Глава 40

Бернар

Как на меня смотрели администраторы на ресепшен, когда я просил у них плетеную веревку, желательно из натурального материала, это стоило видеть.

Я едва сдерживал смех при виде их выпученных глаз и недоуменных переглядываний. Парень даже попытался задать наводящий вопрос: а не собирается ли мистер Бьорн кого-то убивать из гостей или, упаси боже, пытать. И был осажен резковатым ответом, что никого я пытать не собираюсь. А остальное не его дело.

И через недолгое время ожидания мне все же выдали требуемое. Моток плетеной тонковатой веревки из льняного сырья. Не совсем то, что мне нужно. Но для одного раза сгодится.

Поднявшись в номер, бесшумно подошел к кровати, задумчиво посмотрел на тихонько сопящую девушку, прикрытую одеялом. Прикусил губу, хмуря брови. В душе всколыхнулись сомнения: «А стоит ли вообще сейчас делать то, что задумал? Не сделаю ли я хуже тем, что немного введу предначертанную в знание о своих не очень стандартных вкусах? Не испугаю ли».

Все же, стоило рискнуть, чтобы понять, как дальше выстраивать интимные отношения с Леной. Если испугается даже самого малого, то нужно думать о других выходах из ситуации. Потому как отказаться от своего хобби вряд ли смогу. А если примет, то я буду самым счастливым медведем в этом мире.

Отмерив по локтю два отреза веревки, перерезал в нужном месте походным ножом и оставил куски на прикроватной тумбочке. Скинув рубашку, остался в мягких штанах, медленным движением стянул с девочки одеяло, откинул его в сторону, наблюдая, как нежная кожа покрывается мурашками.

Лена была одета только в красную маечку на тонких бретелях и черные маленькие трусики. Очень соблазнительно, я считаю.

Облизнув губы, опустился возле ее ножек на колени, осторожно провел ладонями вдоль линии бедер. Согревая и медленно разводя их в стороны. Ресницы Лены дрогнули, но она не проснулась. Отлично.

Рисуя пальцами на коже узоры, стянул трусики, чувствуя, как только от одного вида полуобнаженной девушки член напрягся и встал по стойке смирно. Какой выдержки мне стоил открывшийся глазам вид нежной розовой плоти, и говорить нету смысла.

Выдохнув, огладил кончиками пальцев ореолы груди, ощущая острые сосочки, сжал их, слегка перекрутив.

Лена дернулась и глухо застонала:

— Бернар.

Нежно улыбнулся. Мое имя, слетающее с ее губ, просто музыка для души. Приспустив маечку, дразнящим движением погладил грудь и, не удержавшись, нагнулся, втянул один из сосочков в рот, посасывая. М-м, как вкусно. Но ниже меня ожидало кое-что повкуснее.

Немного отпустил контроль над зверем, позволяя тому выпустить когти и, едва притрагиваясь к коже предначертанной, разрезал майку воль тела на два лоскута. Изумительно. Прошелся кончиком языка от шейки до холмика со светлыми волосиками, проводя влажную дорожку.

Лена выгнулась, тяжело задышав.

— Берна-а-ар.

«Да, так мне нравится. Нравится слышать твой хриплый, возбужденный голосок с моим именем на устах».

Согнув ее ноги в колени, устроился поудобнее, провел кончиками пальцев по уже влажным губкам, немного раздвигая их и приоткрывая маленькую горошинку, лизнул, пробуя на вкус.

М-м-м. Как самое дорогое мороженое, теперь мой любимый десерт.

Посасывающими, медленными движениями захватил в плен горошинку, чувствуя, как тело предначертанной снова выгнулось, извиваясь. Кончиком языка прошелся по всей длине губок, входя внутрь влажного лона. И снова вернулся к клитору, рисуя восьмерки.

— Бернар, — простонала Лена, маленькими пальчиками зарываясь мне в волосы и не сильно оттягивая. Она попыталась свести ножки, но я не позволил, руками фиксируя ее бедра.

— Доброе утро, — услышал ее охрипший голос, отрывающий меня от такого важного занятия, как исследование языком прелестей пары. — Смотрю, ты решил не откладывать второе слияние на потом?

Вскинул голову, встречаясь с сонными потемневшими глазами предначертанной, расслабляясь и коварно улыбаясь. Судя по ехидной насмешливой улыбке, она совсем не была против моего самоуправства.

— Как же можно было не попытать счастья снова захватить в свое единоличное пользование твою душу и тело.

— А ты точно оборотень? — прошептала она, ахнув, когда мой язык заменили пальцы, поступательными движениями подготавливающие ее для себя. — А не демон, например.

— С чего такой вопрос? — вкрадчиво поинтересовался, жадно отслеживая каждую эмоцию на ее лице. Видя страсть, желание и исступление.

— Ты сказал, что хочешь мое тело. Но тебе еще нужна и душа. Не слишком ли много для тебя одного?

— Нет.

Двинул пальцами глубже, большим пальцем второй руки потирая клитор. Лена закатила глаза, приоткрывая сладкий ротик и тяжело выдыхая. Она зашарила по постели, словно пытаясь ухватиться за гладкую простыню, но ухватила веревку с тумбочки.

Я с любопытством смотрел, как Лена поднесла ее к глазам, непонимающе на нее взглянув. Достал из нее пальцы, присел рядом с напрягшимся телом в ожидании вопросов, которые незамедлительно поступили.

— К-хм. Бернар?

— Да?

— А зачем тебе веревка? — в ее глазах вдруг отразилось понимание напополам с недоверием. — Оу.

— Я не буду спрашивать тебя о том, доверяешь ли ты мне в принципе, — вздохнул, мягко забирая отрезки веревки из ее дрогнувших пальцев. — Но хочу спросить, доверишься ли ты мне сейчас. Сможешь ли довериться именно сейчас? Полностью, Лена.

В ее глазах не было испуга. Только легкое непонимание ситуации и сомнение.

Сомнение мне, естественно, не понравилось. Но я его понимал. Понимал ее.

— Насколько довериться? Будет больно? Ты из этих, да? Что смешного? — буркнула она на мой тихий смех, приподнимаясь и опираясь спиной на кровать. — Что мне еще думать? Ты. Веревка, явно ты ее притащил, чтобы не мокрые труселя на балконе развешивать. И вопрос о доверии, тут тоже не просто так.

— Из кого «из этих?» — хитро прищурился, едва сдерживая смех.

Бледные щечки Лены окрасились едва заметным румянцем. Она, отведя взгляд, твердо произнесла:

— Ну, из тех, кто любит причинять боль в постели. Доминировать там. Я где-то о таком читала.

— Интересные у тебя вкусовые предпочтения в литературе. Но, отвечая на твоей вопрос: не совсем «из этих», — и снова в ее глазах не было страха. Только интерес и легкая настороженность. Отлично. Очень хорошо. — Мне просто нравится практически полное подчинение мне партнерши. Этого не отнять. Думаю, об этом мы можем поговорить в любое другое время. Я обязательно с тобой поделюсь этими аспектами моей жизни. Обычный секс я тоже очень люблю. И Лена, больно не будет. Только приятно. Я обещаю.

— Хорошо, — выдохнула она, подаваясь вперед и обвивая руками мою шею. Приобняв ее за талию, поцеловал в лоб. — Эх, Бернар. Где же я так согрешила? Каких только котят в прошлой жизни топила. Что умудрилась вляпаться, мало того, что в мистера Чертову карамель, так еще и мистера Чертова доминанта.

— Что? — удивился я.

— Не важно. Об этом аспекте своей жизни я тоже расскажу тебе потом, — она серьезно посмотрела в мои глаза. — Я доверюсь тебе. Сейчас и всегда.

— Ты не пожалеешь, — благоговейно прошептал, прижимаясь губами к ее лбу.

Приподняв девушку за талию, переместил напротив себя, беря в руки льняной материал, приказал:

— Сожми ладони в расслабленные кулаки и протяни мне. Дыши спокойно и размеренно.

Лена от моего командного тона замерла, вскинула глаза, изумленно приоткрывая ротик. Я примерно понимал, что она увидела на моем лице. Собранность, отстраненность и холодность. Однако подчинилась.

Она медленно сжала ладошки и протянула мне руки с подрагивающими пальчиками.

— Присядь поудобнее, так, чтобы ноги не затекали. Да, именно, молодец, девочка. Дыши ровно. Не бойся, все хорошо, — спокойным негромким голосом произнес, поправляя ее пальцы, и приступил к обмотке кистей, едва касаясь кончиками своих пальцев нежной кожи. — По возможности, не двигайся.

Лена при моих легких прикосновениях гулко сглатывала и тяжело дышала, но старалась выполнять мою просьбу. Не двигалась. А под конец почти и не дышала, завороженно смотря на переплетения веревки на кистях и узлах.

— Не туго? — тихо уточнил, проверяя плетения. Лена помотала головой, вскинула глаза с расширенными зрачками и, встретившись с моими, снова их опустила. Приподнял ее голову за подбородок. — Все хорошо. Какие ощущения?

— Странные. В том, что ты связал мои руки такими интересными и, я бы даже сказала, изящными узлами, вроде ничего такого нет. Но что-то определенно есть, — честно поделилась она.

Таинственно улыбнувшись, перехватил ее под животик, повернул спиной и, поцеловав в обнаженное плечико, приказал:

— Расслабься. Твоя основная задача ― расслабиться и полностью отдаться мне.

Она закивала, но по напряженной спине я понимал, что с расслаблением будет туго.

Вздохнув, едва касаясь, провел ладонями по спине. Помассировал затылок, надавливая на определенные точки и принудительно расслабляя ее тело. Лена чуть слышно застонала, откидываясь мне на плечо. Уже лучше.

Раздвинув ноги, подхватил ее под бедра, усаживая на свое естество, доходя одним толчком до упора. Лена, приоткрыв ротик, выдохнула, прикрывая глаза.

Поцеловал ее в висок, погладил веревки на запястьях, слегка оттягивая, доводя кожу до онемения. Толкнулся, выбивая из горла ее и свой стон.

Еще раз.

Медленно и осторожно толкаясь, старался не спешить, что тоже требовало просто железобетонной выдержки, огладил ее коленки, больше раздвигая, и переместил руку на нежные, истекающие соками губки. Еще один, особенно глубокий толчок и два коротких. Перед глазами заплясали разноцветные искры. Еще один толчок, глубже, плотнее, сильнее.

Лена, громко вскрикнув, дернула руками в попытке освободиться. Не вышло. И я прекрасно представлял, что она сейчас чувствует. Последний толчок ― и я изливаюсь в нее. Девушка обмякла, распластавшись по моему телу.

Выдыхая, устало погладил ее по голове и, сняв со своего естества, уложил на кровать, медленно развязал плетения и растер онемевшую кожу, блаженно жмурясь. То, что произошло между нами, было чем-то большим, чем просто секс.

Мы были едины не только телом, но и душой.

Она идеальная. И вся для меня. А какие еще интересные вещи с ее телом можно будет сделать.

Столько всего опробовать. Уже в предвкушении.

* * *

Спустя немногим больше, чем несколько оговоренных с Айсом часов, слегка помятые, но весьма довольные друг другом и жизнью, мы с Леной пришли к ресторану, замечая, как половина «отдыхающих» коллег, уже позавтракав, неспешно прогуливалась по территории лесов.

Не менее помятые, чем мы сами, Айс и Лара, уже покушав, попивали кофе, ведя тихие разговоры, и при виде нас только улыбнувшись, хитро и понимающе переглянулись.

Я, усадив пытающуюся казаться невозмутимой Лену с едва заметным, милым румянцем смущения на щеках за стол и не терпя ее возражений, сам занялся выбором еды. Примостившись рядом, пожелал предначертанной «Приятного аппетита», шепнув ей на покрасневшее ушко, что не стоит обращать внимания на этих хитрых интриганов в лице брата и Лары.

Лена только благодарно улыбнулась и приступила к еде.

После завтрака Айсар собрал наших коллег и поблагодарил их за прекрасно проведенное время, оповещая, что ровно через неделю состоится их с Ларой Котиковой свадьба, и они все, находящиеся здесь коллеги, приглашены. А отмечать сие торжество пара будет в «Делани».

Очень дорогое место. Я бы даже сказал, элитное. Не для всех. Но выбор одобрял. Где бы мне самому провести нашу с предначертанной свадьбу?

Лена, услышав информацию, удивленно округлила глаза, и не только она, кстати. Девушка, прижавшись ко мне ближе, тихо шепнула:

— А они успеют так быстро подготовиться? И когда только успели зарезервировать «Делани»? Там же очередь расписана на месяцы, а то и годы вперед!

— Когда есть связи и деньги, все возможно, милая, — сказал громко, иначе из-за взволнованных ошеломляющим известием, топающих, словно слоны в посудной лавке, и ревущих поздравления коллег рисковал не быть услышанным.

— Это точно, — пробормотала Лена. — Как-то я вечно забываю, мистер Бьорн, что вы и мистер Фрост ― не простые мирные жители. А очень даже богатые личности. Боже, во что я все-таки вляпалась?!

Я только развел руками, невинно улыбнувшись.