Глава 61
— Ты видел отчеты, Маркус, — Окс говорил тихо, словно старался убедить своего оппонента, — видел материалы…
— Ты издеваешься? — в отличие от него, Маркус Марс не пытался сдерживать эмоции и тон. — Намекаешь на то, что она такая же, как и вы? Э нет, Артур, это не так, и не надейся на то, что я позволю своей дочери связаться с вами! Ей и так хватило по жизни!
— Она не твоя дочь…
— Она моя дочь, Артур, и плевать я хотел на то, на что ты сейчас пытаешься намекнуть! Я не отдам ее тебе, а если понадобится, обращусь к Императору!
— Маркус, — Окс вздохнул, — ты же понимаешь, что лимит твоих просьб практически исчерпан? Я в курсе твоих дел с Императором… Твоя жена и пусть будет “дочь”, Ксан — сын твоего друга…
— Даже не пытайся угрожать мне, Артур! — прорычал мой отец, чем-то громко хлопнув.
— Черт, да пойми же!.. Она была в эпицентре! Ты понимаешь это, в самом чертовом центре! И осталась жива! А потом, когда на нее напал этот ублюдок?! Пацан, и как я проглядел его… — Окс вздохнул. — Маркус, в конце концов, на нее напал иной! Ты знаешь, что это означает… Я сам видел это, все видели… Но она… Эта девчонка, она сама справилась с ним!
Артур Окс поднялся и заходил из стороны в сторону, его шаги удалялись и приближались. Подошвы поскрипывали в практически абсолютной тишине.
— Ты бы видел тот свет, что она способна создавать! Она нужна нам!
— Да, мою девочку не так-то просто убить! — Та гордость, что звучала в голосе Маркуса, на мгновение меня ошарашила. — Но Ксандр тоже выжил, и что дальше? Кстати, где он? Куда пропал, а? У меня есть несколько вопросов к нему!
— Выжил, — согласился с ним Окс, — Но ты видел его после встречи с иным, Маркус! Ты был тем, кто вытащил его с того света, поддерживал его физическое и моральное состояние все эти годы, и ты знаешь, во что его превратила та встреча… А теперь посмотри на эту крошку! Ничего! Ни одного долбаного следа не осталось!
— На что ты намекаешь?
— Она нужна нам, Маркус, и ты это знаешь! Ведь ты знал это и раньше, да? Знал и скрыл ее, да, друг? Спрятал крошку от Императора…
— Я против, — отрезал отец, а я с удивлением отметила, что не могу больше думать о нем как об отчиме. — В любом случае, даже если бы я и дал согласие, ты просто слишком многое не понимаешь, Артур. Оставь ее в покое, пусть девочка живет спокойно! Я прошу тебя!
— Не понимаю? Тогда объясни! Маркус, мы на одной стороне, мы оба с тобой занимаемся важным делом, но не пора ли нам объединить свои усилия и свою работу?! Вместе мы сможем больше! А развив ее способности, мы сумеем спасти миллионы жизней! Думаешь то, что устроила Лидия Грон, единичный случай? Думаешь, завтра или послезавтра не найдется другой сумасшедший, что захочет сделать наш мир лучше? Или тот, кто решит натворить что-то еще?! Ты хоть представляешь, скольких людей угробила эта больная сука?! Половина ее жертв — твои подчиненные, Маркус. Она искала Киру, уничтожала их всех и до тех пор, пока ты не передал мне последние материалы, мы не могли связать жертвы между собой!
— Даже если я соглашусь работать с департаментом, — сделав глубокий вдох, произнес Маркус, — я не отдам тебе свою девочку.
— А если она сама захочет?
— Не захочет…
— Не решай за нее, Маркус, — попросил Артур, — дай ей шанс прожить свою жизнь и сделать свой выбор!
— Посмотрим, — буркнул отец, — в любом случае всего несколько часов назад она чуть не умерла на моем столе, а сейчас ты просишь от меня согласие на ее будущее! Дай ребенку хотя бы Академию закончить! Даже если я его дам, даже если Кира согласится, есть одно огромное “но”!
— Я справлюсь с любым “но”!
— Ты просто еще не встречался с ее матерью, — Маркус хохотнул. — У вашего департамента нет ни единого шанса.
— Я сумею “уговорить” любую женщину, — Артур тоже хохотнул, — дай мне шанс.
— Мама — не любая, — прошептала я достаточно громко. — Да и при попытке “уговорить” ее, наш мир может лишиться… — я замолчала, сглатывая. — …главы департ-тамента…
— Кира! — Отец моментально оказался рядом. — Ты как? Не напрягайся, тише-тише…
— Нормально… — Я прислушалась к своему телу и улыбнулась. — Неплохо. Ксандр… Где он?..
В палате воцарилась тишина, настолько тяжелая и гнетущая, что мне стало страшно.
— Он… что с ним?.. Он жив?..
— Да, — наконец ответил мне Окс.
— Кира, с ним все в порядке. — Маркус запустил сканер, нажав на несколько кнопок, издавших уже знакомый мне писк. — Сейчас важнее ты…
— Мне, пожалуй, пора, — неожиданно тихо выдал Окс, а затем пропал.
— Па-ап, — позвала я, но ответ получила не сразу.
Маркус застыл, я поняла это, так как звуки его возни с аппаратом стихли, только громкое дыхание мужчины и тихий писк сканера нарушали повисшее молчание.
— Да, ребенок, — прошептал он как-то сдавленно. — П-подожди, я позову маму, она тут, в соседней палате…
***
Я отложила в сторону книгу, самую настоящую, бумажную, притащенную сюда Маркусом, и приподнялась на локтях, выглядывая на улицу. Солнце уже клонилось к горизонту, освещая черные лишенные сочной зеленой листвы верхушки деревьев. Даже несмотря на ужасный вид, внутри защемило от того, насколько он был прекрасным.
— Милая? — Мама, как всегда без стука, приоткрыла дверь и замерла на пороге с большой чашкой чая. — Ну-ка ляг обратно, тебе же сто раз говорили не напрягать руку!
Я только глаза закатила, но послушно опустилась на подушки. Лежать уже сил никаких не было, но вокруг все словно сговорились, без конца меня одергивая и напоминая, как сильно я пострадала. Хотя это было совсем не так.
— Спасибо, — прошептала я и отвернулась, вновь любуясь видом из окна.
— Кир, ну не кисни, — попросила мама и опустилась рядом.
— Я и не кисну, — мотнула головой и сделала маленький глоточек чая, — я любуюсь.
— Ну да, — она покивала, будто соглашаясь со мной. Затем резко поднялась и, хлопнув себя по коленям, кивнула на дверь, — я закончу оформлять документы и договорюсь с твоим отцом о выписке, а ты спокойной допивай чай и давай тоже собирайся. Пора домой, милая.
— Угу, — прошептала я, не отводя взгляда от окна. — Да, пора.
Когда за спиной Марии Марс захлопнулась дверь, я прикрыла глаза и закусила губу, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не позволить ни одной слезинке скатиться из глаз.
Как же мне было плохо… Каждый день, каждую ночь на протяжении вот уже практически недели я проводила в странном состоянии полусна-полуяви. Нет, меня не пичкали лекарствами с утра и до вечера, как и не вводили в это состояние искусственно.
Просто он не приходил. Исчез, и никто, совсем никто не мог сообщить мне почему, а главное, куда. Ни разу с того момента, как очнулась на специальном мобильном столе в главном лекарском корпусе столицы, я его не видела. Будто он просто пропал со всех радаров. Никто больше не говорил о нем и не отвечал на мои вопросы, все словно сговорились, игнорируя их.
— Эй, — я даже вздрогнула, услышав хриплый голос Чези, — Имперский флот вызывает Киру!
Девушка застыла рядом, опираясь на некое подобие роботизированного костыля.
— Кира, прием! — Она замерла, смотря на меня сверху вниз и улыбаясь, правда немного грустно, словно жалея.
— Прости! — Я тут же подобрала ноги, освобождая ей место, и махнула рукой, приглашая. — Садись скорее, не стой!
— Ой, да ладно! — хмыкнула она, правда все же аккуратно усаживаясь на край моей постели и слегка морщась. — Что мне сделается…
Мы замолчали. Чези провела в больничном корпусе, как и я, около пяти дней, но в отличие от меня, сегодня собирающейся покинуть это место, ей предстояла реабилитация, что должна занять еще не менее пары недель. Девушку нашли довольно быстро после того, как потушили огонь. Ее случай назвали чудом и вроде даже хотели приставить к награде, но замяли это дело. Ведь она никого не спасла, а по большому счету, вообще оказалась жертвой предателя и чуть ли не пособницей преступника, причастного к смерти около двадцати человек.
— Опять смотришь? — поинтересовалась она тихо.
— Да. — Я грустно улыбнулась, крепче сжимая кружку с чаем.
— Ждешь?
— Жду. — Я кивнула и словно невзначай почесала щеку, пряча за этим движением все же скатившуюся по ней слезу.
— Совсем ничего?
— Нет, — прошептала, совершенно не имея сил говорить вслух, но тут же спохватилась, — а у тебя? Ты не смогла найти его? Ты же сама говорила, что можешь найти любого!
Этот разговор у нас возникал уже не раз и не два, и всегда ответ Чези был одинаков: "Нет".
— Нет, прости, — девушка отвернулась, — иногда, если человек не хочет, чтобы его нашли…
Чези была умной, веселой и очень-очень сообразительной. Хотя и дурак бы понял, если бы его по два-три раза спрашивали об одном и том же. А я не могла не спрашивать, ведь, в отличие от меня, она имела не только врожденный талант, но и доступ к информации из департамента. Ребята навещали ее почти каждый день. А я, дождавшись их ухода, пробиралась в палату к брюнетке и жадно слушала новости, надеясь узнать хоть что-то.
— Понятно, — я хмыкнула. — А как твоя спина? Ничего не болит? Уверена, что тебе можно вот так просто разгуливать?
— Нормально. — Чези скривилась и тоже уставилась в окно. — Все будет хорошо.
Я промолчала, так как ее слова не подразумевали под собой хоть какой-то мой ответ или комментарий. Я знала, что удар в спину от Кея был для девушки настоящим “ударом”. Во всех смыслах. Ведь кроме того, что они часто работали вместе, Чези и Кей были очень близки.
Однажды мы разговорились об этом, и в момент излишней откровенности Чези поведала мне, что для нее Кей был больше чем другом. А потом долго-долго плакала и сокрушалась, что, заметив в нем изменения, не придала им особого значения.
Вообще я часто слышала, как она плачет, все же нас разделяла лишь тонкая стена. Но заходя в палату, натыкалась только на ее чуть покрасневшие глаза и улыбку. Мы довольно быстро сблизились, наверное, отчасти испытывая похожие чувства потери и разочарования.
— Я жду не дождусь, когда свалю отсюда. — Чези осторожно легла на бок, подперев ладонью щеку. — Устала я тут прохлаждаться, сил никаких нет. Хочется чем-то заняться таким, знаешь…
— Чтобы голову занять, — кивнула я понимающе. — Да…
Чези натянуто улыбнулась.
— Тебе хорошо, скоро экзамены, — она хмыкнула, — займешь голову так, что ого-го!
— Ну да, надо закончить Академию. — Я покосилась на нее и вновь уставилась в окно.
Плевать мне было на экзамены, на учебу, на все было плевать, я хотела только одного — узнать, почему Ксандр Роутек ни разу не появился. Он ни сам не приходил, ни являлся во сне. Мои сны вообще все чаще напоминали мутно-серые провалы. Казалось, стоит мне сомкнуть веки, и я увижу его. Я даже была готова вновь и вновь ощущать то жуткое, бесконечное чувство падения, только бы снова увидеть его. Просто увидеть. Но нет, вместо этого я проваливалась в серое марево и из него же выныривала утром, готовая выть от тоски.
Мама и Маркус навещали меня ежедневно. Я знала, если бы маме позволили, она бы вообще прописалась в моей палате, ежесекундно изводя меня своей безграничной заботой и любовью. И порой готова была ей это позволить, но видеть то, в каком я “морально-убитом” состоянии и переживать еще и по этому поводу, я ей позволить не могла. Да и Маркус, с которым наши отношения перешли на новый уровень, как всегда жалел меня.
А еще я все чаще замечала, что мама слишком уж много времени проводила в больничном корпусе, даже если и не рядом со мной, и мне было интересно. Мысли об этом заставляли мою голову работать, искать ответы и строить предположения.
Маркус всегда оставался собой. Сдержанный на людях, он превращался в совершенно другого человека, стоило только нам с ним остаться наедине. Скинув белый пиджак лекарского корпуса, он устраивался рядом со мной и, приобняв за плечи, начинал рассказывать какие-то забавные истории из своего детства или что-то веселое, что в очередной раз учудила его обожаемая жена.
Сначала я удивлялась тому, что он проводил так много времени рядом со мной в палате, да еще и совершенно свободно расхаживал по больничному корпусу, не говоря уже о том, как легко и быстро нашел общий язык с его работниками. Оказалось, что отец, а теперь я позволяла себе думать о Маркусе именно как о настоящем отце, заскучал, сидя дома, и мама уговорила его вернуться к работе, только на этот раз не в Лабораторию, а в более “гражданское”, так сказать, место.
Хотя теперь я понимала, что и предыдущую свою деятельность он окончательно не оставил. А благодаря протекции Императора готовился занять руководящий пост и там, и там.
Что касалось самого Императора и его альтер эго, то господин Окс появлялся в моей палате регулярно и долго молчал, предпочитая демонстративно оставаться невидимым и немым. Я же предпочитала его не замечать, все же немного опасаясь появления этого человека в моей жизни.
Но именно сегодня после ухода Чези решила заговорить:
— Думаете, я и правда смогу стать такой же, как она?
— Как она? — прозвучало в тишине.
— Как Чези… — Я покосилась в угол комнаты, куда с недавнего времени начала ставить стул, все же мужчина подолгу стоял там неподвижно.
— Вряд ли, — прозвучал ответ, а я только грустно вздохнула.
А потом Окс неожиданно поднялся со стула, став видимым, и, сделав пару шагов ко мне, остановился посреди комнаты:
— Думаю, ты станешь лучше Чези. Ты любопытнее и бесхитростнее. Я уверен, что у тебя большое будущее. Не говоря уже о том, что не только я, но и сам Император возлагает на тебя огромные надежды…
Несмотря на излишне прозрачный намек Окса, мне нечего было ему ответить, да и требовался ли ответ? Мы снова замолчали, каждый думая о своем.
Спрашивать его о Роутеке не хотелось, я и так выглядела слишком жалкой. Словно прочитав мои мысли, как он делал это уже раньше, Окс произнес:
— Вы похожи, Кира. Вы с Ксаном.
— Что? — Я встрепенулась.
— Вы очень похожи, хоть и разные. И знаешь… — Окс протянул руку, и стул из угла комнаты пропал, тут же появившись за его спиной. — Он такой же, как и ты. Слишком честный, слишком совестливый. Переживает постоянно из-за какой-то ерунды…
— Я не… — начала я, но Окс меня перебил.
— Он такой же чужой… — Артур Окс дал мне несколько бесконечно долгих секунд, чтобы осознать эти слова, а потом продолжил: — Ты же знаешь, что он не родной сын Эльдера и вообще имеет к его семье довольно поверхностное отношение?
Я только кивнула и закусила губу, жадно вслушиваясь в его слова.
— Старший Броуди нашел его в одном из разрушенных домов после того, как ушли тени. Дикий, совершенно дикий мальчик. Он не умел говорить, ничего не понимал, ничего не помнил о себе. Решив, что у ребенка психологическая травма, Броуди взял его к себе в дом, обучал и воспитывал как собственного сына, хотя у него самого на тот момент на руках был пятилетний пацан. Рик. Время шло, Ксандр был на удивление любознательным. Он словно губка поглощал знания, впитывал все, интересовался миром вокруг и безумно, безумно любил одну девушку.
— Лидию… — прошептала я, стараясь скрыть боль и жгучую ревность к той, что была так важна для любимого мужчины.
— Лидию, да, — Окс кивнул. — Тихую, умную, не по годам хитрую и невероятно красивую, что уж скрывать. Отец Лидии радовался, что столь ужасное событие не нанесло психике его дочери особого вреда.
— Жаль, что он ошибся… — не удержалась я от комментария.
— Жаль. — Окс кивнул. — Кто знает, как бы сложилась судьба каждого из нас, если бы мы узнали обо всем раньше… Но дай мне закончить.
Он растянул губы в какой-то странной, пугающей улыбке.
— Итак, Ксандр влюбился. О, их отношения начались, когда Лидии едва исполнилось семнадцать, хотя, как ты понимаешь, такое не принято в нашем обществе. Но все знали, насколько их чувства глубоки, во всяком случае со стороны это выглядело именно так. Он поступил в Академию и, закончив ее, пошел по стопам отца. Занялся наукой, исследованиями материи, так же, как и Эльдер, начал преподавать, затащив на свой поток самых близких и любимых людей — Лидию и Ричарда. Ричард был второй его слабостью после Лидии. Нет, конечно, все видели, что Рик обожает Лидию, но понимали, что у него никаких шансов против Ксандра. Спустя пару лет Эльдер отошел от дел, полностью посвятив себя исследованиям и развитию собственной теории, думаю, ты уже с ней ознакомилась. Кстати, я был сильно удивлен, когда узнал, что тебя допустили к архивам департамента.
— К чему? — не поняла я.
— К архивам. — Окс хмыкнул и удивленно поднял брови. — Викси чуть всю плешь мне не проел, требуя вернуть материалы. Он же с этим папками и коробками как с детьми родными носится! Что? Да ладно, ты не знала, чем занималась все это время?..
— Простите, но… — Я рот открыла от удивления. — Вы хотите сказать, что я…
— Да! — Брюнет аж крякнул. — Вот же чертов пацан!
— Надеюсь, там не было ничего важного или…
— Это архивы департамента, там абсолютно все важно! — Окс рассмеялся, откинувшись на стуле. — В любом случае ты в курсе, кто такой Эльдер Броуди, а значит, ты знаешь суть его теории.
— Да, — я кивнула и продолжила: — Господин Роутек рассказывал мне.
— Прекрасно! — Окс хлопнул в ладоши. — В общем, он построил в Академии лабораторию, в которой проводил опыты и создавал свою машину…
— Ту самую?
— Совершенно верно, — кивнул Окс. — Только он уж точно никак не планировал применять ее в целях разрушения собственного мира…
— Да, понимаю, — я тоже кивнула, — иногда самые хорошие намерения ведут не к самым хорошим результатам.
— Согласен, — Окс снова улыбнулся. — Департамент был одним из ведущих спонсоров этих исследований, ведь мы как никто хотели стабильности и безопасности для каждого. Поэтому, когда произошла трагедия, унесшая жизнь Эльдера и исковеркавшая жизнь его сына, мы попытались замять дело. И у нас это неплохо вышло, люди быстро забывают о том, что перестает раздражать их зрение, слух, душу…
— Погодите! — Я привстала. — Вы хотите сказать, в том, что произошло, были замешаны и Ксандр, и Рик, и Лидия?! Ну конечно же! Мы перерыли всю сеть, пытаясь отыскать о них хоть какую-то информацию, но у нас ничего не вышло. Они были, но их как бы не было!
— Вы?
— Да, — отмахнулась я, — мы с Нель. О, я даже архивы поднимала, но абсолютно ничего не смогла найти.
— Госпожа Брад довольно интересная девушка…
Я покосилась на Окса, и он рассмеялся, вскидывая руки.
— Молчу-молчу!
— Нель и правда очень хорошая, — серьезно произнесла я, — без нее я бы не справилась. Она меня, — я сглотнула слюну, ставшую неожиданно вязкой, — она меня спасала каждый день. Без нее я бы уже давно сдалась или еще хуже…
— Понимаю, — Окс ухмыльнулся, — но я бы хотел закончить. Итак, произошла трагедия — взрыв. Почему, что стало его причиной, нам выяснить так и не удалось, но мы знали лишь одно — виной всему стала Лидия. Последние месяцы она все чаще приходила к Эльдеру, искренне, как нам тогда казалось, помогая в исследованиях… Ксандр опоздал, но не это гложет его больше всего. Вытаскивая Лидию, он оставил в огне Эльдера. Понимаешь, он считает, что мог спасти и его, но не сделал этого. И еще одна вещь… — Окс прищурился, словно проверял, внимательно ли я его слушаю. — В тот раз машина тоже работала, но мы этого не знали. Просто не поняли…
— Что?
— А то… Она работала, и материя была нестабильна. Понимаешь, Ксан вынес Лидию и не пострадал, но решил вернуться… Вернуться и попытаться спасти отца… Но вместо него нарвался на иного…
Я нахмурилась, понимая, что Окс хочет что-то сказать этим. Что-то такое важное, о чем я уже слышала ранее! Что-то об огне и следах, и…
— Ожоги?
— И ожоги, — медленно кивнул Окс. — До того случая Ксандр был обычным, ничем не примечательным. У него не было сил и он их никак не проявлял. Роутек считался великолепным теоретиком, но практика… увы, нет.
— Подождите, — я встряхнула головой, — что вы имеете в виду?
— Что, как и ты, — Окс кровожадно ухмыльнулся, — Ксандр выжил тогда только потому, что смог проявить свои силы. Как и ты! — повторил он.
Я открыла рот, резко выдохнула и закрыла его, не зная, что сказать.
— После того как все произошло, парень попал в руки талантливого ученого, занимавшегося, как и Эльдер, исследованием материи. Он спас парня, даже сохранил ему ногу, только не все было так просто. Раны оказались нанесены не огнем, а чем-то иным, способным изменять структуру ткани. Вначале те шрамы, что ты теперь видишь, не были такими уж, — Окс взмахнул рукой, подбирая слова, — явными. Но со временем все становилось только хуже. Я был уверен, что он и ноги лишится, а потому предложил тому самому ученому исследовать этот случай. И он нашел хоть и не панацею, но дал Ксану возможность выжить. Когда мы достигли успехов в создании стабилизирующей эссенции, вводимой в кровь, лицо Ксандра было уже не спасти, а вот за ногу мы повоевали. К сожалению, препарат быстро выводится из организма, и он вынужден принимать его постоянно…
— С трудом верится, что целая лаборатория напрягалась из-за одного парня.
— Не надо делать из нас хороших. Поверь, мы не такие и, конечно, не преследовали высшие цели. Но он гражданин Империи, и у нас вышло взаимовыгодное сотрудничество. Ну а теперь сама знаешь…
— Подождите, а Ксандр знает, что вы и Император?… — начала я, но лицо Окса вмиг изменилось. Он вскинул руку и прижал палец к губам.
— Т-с-с! Не нужно произносить это вслух…
— Простите… — прошептала в ответ. — То есть он не знает?
— Нет. Не стоит лишать каждого из нас того, что мы обрели. Пусть это немного нечестно, но…
— Я поняла, — кивнула, — каждому нужен друг. Даже вам…
Окс снова скривил губы в некоем подобии улыбки.
— А все же к чему вы мне об этом рассказали? Решили не оставить мне выбора?
— Типа того. — Он поиграл пальцами.
— Заманить в свои коварные лапы?
— Ну, лично я за свои лапы боюсь. — Окс демонстративно потрогал свою челюсть. — Что кое-кого трогать опасно, понял… Но да, что-то вроде того…
— Ну ладно, хорошо, — я кивнула. — Вы мне рассказали все это, но для чего? О том, что он безумно любил Лидию, прощал ей все и так далее, я уже поняла. Простите, я неспециально, но слышала, как вы говорили о том, что он… и она…
Я замялась, просто не в силах произнести это вслух.
— Да, — Окс кивнул, — но я считаю, что Лидия его искренне любила… Все изменилось после того взрыва. Тогда ее словно подменили…
— Он испачкался, — ошарашенно прошептала я, вспомнив слова Лидии, — испачкался…
— Что? — переспросил Окс, и я повторила уже громче и увереннее:
— Испачкался! Понимаете, Лидия считала, что способности щита — это грязь, грязная кровь, которая привлекает иных. Как зараза! Именно из-за нее они и рвутся к нам… Ну, то есть она думала, если уничтожить эту заразу, то и мир станет лучше, чище… А когда Ксандр проявил свои силы, для нее он стал “грязным”.
— Понятно, — странно хмыкнул он. — А Рик, значит, не был…
— Наверное, — пожала я плечами, — но и Рика она не любила… А вот он ее обожал, слепо… как и Кей…
Я замолчала, поймав его отсутствующий взгляд. Окс словно смотрел сквозь меня.
— Невероятная харизма у нее была, это точно… — произнес он наконец. — Девушка без проблем управляла людьми вокруг себя. Вертела ими, играла словно солдатиками, переставляя на поле… В нее невозможно было не влюбиться. Просто невозможно, стоило ей только захотеть и…
— И все-таки, — прервала я его тихую речь, — господин Окс, зачем вы рассказали мне все это?
— Зачем рассказал?.. — все еще находясь мысленно где-то в другом месте, повторил он.
— Да. — Я кивнула, вновь переведя взгляд в окно, смотреть на мужчину не хотелось.
— Я хотел рассказать, что после произошедшего Ксандр сильно изменился. Его зависимость от Лидии стала болезненной, настолько болезненной и ненормальной, что это было сложно выносить… Понимаешь? Чем дальше он находился от нее, тем было хуже. Нервный, дерганый, болезненно ревнивый. Он изводил себя, принимая от нее любые подачки как невероятно ценные дары… И конечно, спал, если она это позволяла.
— Хватит!
— Нет, дослушай до конца! А потом… — он хмыкнул. — Сейчас я понимаю, что она совершила ошибку. Одну-единственную, крохотную, но… Мы вышли на след и знали, что все пути, так или иначе, ведут сюда… в Академию.
— Да, Ксандр говорил, что вы вышли на след, ведущий в Академию, но дальше продвинуться не смогли, так как тут он потерялся.
— Верно, понимаешь, след есть у живого человека, прорыв оставляет след, материя обладает памятью и даже она оставляет следы. А машина… следов не оставляла.
— То есть вы ощущали ее, но не могли найти, потому что это не был человек?
— Да, — он кивнул, — не знаю как, но Лидии удалось спрятать то, что осталось от машины, а потом восстановить ее. Невероятная особа! Просто невероятная! Ее бы способности да…
— Господин Окс! Я вас прошу, мы можем уже закончить?
Я нетерпеливо поерзала на кровати.
— Т-ш! — шикнул он на меня. — Я к чему веду, Кира. Ксандр любил Лидию настолько сильно, безумно, просто жутко… можно подобрать еще миллион разных эпитетов, способных охарактеризовать его помешательство на этой женщине…
— Господин Окс!
— Но! — повысил он голос. — Но все…
— Пожалуй, остальное я должен объяснить сам, ты не находишь, Арт?
Ксандр Роутек стоял в проеме двери и смотрел на меня.
— Черт! — Окс подскочил на месте. — Ну наконец-то! Я чуть не помер, пока развлекал эту рыжую! Я еще ни разу не тратил впустую так много времени на болтовню с красивой девушкой, тем более если она уже в кровати!8c847c
— Господин Окс!
— Арт! — Роутек практически прорычал его имя, но, поймав ехидную ухмылку главы департамента, резко выдохнул: — Спасибо, друг.
— Что? — Окс хохотнул, сунул руки в карманы брюк, отзеркалив позу Роутека, и качнулся вперед. — Повтори!
— Вали уже, — Ксандр кивнул на угол, из которого пришел Окс.
— Ну вот так всегда… Ладно, дорогая госпожа Марс, мне уже пора! Надеюсь, мы с вами пришли к согласию по паре важных вопросов. До встречи.
С этими словами он развернулся и исчез. Но я этого уже не видела, просто в какой-то момент поняла, что мы с Ксандром Роутеком остались одни. Я смотрела на него, стараясь запомнить, впитать образ этого мужчины. Запечатлеть его внутри себя, боясь, что больше не увижу его. И эти слова… они все еще гремели у меня в голове:
“…я к чему веду, Кира? Ксандр любил Лидию настолько сильно, безумно, просто жутко… можно подобрать еще миллион разных эпитетов, способных охарактеризовать его помешательство на этой женщине…
…Пожалуй, остальное я должен объяснить сам…”
— Кира, — наконец заговорил блондин, сделал шаг вперед и прикрыл за собой дверь.
— Господин Роутек, — с трудом, практически не дыша, прошептала я.
Ксандр застыл на несколько секунд, а потом сделал несколько широких шагов, пересекая комнату. Остановился рядом с кроватью, глядя на меня так пристально, что я не знала, куда себя деть.
— Кира…
— Я… — я шмыгнула носом. — Я все понимаю… Мне, правда, очень жаль, что я вас не послушала… Тогда, возможно, в таком случае, она бы не…
— Кира… — Ксандр опустился на колени рядом с кроватью так, что его глаза оказались на одном уровне с моими. — Ты поступила правильно. Это во-первых.
— Я…
— Тихо, — он подался вперед, прикрывая мой рот пальцем и заставляя замолчать, — я хочу все же объясниться. Я уже говорит тебе, что я не “прекрасный принц”, больше нет… Я чудовище. Сломанный, исковерканный во всех смыслах человек, и да, я хочу, чтобы ты знала: я любил Лидию. Отчаянно любил. Отчаянно ревновал, отчаянно боялся потерять. Порой мне кажется, что я испытывал это чувство всю жизнь… Ведь это единственное чувство, что я знал с того момента, как помню себя, и…
— Хватит! — Я вскинула руки, не желая слушать о чувствах мужчины к той, что сломала его, к сумасшедшей, готовой уничтожить всех вокруг ради одной цели, рожденной ее больной фантазией.
— Нет, послушай! — Он схватил мои ладони, сжимая их и заставляя опустить руки. — Я любил ее! Любил! Но тебя я тоже люблю, Кира!
— Но не так! — закричала я. — Не так!
— Нет, черт побери! — Он вскочил на ноги. — И я счастлив, что мои чувства к тебе другие! Совсем другие! Я люблю тебя, Кира, но так, как уверен, не полюблю никого и никогда! Слышишь?
— Что?
— Я люблю тебя, Кира Марс. Я испытываю все эти чувства: люблю и ревную, и злюсь… Я радуюсь, я растерян, я напуган, но я не в отчаянии. Понимаешь?
— Нет… — выдохнула еле-еле.
— Я… — Он вновь опустился на колени, придвигаясь максимально близко. — Я не в отчаянии. Я забыл, что значит испытывать отчаяние.
— Это хорошо? — Я заглянула в его глаза, стараясь разглядеть в них ответ.
— Это невероятно. — Роутек улыбнулся, но как-то странно, немного криво и неуверенно, словно разучился это делать. Словно заново вспоминал. — И я ужасный трус.
— Почему?
— Боюсь, что не смогу удержать рядом с собой такую девушку, как ты… Боюсь разочаровать тебя. Боюсь, что не буду соответствовать твоим мечтам. Боюсь потерять твое уважение. Боюсь…
— Но ты не в отчаянии?
— Нет.
— Тогда прекратите трястись от страха, господин Роутек, — улыбнулась я, ловя улыбку, загорающуюся в его глазах, — и поцелуйте уже меня.