Глава 59

— Элементарно, — хмыкнул Броуди. — После той аварии результаты твоего сканирования попали мне в руки. Ты не представляешь, как я тогда обрадовался, ведь это означало, что поиски практически окончены, а уж сопоставить то, что уже было у нас в руках, с тем, что я узнал… труда не составило. Как и не составило труда заполучить такую глупую, влюбленную дурочку, как ты, в свои руки. Только вот потом что-то пошло не так…

— Что? — выдохнула я ошарашенно. — Вы… сделали это специально? Это все было специально?..

— Конечно! — рассмеялась Лидия. — Неужели ты думала, что можешь просто так заинтересовать хоть кого-то? Ты? А-ха-ха-ха! Не смеши меня!

— Все, что нам было нужно, это выведать о тебе как можно больше. Сопоставить то, что мы уже знали о нашей цели, с тем, что получили… Если бы мы ошиблись, сегодня ничего бы не вышло. Мы и так слишком долго искали тебя и были на грани провала, ведь время уходило… — Броуди сложил руки на груди, продолжая свой рассказ, довольный и гордый. — Мы уже давно выяснили, что нужный нам человек скрывается в Академии, но не имели представления ни о твоей внешности, ни о новом имени. И только после аварии все стало на свои места. Ты отлично спряталась, сливалась с толпой, притворялась серой мышью… Хотя благодаря долгим поискам нам удалось выявить еще несколько интересных вариантов, но они оказались слишком слабыми, не выдерживали простого влияния прорыва… Даже Талана, одна из сильнейших наследниц, и та сломалась, хотя на нее лично у меня были большие планы!

— Вы больные ублюдки, — прошептала я. — Просто больные уб…

Договорить я не смогла, так как Лидия, стоявшая рядом, вновь ударила меня. Я вскрикнула, из глаз брызнули слезы. Шмыгнув носом, я покосилась на этих двоих и повторила, на этот раз беззвучно:

— Ублюдки.

— Хватит болтать! — Лидия вернулась к панели и вновь чем-то защелкала. — У нас не так уж много времени! Ричард, тебе пора, нужно увести их подальше, чтобы не мешали, когда все начнется, возвращайся.

— Да, ты права, любимая!

— А Кей? — вдруг встрепенулась я. — С ним вы тоже спите ради этого всего?

— Кей? — Лидия вздрогнула, а Рик застыл. — Не мели чушь! Это все из-за тебя!

— Из-за меня?! — я хмыкнула, шмыгнув носом. — У вас, как я посмотрю, прямо все из-за меня, куда ни глянь!

Лидия прищурилась, и на секунду мне показалось, что она снова меня ударит, но Грон не сделала этого. Сжав руку Броуди, женщина прошипела:

— Как только ты появилась, Ксандр послал меня к черту, лишив доступа к материалам департамента, и нам пришлось искать другой вариант. Кей оказался самым подходящим.

— Ты не говорила мне, что…

— Не думай об этом, Ричард! Ты же знаешь, на что нам с тобой пришлось пойти ради нашей цели! Мне по уши хватило этого урода Ксана! После того, во что превратилась лаборатория его отца, мне и так постоянно приходилось выслушивать его нытье, какой он несчастный, какое он чудовище, будто я и так этого не знала! Я его мерзкую рожу больше видеть не могла…

— Хватит, не хочу слушать о нем, — отрезал Броуди. — Я возвращаюсь.

— Иди. — Она вновь подалась к мужчине и так же, как перед этим и Кея, утянула в долгий и страстный поцелуй. — Я справлюсь тут сама. Ни о чем не беспокойся!

После этого она оттолкнула Рика, и развернувшись, мужчина исчез в проеме двери.

— Меня сейчас стошнит, — прохрипела я.

— Ну, меня же не стошнило, — хохотнула Грон, утирая рукавом светлой блузки губы. — Хотя поначалу и такое случалось…

— Вы… — я даже не нашлась, что сказать. — Как вы можете?..

— Заткнись уже, достала. — Она полоснула по мне ледяным взглядом и развернулась к панели. — Ты ничего не понимаешь и даже не представляешь, на что я готова пойти, чтобы добиться своего. А теперь пора!

Она схватилась за рубильник, что находился справа от нее, и потянула вверх. Громадина вздрогнула и загудела сильнее.

— Я помню, как они появились! — неожиданно громко заговорила Лидия. — Помню эти отвратительные конечности с длинными пальцами! Помню, как одна тварь ворвалась в наш дом и напала на моего брата, ему тогда уже было пятнадцать! Я его ненавидела, он постоянно кичился тем, что особенный. Помню, как он кричал! О, это было прекрасно, наконец кто-то заставил его кричать! А мама, знаешь, она пыталась спасти этого отвратительного червя! Она никогда не замечала, насколько он гадкий и мерзкий, и всегда гордилась им! А потом она… Мама… Моя мама — самое лучшее, самое чистое существо… Она тоже так громко кричала, а эта тварь… она и ее убила, а меня не тронула.

Она хмыкнула и скривилась, словно мысль об этом расстроила или даже разочаровала ее сильнее всего.

— Отец остался жив… Знаешь, мне кажется, все это продолжалось не так долго, крики людей стихли уже к вечеру, хотя до этого мне казалось, что я оглохну от них… Они никак не замолкали! А потом стало тихо… Это было ужасно.

Лидия прикрыла уши и зажмурилась, словно вновь переживала то, что произошло с ней когда-то.

— Прошло немало времени, и среди людей начали появляться слухи, они винили друг друга… Говорили, что это все наша вина, что мы сами стали причиной появления тварей. И я была согласна… Знаешь, ведь мой брат был таким! Он был именно таким: мерзким и отвратительным, и я была рада, что он исчез, но мама… она просто замаралась об этого ублюдка, моего брата, и потому…

— О чем вы? — Я нахмурилась, все же пытаясь понять ее, как бы дико это ни звучало.

— Я о том, детка, — Лидия улыбнулась, — что, уничтожив всех щитов, всю ту заразу, что они распространяют, я очищу наш мир. Сделаю так, что никто не будет страдать, трястись в ожидании новой волны… Понимаешь?

— Нет…

— Я тоже не сразу поняла, — она снисходительно улыбнулась, — но потом, знаешь, все стало таким четким, таким ясным! Мы создадим новый мир, чистый, сильный, по-настоящему великий!

— Да вы больная! — прошептала ошарашенно. — Вы что же, думаете, что сможете уничтожить всех, в ком есть хоть капля силы щитов?

— Мы — нет, а они — да! — хохотнула Грон. — Тварям просто незачем будет рваться сюда вновь. Вот и все! Никаких прорывов, никаких этих штук, — она встряхнула руками, словно измазалась в чем-то грязном и теперь пыталась избавиться от гадости, — игр с пространством и материей. Я поставлю точку. Жирную, возможно, немного кровавую, но окончательную!

— Вы просто больная… Это бред! Вы не сможете совершить такое! Я знаю, уверена, что вас остановят!

— Ну, милая, я же не дура! Поверь, все выйдет в лучшем виде! Благодаря этой штуке, — она похлопала по панели возвышающейся за ней махины, — и ее очень тонкой настройке, на которую ушел не один год экспериментов и исследований! Благодаря ей я просто отделю зерна от плевел, уничтожу всех тех, в ком еще есть хоть капля мерзкой крови… А те, кто останется, — настоящие Имперцы… Мы вместе построим новый мир! Знаешь, а в чем-то отец Ричарда был прав: эта штука способна создавать будущее, и для нас она это сделает.

— Ее построил Эльдер Броуди?

— О, ты о нем слышала? Потрясающий был человек! Когда-то я училась тут и посещала его лекции. Мы с ним много говорили о тенях! Знаешь, у него были интересные теории, и во многом именно благодаря им я смогла понять, как спасти наш мир! Ты понимаешь?

— Да… — прошептала я, понимая, что Грон не просто сумасшедшая, она чокнутая в самом ужасном смысле этого слова.

— А он меня не понял, даже умудрился сорвать мою первую попытку… За что и заплатил.

— Вы готовы убить тысячи людей? Женщин, детей, мужчин… Ни в чем неповинных…

— Если они подохнут — они просто грязные ублюдки. Ладно, нам пора переходить к завершающему этапу!

— Вы сами себе противоречите, — прохрипела я, — если ваша мама погибла, значит, она тоже была…

— Нет! — закричала Грон. — Не смей говорить о ней так! Она была самая лучшая, чистая! Ладно, спокойно, спокойно…

Развернувшись, Лидия переключила еще несколько тумблеров, и гул, что рос с каждой секундой, стал просто невыносим. Уши заложило, голова начала раскалываться от боли, живот закрутило с такой силой, что я, несмотря на удерживающий меня ремень, согнулась в три погибели. Зажмурилась изо всех сил, мечтая лишь о том, чтобы это все оказалось кошмарным сном.

— Но самое главное, — раздалось совсем близко, и от неожиданности я распахнула глаза, — что я узнала о таких, как ты!

— Обо мне? — выдохнула, морщась.

— Да, о тварях, что пришли и остались в нашем мире, распространяя свою заразу. О тех, кто запачкал нашу великую Империю своей мерзкой кровью… Вы приходите, обманываете, гадите, словно стая бесхозных собак…

— Вы сумасшедшая.

— Да, ты говорила. Но я знаю, что права. А теперь… — Она поднялась, прошла в центр комнаты и вскинула руки, словно готовая принять благословение свыше. — Момент моего величия! Ты готова?

— Нет! — выкрикнула я испуганно.

Но это уже ничего могло не изменить, Лидия с торжественной улыбкой на идеальных губах развернулась и потянула самый маленький рубильник. Воздух натурально задрожал, как и кресло, к которому я была привязана. Какие-то обугленные щепки, обрывки ткани, пылинки — все это запрыгало на вибрирующей поверхности. Лидия закинула голову и ликующе взвизгнула, а в следующую секунду кто-то метнулся к ней со стороны входной двери.

Мужчина рванул прямо к женщине, на полном ходу сметая ту. Раздался треск, и Лидия Грон поломанной куклой рухнула на пол.

— Больная сука! — прорычала Нель, вваливаясь следом за нападавшим. — Черт, по-настоящему больная сука!

Заморгав, я сфокусировала взгляд и перевела его с подруги на Марека Крома, сейчас присевшего рядом с телом Грон. Как-то излишне по-деловому ощупав ее шею, парень нахмурился и обратился к нам, стараясь перекричать гул машины:

— Нель, освободи Киру, а я попробую разобраться с этим! — он махнул рукой себе за спину.

— Ки-ир! — голос подруги изменился, она шагнула ко мне. — Кирюш!

Ее руки дрожали, когда она, цепляясь за ремни, пыталась расстегнуть их. Но ничего не выходило и казалось, что с каждой секундой девушка все сильнее затягивает их. — Сейчас, я… Подожди…

Вскинув руку, она выудила из своей некогда прекрасной прически что-то длинное, узкое и блестящее и продолжила ковыряния, расстегнув сначала одну руку и приступив к другой.

Неожиданно шпилька выскользнула из трясущихся пальцев и упала куда-то вниз. Нель рухнула на колени, слепо шаря вокруг и стараясь хоть как-то ускорить свои поиски. Марек тоже не терял времени даром, он хаотично переключал рычаги и крутил туда-сюда кольца регулировки, но ничего не менялось.

— Руб-бильник, — выдохнула я, с трудом сдерживая рвотные позывы.

После того как Грон включила машину на максимум, терпеть стало практически невозможно. Если бы мое тело не было зафиксировано, кажется, меня бы крутило и выгибало. Даже сейчас я дергалась из стороны в сторону, шипя сквозь зубы и мыча.

— Что? — Нель услышала и резко поднялась, вновь оказываясь рядом. — Что? Что, Кира!

— Рубильник, — просипела я, — там, справа… Я сама, Н-нель… сама…

— Да, сейчас! — Она поднялась и развернулась, но, получив сокрушительный удар, отлетела в сторону, ударившись о край махины, а потом со стоном сползла вниз.

Марек развернулся, но также не успел ничего сделать. Дернув головой, парень вскинул руки, пошатнулся и как подкошенный рухнул на землю.

— Лидия! — закричал появившийся из ниоткуда и сейчас застывший посреди комнаты Броуди. — Лидия!

Но Грон не отвечала. Она лежала на земле, как-то неестественно выгнув шею и распахнув глаза. Я уже поняла, что она, должно быть, мертва: по тому, как осмотрел ее Марек, по тому, как он выдохнул, просто по выражению его вмиг потерявшего весь юношеский задор лица. Даже не будучи Законником как Марек, я с легкостью определила, что эта прекрасная даже в смерти и совершенно сумасшедшая женщина мертва.

Но мы еще были живы, пока. А потому, лихорадочно борясь с тошнотой и сдерживая дрожь, я дергала последний, мешавший мне ремень. Мужчина медленно шагнул вперед, опустился на колени рядом с Лидией, склонился к ней, кажется, что-то шепча.

Я лихорадочно задергалась, пытаясь освободиться, а потому не заметила, как Броуди выпрямился и застыл, буравя меня черным взглядом.

— Это твоя вина! — неожиданно громко и четко произнес мужчина. — Это ты виновата! Если бы не ты, если бы не…

Он бросился ко мне, вытянув вперед руки. Я даже пикнуть не успела, как крепкие пальцы сомкнулись на моей шее. Боль оказалась невероятно острой и оглушающей, но недолгой. Распахнув глаза, я уставилась в лицо совершенно обалдевшему Броуди. Его казавшиеся некогда самыми прекрасными на свете глаза вылезли из орбит, лицо перекосило, а рот искривился в немом крике. Прямо из его груди торчали длинные черные пальцы иного.

Мужчина выпустил меня и шарахнулся назад, лихорадочно скребя руками по груди, словно это могло ему помочь, но сделал только хуже. Черная масса, находившаяся за ним, приняла Броуди в свой плен, поглощая и окутывая словно туман, забираясь внутрь сквозь разинутый рот и трепещущие ноздри. Через несколько секунд его тело полностью исчезло в черном облаке.

Я забилась в кресле, пытаясь вырвать руку, а второй царапая ремень и раздирая кожу поломанными ногтями. Я не знала, сколько у меня времени, а потому дергала ремень из последних сил. Уже практически потеряв надежду, запрокинула голову, взвыв в отчаянии, и тут же замолчала.

Крыши больше не было, как не было неба и луны. Прямо над нами черной пеленой дрожала материя, из которой то и дело словно из воды появлялись руки и пропадали вновь, погружаясь в эту массу. Черные, сильно вытянутые конечности будто пробовали наш мир, касались его и тут же прятались обратно. Но затем, словно осмелев, появлялись вновь.

Наконец справившись с язычком замка, я выдернула руку из плена и как можно быстрее сползла на землю, бросая взгляды на иного, все еще копошащегося с Броуди. За его спиной зашевелилась Нель. Она поднялась на колени, держась за голову, повернулась ко мне и, кажется, что-то произнесла. Затем заметила иного и завизжала так, что ее, должно быть, услышали на другом конце Империи.

— Скорее! — прохрипела я. — Нель, ну же!

На четвереньках, стараясь не растянуться на полу и держась как можно дальше от черной массы, я поползла к подруге.

— Давай, Нель… быстрее… нам нужно… уходить!

Подруга, зажав себе рот ладонью, закивала, при этом не переставая скулить от страха, а я в очередной раз поразилась ее мужеству. Ведь несмотря на то, что она испытывала невероятный ужас, Нель пыталась взять себя в руки.

— Давай туда, — я толкнула ее в сторону выхода. — Ну же!

— Нет! — В первую секунду мне показалось, что она бросится в сторону черного проема, но подруга замерла. — Марек!

— Кром, — выдохнула я, — он там, я сама…

— Нет, — вновь замотала головой подруга, вздрагивая, — нет, я помогу…

Я кивнула. На трясущихся коленях, прижимаясь к гудящей махине боком, мы подползли к парню. Когда оказались рядом, поняли, что он уже пришел в себя и сейчас, повернувшись на бок, тоже пытался приподняться на руках.

— Марек, — выдохнула я, — руку! Дай руку!

Услышав меня, парень вздрогнул и повернул к нам лицо, залитое чем-то темным. Протянув ладонь, я схватила его за руку и потянула на себя. Нель появилась с другой стороны, то и дело косясь на черную массу, клубящуюся в центре комнаты. Она подлезла под другую руку парня и попробовала подняться на ноги.

— Кира! — завыла Нель. — Ки-ира…

— Что? — прохрипела я, но, заметив краем глаза движение, застыла на месте.

Иной, что напал на Броуди, отделился от уже мертвого тела, вытянулся и застыл в центре комнаты. Сейчас он как никогда был похож на человека, укутанного жутким живым плащом. Разведя руки в стороны и растопырив пальцы, иной завис на месте прямо напротив нас.

— Ки-ир, — просипела Нель, — он-но…

— Т-ш-ш… — прошипела я. — Беги…

— Что?

— Нель, беги… — повторила с нажимом. — Ну же!

— Нет! — выдохнула она.

А в следующую секунду с потолка мутной черной каплей спустился еще один иной. Он на несколько мгновений завис бесформенной массой рядом с первым, а затем вытянулся, теперь тоже напоминая укутанного в плащ человека.

— Нель, — просипела я еле слышно, — беги…

Но она промолчала в ответ. Тени, что висели без движения, дрогнули. Поверхность их «плащей» пошла рябью, словно гладь потревоженного пруда, и я закричала. Черная масса рванула вперед, готовясь поглотить и меня, и моих неудачливых друзей. Я взвыла и зажмурилась, просто не в силах принять свою участь лицом к лицу. Тьма накрыла, ослепляя.