Глава 24

Я встала с кровати.

Да, это вам не Рио-де-Жанейро и даже не пятизвездочный отель! В этой гостинице белых пушистых халатов постояльцам не положено.

Я набросила на ночную рубашку мешковатый кардиган, прикупленный по случаю. Бросила взгляд в зеркало, убедилась в том, что даже без косметики вряд ли испугаю кого-то из случайных постояльцев, если вдруг встречу его в коридоре. Вдохнула, выдохнула. И пошла в сторону соседнего номера.

Перед дверью мне снова пришлось повторить вдох-выдох.

Почему-то стучать совсем не хотелось, хотелось вернуться назад в номер и еще раз все хорошенечко обдумать. Но сделав над собой усилие, я все-таки три раза стукнула по двери. Никто не ответил. Я постучала громче, а затем дернула за ручку.

Дверь оказалась открытой. Да, кажется, рано я заподозрила своего нового босса в предусмотрительности. Учитывая то, что все наши средства сейчас аккумулированы в заднем кармане его джинсов, не закрывать дверь — это очень, очень неосторожно. А уж если вспомнить, что недавно его пытались убить!

В комнате был полумрак. Тусклый светильник над кроватью давал совсем немного света, достаточно для того, чтобы я увидела, что Макс спит.

Я украдкой бросила на него взгляд, и снова удивилась, каким странным чувством где-то в глубине души это отозвалось.

И что теперь делать? Развернуться и уйти, так и не рассказав ничего? Наверное, так и правильно. Не будить же человека, который с утра только и делал, что совершал подвиги, спасал утопающих, делал марш-броски через лес — в общем, заслужил право вырубиться на неудобной кровати с застиранным шершавым бельем.

Я бы ушла, честное слово. Я бы обязательно ушла, если бы не одно жуткое обстоятельство.

Одеяло в том самом шершавом пододеяльнике лежало несимметрично. Одно плечо спящего было полностью накрыто, а кусок второго — нет.

Терпеть не могу перекошенные вещи и отсутствие симметрии. Нет, я не из тех психов, что раскладывают одежду по цветам, а книги в библиотеке — по количеству страниц или году издания, а бутылочки в ванной — по географической широте адреса завода-производителя.

Но несимметричные вещи иногда раздражают меня ужасно. Бутылочки с солью и специями в ресторане, ручки и карандаши на столе, картины на стенах должны стоять ровно, правильно и гармонично.

Черт, и зачем я только увидела эту жуткую неровность!

Я точно знала, что будет дальше. Я вернусь в свою комнату и буду крутиться до утра и не засну, думая о том, как все неправильно устроено в этом мире. В общем, выбора у меня не было. Я сделала несколько шагов в сторону кровати, наклонилась, стараясь не дышать, и едва касаясь кончиками пальцев пододеяльника, потянула уголок одеяла вверх.

И тут же мне на запястье легла горячая рука.