Глава 22

На следующий день, примчавшись в Академию, я первым делом понеслась на лекцию по материальным источникам. Как я уже говорила, хотя мы и сменили поток, но некоторые основные темы были оставлены. Заняв свое любимое место, стала терпеливо ждать. Внутри мое тело казалось словно газировкой накачано, дыхание перехватывало, сердце ухало куда-то в пятки каждый раз как дверь распахивалась. Но время шло, а Рик так и не появлялся. Когда уже все места были заняты и прозвенел последний звонок, дверь распахнулась в последний раз, и в аудиторию вошла девушка. Точнее, молодая и очень красивая женщина. Элегантное приталенное платье, явно не преподавательского формата, аккуратный пучок каштановых волос: волосок к волоску, неброский, но подчеркивающий красоту и молодость макияж. По залу прокатился одобрительный гул голосов с последних рядов, а парочка особо смелых ребят даже позволили себе присвистнуть. Пришедшая же, не удостоив никого их них вниманием, проследовала к преподавательскому столу, сложила на нем свои вещи и развернулась к ученикам.

— Приветствую вас, ученики. Мое имя — Лидия Грон и сегодня я замещаю господина Броуди. На чем вы остановились в прошлый раз? — голос у нее оказался мелодичный, чуть низковатый, но тем не менее, неприязни не вызывал. Наоборот, весь ее облик манил, приковывал к ней взгляд, не отпускал.

В ответ на вопрос повисла тишина. Девушки растерянно зашептались, а парни продолжали ошарашенно молчать. А вот я отчего-то испугалась, что-то было неправильное в ее появлении.

— Ну, хорошо. — госпожа Грон совершенно невозмутимо распахнула журнал, в котором Броуди отмечал пройденный материал и просто продолжила с того места, где он закончил в прошлый раз.

Если в первые десять минут аудитория хранила все такое же удивленное молчание, то к концу лекции она уже довольно смеялась, вступая в диалоги с учениками, отвечала на вопросы по теме и задавала свои. Но самым удивительным были глаза Лидии Грон. Не смотря на достаточно живую мимику, ее взгляд оставался таким же серьезным и, порой, когда она скользила им по первым рядам, мне казалось, что в нем таятся холод и опасность.

Перед самым звонком, возвестившим об окончании занятия, она со всеми попрощалась и первой покинула аудиторию. Кто и что это было, а так же почему отсутствовал сам Рик, узнать так и не удалось, а посетить кафедру источников тоже не представлялось возможным до самого обеда, так как сразу за этой, шли лекции у Роутека, не менее интересные и захватывающие.

Вместо обеда, я поспешила в сторону преподавательских залов и замерла перед дверью с золотой табличкой “Общий поток”. Внутри все разрывалось от волнения и страха. Я не могла толком сказать чего именно так боялась, отчего внутри образовалась болезненная пустота и странный, иррациональный страх.

Наконец, собравшись с силами, громко выдохнула, подбадривая сама себя и постучала, сообщая собственном приходе. Коснулась пальцами ручки двери, нажала до характерного щелчка и… ничего. Не веря в происходящее, дернула ручку еще несколько раз, навалилась на дверное полотно с тем же результатом — кабинет оказался заперт. Приложила к двери ухо и прислушалась — ничего, абсолютная тишина. Развернулась спиной и прижалась к двери.

— Что бы это значило? — спросила вслух.

Рик исчез, а после того, что произошло вчера, видеть его хотелось просто ужасно. Но, пожалуй самой удивительной для меня вещью сейчас было то, что на месте не оказалось и Марии, секретаря Броуди. Я иногда вообще думала, что девушка живет в этом кабинете, а все разговоры и рассказы о ее муже — не более чем вымысел.

Подождала ещё немного в надежде, что Мари просто отошла и быстро вернётся. Это самое “немного”, однако, растянулось на целый час и когда по коридорам разнесся звонок, я нехотя поднялась на ноги и направилась в сторону главного корпуса.

До практики оставалось еще примерно полтора часа, которые были заняты очередными межпоточными занятиям. На этот раз — «Культура тела». Но тут я хотя бы немного порадовалась, так как большой стадион, расположенный за главным зданием мог вместить в себя несколько потоком студентов, а значит я, скорее всего пересекусь с Нель.

Так и оказалось, спустя пять минут, надев стандартные школьные шорты и футболку, вышла на поле и заметила подругу. Она уже была тут и о чем-то болтала с Мареком. Увидев меня, Нель махнула парню, и поспешила навстречу.

— Ну что?! — она легонько ткнула меня в бок, — где ты была на обеде? Я, как дура, охраняла твою порцию, которую в итоге, правда, пришлось скормить… страждущим…

— Догадываюсь, кем были эти самые страждущие… — я улыбнулась, покосившись на парня. — Слушай, я…

— Ну! — она придвинулась ближе, практически прижимаясь ко мне, — ты видела Рика?

— Нет, — ответила тихо, лихорадочно оглядываясь и проверяя, что рядом никого нет, — тише ты! Его нет… и Мари нет… кафедра закрыта!

— Серьезно? Но… — она не успела договорить, так как над стадионом прозвучал громкий свист и мы все как по команде выстроились в три шеренги, соответственно потокам, на которых учились. Правда, в самом начале немного запутались, когда ребята с темной материи попытались встать в одну колонну со своими бывшими сокурсниками.

Когда же все, наконец, заняли свои места, мы приступили к занятиям. Вначале была довольно долгая разминка, а потом нас обрадовали общим кроссом. Выстроившись по парам, мы начали забег, стартуя с места под сигнал преподавателя. Конечно, спустя пять минут после старта, потоки перемешивались, ученики разбивались на пары по — своему и продолжали движение уже в удобном для них ритме и в интересующей их компании.

— Ты… — Нель приблизилась ко мне, догоняя, — что… хочешь сказать…

— Что?.. — выдохнула я, так как говорить было сложно.

— Пропал… сбежал… — она тряхнула головой на здание перед нами, словно намекая на кафедру Броуди.

— Нет… но… — заканчивать свою мысль не стала, хотя и рвалось изнутри что-то мерзкое…

Что это было? Почему он так странно исчез после того, что произошло? Хотя ничего такого и не было, я же не… Я тряхнула головой, стараясь прогнать мысли, что крутились в голове и не давали сосредоточиться. Я не буду переживать на пустом месте, не буду думать об этом, как о чем-то неправильном или…

— Ого! — выдохнула резко Иннель и пихнула меня в бок, — смотри! Кто это?

Я обернулась, проследив за ее взглядом, и заметила стройную фигурку Лидии Грон. Молодая женщина замерла на верхнем ярусе трибуны и рассматривала учеников, размеренно двигающихся по полю. Неожиданно она дернулась и отвела взгляд в сторону, словно услышав, как ее окликнули. Отсюда не было слышно того, что происходит на трибуне, но я лишь хмыкнула, получив подтверждение своим мыслям — к ней торопливо приблизился преподаватель по культуре тела.

— Лидия… Грон… — я вдохнула, — замещала Броуди…

Преподаватели о чем-то заговорили. Прослушав несколько секунд, господин Турчин закивал и махнул рукой в сторону стадиона. Я заметила, как он замер, будто пытался разглядеть кого-то из учеников и поднял руку. Что было дальше я не видела, так как в этот момент пробегала под таблом отсчитывавшим круги каждого ученика, и оно загудело, привлекая мое внимание к себе.

— «Кира Марс. Восьмой круг» — прозвучал надо мной механический голос. — «Иннель Брад, вось…»

Конец я уже не услышала и снова посмотрела на трибуны, отчего-то было ужасно интересно, что делала тут эта женщина. Но никого рядом с Турчиным уже не было, а сам преподаватель продолжал следить за ходом бега, сложив руки на груди и зажав в зубах свисток.

После забега, мы еле переставляя ноги, вползли в раздевалку и упали на скамью. Народу было не так уж много, так как те, кто успел закончить двадцать кругов раньше, уже переоделся и отправился по своим делам.

Нель привалилась к моему плечу и застонала:

— Это ужасно, я умираю!

— Не ври, — я пихнула ее, — ты законница, а вы ребята крепкие.

— Зануда, — выдала девушка, и начала неторопливо снимать обувь, — я все равно устала. Кстати, ты сейчас домой?

— Да какое, — протянула, делая тоже самое и зашвыривая надоевшие кроссовки в конец раздевалки, — практика…

— О! — она моментально оживилась, — ты не представляешь!..

— Нет! — я рассмеялась, заметив, как изменилось ее лицо, — что?

— Черт, Кира! — Нель, кажется, готова была завизжать, — Я так ждала тебя в обед! Практика у Лиорени! Это! Это…

— Да что?! — я снова улыбнулась, заражаясь ее энтузиазмом, — ну рассказывай же!

— Кира! — Нель присела рядом, — я думала, буду в бумажках копаться до самого конца, но, представляешь. — Она снова замолчала, восторженно глядя прямо мне в глаза, — сегодня меня нашла секретарь с защиты и, оказывается, меня берут в суд! Я буду присутствовать на настоящем разбирательстве! Сегодня!

— Не может быть… — ответила ей кисло, представив как это будет и тут же сопоставив с моими невероятно интересными копаниями в пыльных бумагах, вещах и еще черти пойми в чем…

— Да! — она подскочила, торопливо стягивая через голову мокрую от пота футболку, — я хотела тебе еще во время обеда рассказать, но ты…

— А тебя пустят? Ты уверена?.. — перебила ее, тоже берясь за края своей формы, и еле сдерживая досадливый стон.

— Ну конечно! — она бросила грязную одежду на скамейку, и выдохнула, посмотрела на меня щенячьим взором, — Кира… Ну прости… я знаю, что это из-за того… ну…

— С ума сошла! — возмутилась, — я тебе по гроб жизни благодарна, ты единственная, кто встал на мою защиту и, согласись, не смотря ни на что, награда твоя соответствует заслугам!

— Ой все! — она скорчила смешную рожицу, — скажешь тоже! — А затем резко качнулась и обняла меня, прошептав: — все равно спасибо.

После этого, мы быстро оделись и разошлись в разные стороны: я в преподавательский городок, а Нель в суд.