Глава 34

Бернар

После откровенного разговора по душам с Леной я чувствовал себя, мягко говоря, хреново. Подобную реакцию девушки на мои слова стоило ожидать.

Она была в шоке, ужасе и праведном недоверии. Не каждый день обычный человек узнает, что не все так просто в этом мире, и помимо человеческой расы существует и иная.

Не каждый день человек узнает, что все, что он ранее знал, обстоит немного по-другому. И реакция Лены была оправданной и даже вполне адекватной. Она не билась в истерике, не заламывала руки, не кричала и не гнала меня с воплями: «Чудовище» или «Урод». Не порывалась звонить в службы правопорядка и заявлять о том, что рядом с ней находится неадекватный мужчина, убеждающий, что он оборотень.

Слава всем богам, нет.

Наоборот, старалась понять и разложить в своей маленькой умной головке все сказанное по полочкам.

Но и, естественно, не была рада вновь открывшимися фактами. А тем более главному факту, что теперь она накрепко связано с одним конкретным оборотнем.

Мной.

Я все это прекрасно осознавал и понимал, но легче мне не становилось. В горле встал ком, грудь сдавило тоской при воспоминании об испуганном взгляде моей девочки.

На напоследок она попросила лишь об одном — о временной отсрочке, чтобы прийти в себя и принять какое-то решение.

Хотя, какое решение тут можно было принять? Кроме одного правильного и верного — оставить все ненужные мысли за чертой и просто быть со мной.

Дать нам шанс.

К тому же, чтобы инстинкты полностью вошли в силу, много времени не нужно. Все равно с другими мужчинами она быть больше не сможет, да и никогда не смогла бы. Так о чем тут можно думать?! Но я дал ей это время.

Со скрипом зубов, но дал. Понимая, что излишнее давление не приведет ни к чему хорошему. Все же я давно не юнец-максималист, а уже состоявшийся мужчина, умеющий держать эмоции под жестким контролем.

Хочет время, пожалуйста.

Как раз и у меня будет время, чтобы найти крысу. И вернуть утраченное. Вместе с, надеюсь, живым водителем. Хотя уверенность в том, что Толкачев по итогу окажется живым, с каждым днем уменьшалась.

И снова мысли вернулись к предначертанной. В который раз позавидовал брату белой завистью. С его парой, Иларией, у него изначально не было никаких проблем. Не прошло и трех дней после знакомства, а они уже скрепили связь. Причем Илария сама того хотела без давления инстинктов.

В отличие от моей Лены.

Да и на правду о нашей расе отреагировала положительно. Правда, брат упоминал, что она читала некие фэнтезийные книги и сама втайне хотела встретить именно такого мужчину.

М-да. Мечты порой сбываются.

А о чем мечтает моя Лена?

Как бы мне хотелось залезть в ее голову и понять, что творится в этой маленькой светловолосой головке. Какие мысли бродят и о чем мечтает. А желательнее всего узнать ее мнение обо мне.

О нас.

Зверь внутри удовлетворенно рыкнул, давая понять, что ему тоже бы не помешало больше знать о нашей паре.

* * *

Одевшись в обычный, пошитый на заказ костюм-двойку, поправил галстук, раздраженно морщась при виде этого атрибута одежды. Терпеть не мог галстуки. Вечно придавливало горло и вызывало ощущение, что я ― словно этакая собака на поводке.

Но также и понимал его необходимость.

Кинул последний оценивающий взгляд в зеркало и, еще раз пройдясь расческой по зачесанным набок волосам, потопал к брату. Каму-то же я должен был излить свою душеньку на несправедливость этого мира.

Ехидный фырк сам сорвался с губ.

Айсар оказался в своем номере. Завалился к нему, и мы достаточно долго, попивая мягкий дорогой виски, разговаривали на тему парностей. Час, не меньше.

Брат не удивился и даже и бровью не повел, когда я ему поведал о произошедшем и последующем разговоре с Леной. Только поначалу не смог удержать придушенного смешка, замаскировав его под кашель.

Однако после посоветовал не гнать впереди бегущего паровоза и не надоедать Медведевой своей ревнивой, цепко следящей за каждым ее движением рожей.

На этот раз смешок не сдержал я сам.

Брат понимал меня как никто на свете. Проще говоря, зрил в корень.

Потому как меня, только относительно недавно оставившего пару, так и подмывало встать и помчаться к ней обратно. Чтобы всеми правдами и неправдами, а точнее словами и жарким изматывающим делом доказать ― лучше меня у нее точно больше никого не будет. И что я ей действительно нужен.

Да, Бернар. Дожили.

Уже готов по первому щелчку бежать к девочке, ползти на брюхе, вымаливая ласку и нежность. А самое главное ― ту чертову нужность, которой сейчас катастрофически не хватало.

Черт. Я вдруг действительно почувствовал себя до жалкого одиноким. Без нее, без этой блондинистой засранки, мне больше жить не хотелось. Только не после наших с ней милых препирательств и язвительных комментариев. Только не после того, как я успел прочувствовать нежность и вкус ее кожи.

Вкус ее самой.

После нашего с ней слияния жизнь разделилась на до и после. И сейчас, сидя в кресле напротив брата, я это понял как нельзя хорошо.

А она? Она сможет без меня? Такая, как Лена, наверняка сможет.

Млять.

В моей руке лопнул бокал, проливая на мягкую ткань костюма жидкость, смешанную с кровью, и осыпаясь мелкими осколками.

— Бернар, — наградил меня братец укоризненным взглядом, протягивая чистое полотенце. — Спокойно. Я понимаю, что ты сейчас чувствуешь. И не надо так скептически смотреть. Действительно понимаю.

Промолчав, благодарно кивнул и, заматывая в полотенце пострадавшую конечность, взглянул на грязный костюм, неодобрительно поджимая губы.

— Мне нужно переодеться. Все в порядке, Айсар, — устало вздохнул, поднимаясь. — Так, времени до начала банкета осталось немного. Встретимся внизу или мне зайти?

— Заходи. И Бернар, — окликнул он меня в дверях. Повернувшись, вопросительно выгнул бровь. Брат, куснув губу, пряча сочувствие, выдавил: — Постарайся как можно меньше думать. И не дави на нее. Лучше от этого точно не станет, по себе знаю.

— Да понял я, — буркнул. — Илария все же ушла с Леной?

— Да, она ей позвонила и просила о встрече. Надеюсь, моя малышка прочистит мозги твоей строптивой паре. Лара это умеет. Несмотря на ее непосредственность, она у меня молодец.

— Не сомневаюсь. Жди.

Как бы я хотел, чтобы слова Айсара были пророческими. Но, зная Лену, понимал: ни Лара, ни я, ни уж тем более Айсар на ее решения повлиять уж точно никак не могли.

* * *

Переодевшись в другие брюки и простую черную рубашку, втайне порадовался, что проницательный брат, совершенно не слушающий моего раздраженного ругательства, заставил взять с собой сразу несколько комплектов одежды на непредвиденный случай.

Непредвиденный случай как раз-таки и наступил. Да и возможность откинуть не вязавшийся с данной одеждой чертов галстук тоже пришлась кстати.

А уже на обратном пути к номеру Айсара мне позвонил Дин, сухо сообщив неприятную новость. Очень неприятную новость. Настолько неприятную, я бы даже сказал отвратительную, что телефон едва не постигла участь бокала.

Оставшийся путь я проделал со скоростью кометы, на ходу набирая Даринкова и обозначая ему ситуацию, приказал прислать в «леса» наших безопасников.

Может, вызывать такую многочисленную бригаду для поимки одной хрупкой девицы было и чересчур, но я был настолько зол, что мне было уже все равно.

Я сам горел желанием найти маленькую крыску, а точнее змею, и вывернуть ее гнилую душеньку наизнанку, предварительно свернув само тельце в не слишком аккуратный рогалик.

Так что вызванная «подмога», можно сказать, была для меня.

Гневно раздувая ноздри, ввалился к Айсару, обескуражив того своим взъерошенным видом, и не давая вставить и слово, выпалил:

— Со мной связался Дин Картнер. Они вычислили ее, Айсар.

— Кого? — посерьезнел брат, уже начиная что-то понимать.

— Нашу крысу. Где девочки?

Брат хмурился, сдвигая светлые брови на переносице.

— Лара сказала, что они пойдут прогуляться. Далеко отходить не будут. Кто он?

— Она, — буркнул я, остервенело вбивая номер Лены в поиске и, услышав гудки, облегченно выдохнул. — Это не он. Это ― она. И она сейчас где-то неподалеку от девочек. А возможно, и с ними. Черт, бери же ты трубку!

— Что? — помрачнел брат, сжимая и разжимая кулаки. А затем сам начал лихорадочно шарить по карманам, выуживая телефон. — Кто. Она. Бернар?

Я уже собирался ответить, как в трубке услышал взволнованный голос Лены:

— Бернар?

— Где вы? — холодно уточнил.

— Мы уже идем в сторону гостевых номеров. И примерно через… пятнадцать минут будем у вас. Бернар, мы тут совершенно случайно узнали такое!

— Пятнадцать минут?! Лара заверяла Айсара, что вы далеко отходить не будете. Ну-ка, ноги в руки и бегом сюда! Быстро, Лена! И не стоит со мной сейчас пререкаться, дор-р-рогая, — предупредил, слыша гневное сопение в трубке. — Я не шучу. У вас пять минут. И ни с кем по дороге не разговариваете. Поняла? Молодец.

— Они скоро будут, — ответил не на шутку взволновавшемуся братцу. — Так вот, ты не поверишь, Айс. Наша крыска…

«Да что такое-то?»

Меня прервали осторожным стуком в дверь.

Покосившись на телефон, задумчиво протянул:

— Слишком быстро.

Айсар первым ломанулся к двери, широко распахивая ее. И на пороге, вот так сюрприз, оказалась Алина Калистова собственной персоной.

Хищно оскалившись, шагнул ближе, вставая у стены и опираясь на нее плечом таким образом, чтобы девчонка меня сразу не увидела.

— Алина? — удивился брат, отходя в сторону. — Проходи. Но Лары нет в номере. Она с Леной. Что-то случилось? Почему глаза красные?

— Все в порядке. А, мистер Фрост, вы случайно не знаете, где мистер Бьорн? Я его искала.

— Да-а-а? — ядовито протянул, резко выходя и втаскивая растерявшуюся лживую жучку в номер. — И что же ты хотела, Калистова? Может, покаяться в совершенных грешках?

— Что? — пискнула она, широко распахивая деланно невинные и действительно красноватые глаза. — Мистер Бьорн, я не понимаю.

— Я, собственно, тоже, — протянул брат, переводя взгляд с меня на растерянную девушку. — Бернар, что происходит?

— Что происходит? — насмешливо переспросил. — Знакомься, Айсар. Алина Калистова, эйчар «Котофф» и по совместительству наша крыса. Замешанная не только в пропаже элитных запчастей вместе с фурой и водителем, но и планомерно сливающая информацию о заказах. И не только. Я все верно сказал, лапушка?

Айсар почернел лицом, вперев немигающий взгляд в сжавшуюся в комочек и уже тихо подвывающую Калистову.

— Это правда, Алина?