Глава 29. Исключение

После вкусного ужина я предложил девушке совершить небольшую прогулку и заснять отель снаружи в лучах уже заходящего солнца. Вдвоем с ней мы спустились вниз к ресепшену, где Олеся попыталась пригласить кого-нибудь из начальства, чтобы решить вопрос о завтрашней съемке с крыши отеля. Насмерть перепуганный нашей настойчивостью дежурный тщетно отнекивался, стараясь вытянуть из Олеси, чем же так недовольны русские туристы, что требуют встречи с руководством отеля. Немолодой мужчина одаривал нас улыбкой, вежливо отговариваясь надуманными предлогами, но Олеся твердо стояла на своем. Когда мне вконец надоели взаимные расшаркивания, я громко рявкнул на весь зал, пугая окружающих — дежурный сдался, обещая, что передаст руководству нашу просьбу завтра. С победным видом оглядываясь на изумленных посетителей, я увлек Олесю за собой на улицу.

Мы бродили вокруг отеля до тех пор, пока солнце не скрылось за горизонтом. Надо признать, место для строительства было выбрано весьма живописное — с одной стороны, горы, с другой — лес. Резкое похолодание заставило нас вернуться  номер, всё-таки  дневная температура воздуха сильно отличалась от ночной. С порога пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по своим комнатам, договорившись встретиться на завтраке в семь утра.

Я предусмотрительно захватил к себе в комнату оставшуюся половину бутылки, не предлагая Олесе составить мне компанию — уверен, что она не обидится. Попивая в одиночестве винцо, перекинул сделанные фотографии Антону с пометкой, что это первая партия. Мой коллега по ходу был полуночником, потому что минут через десять пришел ответ, что снимки просмотрены. Вдогонку к первому сообщению юрист посоветовал мне заснять крупным планом верхние этажи здания, так как Леруа в своих "обвинениях" настаивал именно на том, что готический стиль нашего проекта копирует верхние этажи местного отеля. Ответив Антону коротким "ОК", я переключился на отца.

— Привет, бать! Не разбудил?

— Нет. Какие новости, Егор?

— Бать, ну вообще ничего похожего! — возмущенно проговорил я. — Даже отдаленно не напоминает проект Артема Петровича!

— Ничуть не сомневался! Я же тебя предупреждал, что Шарль — тот ещё жук! — уверенно ответил отец. — А как тебе курорт?

— Отличное место! — восхитился я. — Тут бы зависнуть на недельку... — помечтал в трубку.

— Один день, сынок, — хмыкнул отец на том конце. — Это всё, что может позволить себе руководитель фирмы, коим ты сейчас являешься, Егор...

— Да, знаю, бать, — я позволил себе недовольное ворчание. — Ладно, я иду спать. Передай привет маме и малой.

— Передам. Спокойной ночи, сынок.

Нажав отбой, прислушался к тому, что происходит за дверями моей комнаты. Тишина... Скорее всего, Олеська уже сладко спит... Вот бы взглянуть на неё... Интересно, она спит голая или в ночной рубашке? Ох, с каким удовольствием я сейчас примостился бы рядом... Член в трусах восхищенно дернулся, стоило мне представить, как я лежу рядом с девушкой... Ух, я бы... Погруженный в фантазии о прелестнице, лежащей за стенкой, я незаметно погрузился в сон.

Наутро проснулся рано и, наскоро умывшись, спустился к бассейну. Несказанно обрадовался, обнаружив, что я — единственный посетитель, очевидно, здесь так рано никто не просыпается. С наслаждением проплыл кругов двадцать, ощущая как в теле забурлила энергия и бодрость, планка настроения поднялась от хорошего до превосходного. День начинается просто прекрасно!

Прохладный душ и я покидаю территорию гостиничного СПА. Запахнув поплотнее длинный махровый халат, вышел на открытую террасу, отсюда открывался потрясающий вид на окрестности. Заснял красивого себя на фоне белоснежных гор, сразу оценивая результат — фотка вышла шикарной, можно выложить на свою страничку, хвастануться. Зайдя обратно в здание, тихонько хихикнул — веду себя, словно молоденькая девчонка, а не руководитель крупной фирмы. И все-таки пальцы сами потянулись — выложил фотку. С удовольствием выложил бы ещё наше совместное с Олесей фото, но... нельзя.

По дороге в номер пересмотрел вчерашние снимки Олеси — очень красивая девушка. От такой я точно не откажусь, чтобы там не говорил мне родитель... В конце концов должны же быть у меня, как у директора какие-либо привилегии... Или исключения...  Решено! Олеська будет моим исключением из единого для всех правила запрета на служебные романы!