовь с первого взгляда? Не всегда же сердечки ореолом кружат вокруг головы.
– Так о чем ты хотел поговорить?
Что оттягивать неизбежное?
Мы доходим до уютного дома на краю поселка. Участок угловой. Получается, самый ближний к озеру и лесу, но он довольно солнечный, потому что расположен на возвышенности.
Глаза слезиться начинают от этой картинки. И вообще, я вновь становлюсь сентиментальной.
Подозрения глушат меня как пыльным мешком и неожиданно для мужа, уставилась на него коршуном.
Он такой романтик, привел меня на закате в живописное место. Поцеловать, наверное, захочет, а у меня образовалось несколько вопросов к моему загадочному Люци.
– Нравится? – указывает на дом.
Взгляд бегает по моему лицу.
– Нравится.
– Зайдем внутрь?
– Ну, давай…
Вик открывает металлическую высокую калитку. Не имею понятия, почему та оказывается открыта. Сейчас, по правде говоря, меня мало волнует она.
Дом шикарен. Как в фильмах. Или в журналах про интерьер. Небольшой, сделан из темного кирпича, а на окнах декоративные белые переплеты. Здесь два этажа, но я уже догадываюсь, что есть еще третий – мансарда.
Сгораю от любопытства, что скрыто за стенами этого дома.
Зависть покусывает изнутри. Я хочу этот дом. С капризной миной уставилась на мужа.
– На заднем дворе небольшой СПА-комплекс. Бассейн, сауна, все такое. Сад с другого торца. Яблони, груши. О, вишня есть. Обожаю вишню.
Нервозность Вика достигает своего апогея. Такого я видела его один раз – в родзале, когда я понимала, что Андрей вот-вот распотрошит меня и появится на свет.
– А какая шикарная веранда! Алиска! Ты там как засядешь за свои статьи, шедевр точно получится!
– Вик… что происходит?
Подхожу к мужу близко-близко. Он всегда такой собранный, уверенный. Да он самый строгий босс из всех боссов. Но сейчас его уязвимость разрывает сердце.
– Я купил этот дом для нас. Прости, что не посоветовался. Хотелось сделать сюрприз. А теперь думаю… дурак, надо было сказать. Вдруг…
– Дом просто супер, – кидаюсь ему на шею и зацеловываю.
Мы разваливаемся на диване в просторном зале. Хорошо, успели зайти в помещение, а так бы на газон свалились. А трава ни черта не отстирывается. Как мама я это уже знаю.
– Тебе нравится? Ты не злишься?
Прикусываю губу. Хочется, конечно, подуться, что утаил, но при взгляде на Варламова понимаю, еще немного и его точно хватит удар.
Поэтому я киваю и первая тянусь за поцелуем. Заслужил, что уж.
Вик придавливает меня и стискивает грудную клетку своим весом. Дышим часто и в глаза друг другу смотрим.
Мы одни. Не слышно ни детского плача, ни мультика, ни шума воды, который бы скрывал мои стоны.
Это так… забыто. Просто взять и раздеться. Трогать плечи мужа, ладонями по грудной клетке вести, потом спуститься чуть ниже и нащупать ремень.
– Принято кошку первой в дом запускать.
– К черту предрассудки. У нас, к счастью, будет не кошка, а первый секс в нашем доме.
– Вообще-то, так узнают, в какое место ставить кровать.
– Не вижу разницы. Где секс, там и кровать, – иногда разрывая поцелуи, говорит.
Остается только замурлыкать от удовольствия.
Вик с голодным рвением сжимает мои бедра и ягодицы. В живот упирается твердость. От этих ощущений кровь бурлит. И хочется насладиться моментами, но внутри так ноет, что умру, если он в эту самую секунду не войдет в меня и начнет двигаться.
Не прекращая меня целовать, муж входит одним жадным толчком. Одновременно выдыхаем.
Глаза светятся. Солнце еще так падает на нас, блики на радужках цветные, магические даже.
Варламов толкается неспешно, но глубоко. Выбивает воздух и останавливается. Впитывает мое удовольствие. А я люблю, когда он читает меня как открытую книгу и делает так, как нравится.
Толчок за толчком ускоряет темп. Мы целуемся и сталкиваемся зубами. Снова кажется, что времени мало, катастрофически не хватает.
В голове то и дело мысли бродят: как сын, не плачет ли он, ищет, может быть?
– Отключись, Алискин. С ним все хорошо, – с жарким дыханием касается кожи моих губ и подбородка. Коротко целует и наращивает темп.
Говорю же, все чувствует.
Прикрываю веки и как на волнах катаюсь.
В промежности жгучее тепло. Кайфовое. Крепко сжимаю плечи мужа и спускаюсь к лопаткам. Кожа спины влажная, тоненькие волоски на висках покрыты капельками пота и слиплись.
Сердце еще большей любовью наполняется.
Внизу стреляет, мышцы застывают и вибрируют. По всему телу, по всем уголкам.
– Да! – выкрикиваю и замираю.
Вик нагоняет тут же. Изливается в меня, снова не спросив, и носом в основание шеи утыкается. Отдышаться пытается, а я его ребер касаюсь, осторожно пальчиками перебираю.
Тишина стоит успокаивающая, мирная. Говорить не хочется.
– Ты снова это сделал, Люци, – еле размыкаю сухие губы и с трудом произношу.
По подсчетам стало ясно, что я забеременела в наш первый раз. Это было в его кабинете, у стены. Варламов тогда еще прощение за него просил, а я плакала вечером.
– Да ладно тебе. Дважды такое с нами точно не случится. Мы не такие везучие.
Издаю короткий смешок и медленно потягиваюсь.
– Или… ты против? – приподнявшись на локоть, спрашивает.
Секунда на раздумье. Сердце, как крылышки мотылька, порхает.
– Нет, наверное. Почему бы и не родить второго… – тон сомневающийся, хотя в животе словно пузырики лопаться начали от мысли о малыше.
– Тогда договорились.
– Ну-ну, через девять месяцев в роддоме.