51. Лера

— Алиса говорит, что я смотрю слишком много сериалов. Я ведь права?

Почему я должна ей открываться? Чтобы потом узнала Алиса, а следом Миша? И все вышло из-под контроля, а планы пришлось бы менять.

— Нет, — качаю головой из стороны в сторону. — Вы ошибаетесь теть Нин, я просто набрала вес на ваших борщах.

— Ну не хочешь, — она слегка улыбается и соглашается с моим решением молчать, — можешь не рассказывать. Месяц-другой и там ты уже не отвертишься. Пошли ужинать.

Она разворачивается и выходит из комнаты. Это даже не было вопросом. Это просто был факт. В котором она уже не сомневалась. Откуда только? Ладно, сегодня я живот рассматривала, но ведь и она вела себя так, как будто давно знает или догадывается. А если Алиса тоже вот так догадывается?! Они ведь могли это обсуждать.

Я тихо выхожу из комнаты и иду на кухню. Усаживаюсь за стол напротив нее и вдыхаю аромат горохового супа. Помню в детстве меня не могли заставить есть супы, а сейчас я люблю все, что готовит тетя Алисы.

Если вдруг она еще не поделилась своими наблюдениями с Алисой, то вполне возможно, скоро это сделает и вдвоем они меня дожмут. Этого я не могла допустить никак. Как бы я не хотела говорить об этом, но сейчас проще признаться одному человеку, чем потом прятаться ото всех.

— Даже то, что ты сейчас молчишь и перевариваешь это все в себе, тебя выдает. Ты другая, когда слышишь про себя ложь. Ты будешь отстаивать или злиться. Обороняться. Но ты не будешь молчать и прокручивать тысячи мыслей в себе.

Какой смысл уже скрывать, если она и так знает, и похоже, я ее не переубежу. Вот, кто умеет читать людей по жестам.

— Да, я беременна, — опускаю глаза в тарелку, готовясь слушать лекцию.

— Правда? — она даже вскрикивает и начинает хлопать в ладоши, — я стану бабушкой?

Я не могу не улыбнуться ее радости. Человек, о котором я вообще не думала, что он первым узнает, радуется сейчас за меня больше всех.

— Думаю, Алисины дети вам скорее будут внуками.

— Да вы как сестры, значит мне как племянницы обе. А кровное родство — это не главное. Я так понимаю, что никто не знает?

— Нет, никто, — я качаю головой уверенно из стороны в сторону, — и вы тоже будете молчать.

— И что, ты даже Алисе не расскажешь?

— Пока не расскажу.

— Но растущий живот вряд ли можно долго скрывать.

— У меня есть на это причины. Все очень сложно.

Я доедаю суп и убираю тарелку в раковину.

— А отец ребенка тоже не знает?

Я вытираю руки о полотенце и возвращаюсь за стол.

— Я… черт, — я опускаю голову и прикрываю глаза ладонью, — мне правда стыдно это вам рассказывать. Потому что я догадываюсь, что думают люди, когда такое слышат.

— Не пугай меня, Лер. Но я в сериалах насмотрелась столько, что вряд ли ты меня чем-то удивишь.

— Я не знаю, кто отец ребенка.

В ответ я слышу ее шумный вдох через зубы.

— Совсем не знаешь или сомневаешься? — аккуратно переспрашивает, но, как ни странно, даже сейчас я не чувствую осуждения.

— Сомневаюсь. У меня был жених, китаец, Ваня, мы вместе приехали перед свадьбой Алисы сюда, а потом, незадолго до самой церемонии, ему надо было вернуться на Родину, а я осталась. Потом это подготовка к свадьбе, все как-то само завертелось и … ну так получилось.

— Значит, я его знаю? — Она загадочно улыбается, рассматривая меня.

— Знаете.

— Ну у меня только один вариант. Миша?

Не женщина, а Нострадамус.

— Я встречалась с одним, а потом следом с другим. Можете только это не комментировать? Я и так понимаю, что сделала плохо, когда изменила Ване. Вроде бы по срокам это должен быть действительно Мишин ребенок, но черт, кто на самом деле знает, когда было зачатие и кто отец?

— Подумать только, — Она заваривает нам чай и ставит кружки на стол. — Так может можно какой-то тест сделать, сейчас же придумали, как и во время беременности определить отцовство.

— Можно, но врач сказал, что в моем случае это опасно. Гарантий, что это не спровоцирует выкидыш, нет. Я долго не могла забеременеть, поэтому мне ставили диагноз “бесплодие”.

— Ну дела, — улыбается тетя Нина, — Мишка наш отцом станет и даже не догадывается.

— Я же говорю, что не знаю, кто.

— Так очевидно же, что Мишаня наш сыграл не последнюю роль. Ты долго страдала бесплодием, а тут вдруг появляется Миша и бесплодие рассасывается. Это ваш малыш выбрал себе родителей и просто ждал, когда вы встретитесь.

Я не могу не улыбнуться. Сейчас это звучит как добрая сказка.

— Ну со стороны да, но, как было на самом деле, я не знаю. Никто не знает.

— Так почему ты никому не расскажешь?

— Алиса общаетсяа с Мишей и я не уверена, что она случайно не проговорится или не намекнет. К тому же, она как-то не очень хорошо относится к нашему с Мишей общению.

— А вы общаетесь, вы может и встречаетесь тайно, вы вместе?

— Нет, мы не вместе. Мишу очень задело, что тогда я выбрала не его и после свадьбы улетела в Китай. Поэтому сейчас он ведет себя так, словно и не было ничего. Алиса тоже злится, что я с ним была, развлеклась, а потом бросила. Рассказать Мише это — как дать ложную надежду. А вдруг это Ванин ребенок? Не каждый захочет растить чужого ребенка, еще и похожего на китайца.

— Такого я ни в одном сериале не видела. А твои родители?