36. Она

— Просыпайтесь-просыпайтесь, — будила меня в самую рань служанка и металась вокруг, как муха назойливая.

Я скривилась и сунула голову под подушку. Спать хочется ужасно! Ночью Морфей долго ворота не открывал. Ай, да и разве можно уснуть, когда в мыслях кавардак полный? Про Шайенна долго думала, вспоминала про поцелуй с фамильяром, ещё и Джерард добавился, чтоб его!

Удумал же сам провести меня! Ещё потом пялился минут пятнадцать на меня рядом с дверьми, а я, глупая, и уйти боялась, и оставаться тоже. Глазел своими тёмно-синими глазищами, краснеть заставлял!

Всех троих избегать пора. Да-да, Джерарда тоже! Он хоть и влюблен в Кариссу, а там кто его характер знает?! Может ловелас тот ещё! Не дай Бог мной заинтересуется… не переживу.

— Просыпайте-е-есь.

— Да ну что случилось?! — не выдержав писклявого голоса служанки, я резко откинула одеяло и поднялась.

Круглое милое личико девушки от неожиданности вытянулось. Глаза смешно захлопали. Служанка икнула, вмиг позабыв о том, что собиралась сказать, но потом, улыбнувшись во все тридцать два, воскликнула:

— А! Вспомнила! Его величество зовет вас в тронный зал, леди Сварт. К вам гость с Зе. Зел… Зем..

Земли?! — Сердце бешено заколотилось.

— Да, точно! Земли!

«Может мама?», — подумала я с отчаянной надеждой и начала собираться. Служанка кинулась помогать. Выбор мой пал на первое, что выпало из шкафа. К сожалению, «первое, что выпало из шкафа» оказалось голубое платье с запахом и рукавами.

Слуги не успели открыть для меня дверь тронного зала, я спешила и толкнула её сама. Тяжелая дверь поддалась и с громким гулом распахнулась. Я забежала внутрь, остановилась в центре, ища маму глазами. На меня смотрел король и принцы, Дамиан. Одна женщина стояла спиной.

Я её узнала…

— Элина, внучка, здравствуй, — обернувшись, поприветствовала с натянутой улыбкой бабушка и развела руки.

Думала к ней в объятия кинусь?! Я лишь мельком бросила равнодушный взор на руки бабушки, а потом подняла на неё, черство произнося:

— Зачем пришла? Проверить на месте ли я?!

Лицо её сразу переменилось. Поднятые уголки опустились, превратили губы в некрасивую дугу. Сейчас любимая бубуличка напоминала старую злую ведьму, ну прям вылитая старуха из Белоснежки.

— Милая, ну что ты говор.

— Хватит! — рыкнула я.

Поверить не могу, что бабушка оказалась такой лицемеркой. Раньше была тем ещё цветочком аленьким, а потом объявился Дамиан, она наврала мне и толкнула в совершенно чужой мир, в котором жить я не хотела! Хуже было услышать подтверждение от фамильяра, что она, оказывается, давно задумала вернуть меня в Ларккан.

— Элиночка. — бабушка потянула ко мне руку, но её за запястье поймал Шайенн. — Что? Э. Ваше высочество!

— Шайенн! — с укором окрикнул король.

— Она как-то обидела тебя? — спросил второй принц, глядя мне в глаза.

«Ещё как! Ткнула нож в спину!», — вырывалось из меня, но произнести вслух-таки не решилась. Знаю, что нравлюсь Шайенну, начнет еще мстить за меня, а то, что предательница всё-таки моя бабушка, в расчет не возьмет. Злюсь, но переживаю, поэтому ответила обтекаемо:

— Это семейное. Не бери в голову.

Шайенн отпустил руку и, презренно глядя на бабульку, процедил:

— Ну ладно.

— Давай отойдём поговорим, «милая внучка», — обращение она саркастично исковеркала.

— Если ты не хочешь, Элина, то имеешь право не идти, — информировал Дамиан, стоявший рядом с его величеством.

— Всё нормально, — ответила ему, а следующее адресовала бабушке: — пойдем. Аж самой интересно, что ты собираешься мне сказать.