Глава 8

К ожидающей их вертушке они прибыли спустя несколько часов. Два пилота,  молчаливо стоявших возле темно-серого вертолета класса «Ансат», приветственно кивнули, даже и бровью не дернув в сторону бессознательной незнакомки на руках руководителя. Лишь мельком переглянулись и невозмутимо уставились вдаль, дожидаясь команды на погрузку.

Стоящие чуть в стороне от них двое мужчин в коричнево-серой форме с нашивками мобильного подразделения, стоило автомобилям руководителя и сопроводительной команды заглушить двигатели, без промедления подошли. По протоколу поприветствовав Стража, коротко стриженные с военной выправкой оборотни, предварительно получив подтверждение о неизменности конечной точки, забрали ключи от джипов и отбыли согласно маршруту.

— Начинайте подготовку. Всем занять свои места,  — отдал приказ Фрост, шагая к вертолету.

Пока пилоты проводили стандартные манипуляции проверки, его починенные проверяли исправность наушников и прочей гарнитуры, Леонардо занимался устройством Алины.

Осторожно усадив девушку рядом с собой и прочно зафиксировав безвольное тело ремнями, изучающе взглянул на свою предначертанную, сжимая зубы. То, что он видел, ему определенно не нравилось, однако мужчина заранее знал: ее боль для него будет не менее болезненной, но он был намерен ее поддержать, рассчитывая, что его близкое присутствие как пары хоть немного облегчит ее участь.

Хмуро убрал чистым платком с чуть бледного лица бисеринки пота и прилипшие мелкие прядки волос. Нежно прикоснулся к приоткрытым губам легким поцелуем. 

Активировав галаскан, Леонардо открыл индивидуальную карту данных Алины, проверяя жизненные показатели. Оборотень облегченно вздохнул. Вживление сенсорного трекера у девочки проходило куда лучше, чем он мог предполагать. Хост был в стадии завершения интервенции на семьдесят процентов.

По подсчетам выходило, что к прилету стадия будет на девяноста процентах с погрешностью к завершению процесса.

Внешние неблагоприятные проявления были минимальными. Ее немного лихорадило, с влажных губ то и дело срывались тихие болезненные стоны, ей точно снились кошмары, или что-то очень неприятное.

К сожалению, кроме своей незримой поддержки, ничего иного он дать ей не имел права. Выход сгладить симптомы имелся, однако слишком деликатный.

На секунду задумавшись, Лео мрачно взглянул на как бы невзначай заинтересованно поглядывающих в его сторону братьев, те встретили его тяжелый взгляд и мигом отвернулись, но оборотень уже решительно отмел этот вариант.  

Его девочка справится сама, без эротического вмешательства Лео, как бы тому ни хотелось ее приласкать. Леонардо не был склонен к благородным порывам, однако он представил, что последствия его ласк учуют другие самцы, и из горла мужчины помимо воли вырвалось гортанное яростное рычание.

Нет, он не позволит, чтобы ее эмоции интимного характера видел кто-то кроме него. Иначе он попросту вырвет им глотки, а такого исхода он допустить не мог.

Подчиненные, мигом почуяв негативное настроение руководителя, напряглись, даже пилоты всего на несколько секунд испуганно втянули головы в плечи, не рискуя обернуться и посмотреть, в чем дело, по какой причине их абсолютно в любых ситуациях сдержанный начальник не удержал эмоциональный контроль. Лишь украдкой обменялись между собой взглядами и шустрее задвигали пальцами, настраивая сложную систему на готовность к работе.  

Беловолосый мужчина усмехнулся, пристраивая голову девушки на свое плечо, легким движением стянул удерживающую волосы резинку, мягко зарываясь пятерней в густые пряди. И сам едва не заурчал от удовольствия.

* * *

Алина

Мне снилось что-то очень странное. Причем я четко понимала, что это сон. Только какой-то слишком яркий и реалистичный сон.

Не разбирая снежной дороги и задыхаясь от предвкушающего страха быть настигнутой, я от кого-то бежала. Воздуха в легких уже не хватало, изо рта с примесью пара вырывалось рваное дыхание. В животе приятно-остро сжималось от восторга и знания, что когда меня мой охотник поймает, то…

Что будет после этого «то», осознавала плохо. Но почему-то была уверена, что будет что-то о-очень загадочно интересное. Однако, чтобы это случилось, я должна убежать.

Мысли в голове разбегались, не задерживаясь на какой-то одной конкретной, все внутри меня выло сиреной: скорее! Еще быстрее! Он не должен нагнать!

Кровь в венах, кажется, вскипела от ощущения, что еще секунда ― и я буду настигнута.

Он уже близко… Он за спиной. Он пришел за мной!

От этой инстинктивной сирены, сигнализирующей, я бы даже сказала, орущей об опасности, волосы на всем теле встали дыбом.

Судорожно хватанув ртом холодный воздух и подавив в себе дикое желание обернуться, подпрыгнула в попытке ускориться, но внезапно совсем близко раздался торжествующий рык и меня осторожно-мягко снесли, повалив в снег, сдавливая в кольце сильных рук. 

Нас немного протянуло по снегу, холодные брызги попали на лицо. Машинально зажмурившись, крепче прильнула лбом к прохладной грудной широкой клетке, ощущая, что подо мной некто обнаженный и о-очень… возбужденный.

— Попалась, котенок, — довольно проурчали на ухо.

Медленно разлепив ресницы, прибалдело уставилась в льдисто-голубые глаза… с узким, как у кошек, вертикальным зрачком. Тихо пискнув, отшатнулась, ощущая, как напрягается подо мной тело.

— Ты-ы-ы-ы…

— Девочка моя, что случилось? Ты словно привидение увидела.

— Лучше бы привидение, — ляпнула, медленно сползая и почему-то щупая лежащее подо мной мужское тело, не отрывая настороженного взгляда от посуровевшего лица. Когда мои руки внезапно нащупали приятную упругую бархатистую твердость, мужчина подо мной чуть дернулся, шумно втянул носом воздух, а я застыла, с опаской опустила взгляд, а увидев, что именно держат мои ладони, тяжело сглотнула.

С мужчины меня как ветром сдуло, пищащим таким ветром.

— Леонардо! — возмущенно заверещала, поворачиваясь к мужчине спиной, вообще не понимая, почему мне вдруг приснился обнаженный чертов Лед.

Что вообще происходит? Мне никогда раньше не снились голые мужики. Тем более я не ожидала увидеть в своем, между прочим, сне мерзавца Фроста! Обнаженным!

Впрочем, управляемые сны мне тоже раньше не снились. Эта мысль заставила меня задуматься, и только поэтому я пропустила осторожное приближение беловолосого бесстыдника.

На плечи опустились руки, мягко сжав.

— Алина, что не так?

Он еще спрашивает?!

Гневно сузив глаза, резко обернулась, собираясь высказать наглецу все, что о нем думаю. Однако когда я обернулась, за спиной был не мужчина. Но лучше бы был именно он!

— Мамочки! — громко взвизгнула, попятившись.

Передо мной, на о-очень близком, опасном расстоянии, оказалась морда огромной полосатой кошки. Взирающей на меня с громаднейшим таким, искренним  сюрреалистичным недоумением. Мляха муха! Кроме шуток, котяра, ― вроде бы их ирбисами называют, ― озадаченно таращился на меня льдисто-голубыми подозрительно знакомыми глазищами. Словно это я вдруг стала кошатиной, а оно человеком. 

С вопросительной интонацией мявкнув, зверь, мягко ступая лапами по снегу, двинулся ко мне. В другой ситуации я бы, наверное, умилилась, да и вообще, сон же, но в тот момент кроме испуга и паники я не ощущала ничего. Сама не до конца понимая свою реакцию, сжалась и поступила так, как поступала часто, проснувшись от плохого сна, боясь засыпать, чтобы он не приснился вновь, истерично выкрикнула:

— Я не хочу здесь быть! 

* * *

Почти весь полет Алина проспала практически нормально. Только один раз ее показатели заметно ухудшились.

Леонардо, на протяжении нескольких часов цепко отслеживающий по карте показатели, встревожился резким скачком нейронных импульсов, сигнализирующим о повышенном выбросе эмоции страха. Девочка заметалась, бессвязно-жалобно залопотав, но мужчина смог разобрать. Она просила защиты. Не желала быть там, где была.

У Лео на миг сжалось сердце.

Мужские пальцы замерли на пульсирующей красным точке. Галаскан стремительно выдавал решения ликвидации проблемы. Наиболее благоприятный, естественно: замещение эндорфинами. 

Тихо выругавшись, он с тяжелым вздохом отложил гаджет, склонился к предначертанной, зашептал на девичье ухо разные нежности, поглаживая кончиками пальцев шею, плечо, животик, старательно обходя интимные зоны. Иначе мог не сдержаться, залезть туда, куда не приглашали. Это было мучительно. Мучительно сладко.

Когда девочка, к его счастью, начала потихоньку успокаиваться и вскоре затихла, Леонардо сдавленно вздохнул. В штанах было тесно, напряженный орган, жаждущий разрядки, доставлял неприятные ощущения. До хруста сжав зубы, оборотень прикрыл глаза, приводя мысли в порядок.

Спустя несколько минут, полностью взяв под контроль тело и эмоции, он вновь взглянул на экран, удовлетворенно кивая. Несмотря на хрупкое тело и измотанную психику, его пара была сильна.

Критическая точка была успешно пройдена. Согласно данным адаптационный процесс придет к завершению уже этим вечером, что для человеческого организма и вовсе является немыслимым чудом.

Если бы Фрост не был на более чем сто процентов уверен: Алина чистокровный человек, он бы усомнился, решив, что она, как и Елена, имеет оборотнические корни. Но благодаря своей сути он знал наверняка: увы, но Алина та, кто она есть. Человек.

Однако, несмотря на это, он довольно улыбнулся, обласкав гордым взглядом нежное, умиротворенное лицо, привычно убрал со лба легкую испарину.

Его пара – боец.

Остальной полет прошел спокойно. Фросту даже удалось немного поспать, прежде чем его разбудили, сообщив о подготовке к посадке, и уже через полчаса они приземлились в специальной зоне на территории поместья.

Первыми выбрались братья Флайм, затем Лиам, а после уже сам Фрост с девушкой на руках. Их ждала машина с водителем от поместья, поскольку сам дом в целях безопасности располагался в нескольких километрах.

— Добро пожаловать в Рис-Аудаунерис, господин, — вежливо поприветствовал его водитель, чуть приподнимая фуражку. — Господа.

Леонардо едва заметно поморщился. За долгое время отсутствия в Аудаунерисе он успел отвыкнуть от манеры общения Мавредонцев, но, тем не менее, тихо отозвался:

— Благодарю, Милс.

Его подчиненные лишь коротко кивнули.

Водитель, успевший многого повидать за свою жизнь, ничем не выдал своего удивления при виде, как он надеялся, спящей светловолосой девочки на руках хозяина, тем более он не удивился собранным, внимательно следящим за каждым его движением спутникам, признавая личную охрану господина.

Время в дороге занимало от силы десять минут, и спустя этот срок темно-синий седан въезжал в гостеприимно распахнутые кованые ворота, мгновенно захлопнувшиеся, как только машина проехала на территорию.

У подножия каменной широкой лестницы их ожидал вытянувшийся в струнку, если не весь, то в большинстве, персонал во главе с бессменной экономкой.

Вышагнув из машины, Леонардо поудобнее устроил на руках все так же мирно спящую девушку, повернулся к собранным братьям.

— Ярин, Картер, на вас территория. Лиам, пока свободен.

— Буду на связи, мистер Фрост, — откликнулся маршрутизатор, усаживаясь обратно в машину. Седан плавно выехал в сторону подземной парковки.

Проследив за удаляющимися рассредоточенными братьями, Лео направился к поместью. Отпустив всех работников по своим делам, он оставил только экономку – Мадлен. Она являлась человеком, как и треть персонала, и прослужила в этом поместье чуть больше двадцати лет. Абсолютно все люди, оказавшиеся в его подчинении из-за разных жизненных ситуаций, в частности, из-за знания об оборотнях, были свободны и могли уйти в любой момент, но никто из них к этому не стремился, напротив, держались за выгодное место.

Людей, так или иначе узнавших о том, что помимо них существует и иная более опасная раса, не принуждали к подписанию документов о неразглашении, однако все они в свое время прошли через процедуру установки трекера. И если большинство работников попросту не знали о том, что за ними тщательно наблюдают, то Мадлен располагала такой информацией.

— Мадлен, — обратился он к женщине, поднимаясь по ступеням, зная, что она идет позади него. — Комната мисс готова?

— Конечно, господин, все сделано, как вы просили, — отозвалась экономка. — Мы подготовили смежные с вами комнаты. Одежда молодой госпожи согласно вашему списку куплена, постирана и размещена по шкафам. Обувь и комплекты нижнего белья ― тоже.

— Хорошо. Попроси подать ужин к семи часам, мисс Алина проснется примерно к началу шестого.

— Разумеется, сэр.

Поднявшись на второй этаж, где располагались хозяйские комнаты и комнаты для важных гостей, экономка услужливо распахнула перед мужчиной тяжелую дверь, украдкой заинтересованно посмотрев на юную, красивую мисс.

Женщина хоть и не показывала своего любопытства, но ей было очень интересно, кем приходится девушка их суровому, холодному господину.

При виде того, как мужчина со всей осторожностью укладывает девушку на кровать, мягко гладит по щеке ладонью, сердце экономки радостно сжалось. Неужели их сдержанный хозяин привез ту, что станет для него женой? Ох, ей было трудно в это поверить. Ведь не так уж и давно их суровый, но добрый господин потерял свою пару.

Женщина тяжело сглотнула, она все еще помнила, в каком ужасающем состоянии приехал к ним господин. Как боязно было с ним находиться поблизости… Это время было поистине страшным и навсегда отложилось в подкорках невольных свидетелей. В тот момент каждый из них прочно осознал, что такие, как мистер Фрост, ― иные.

Задумавшись, Мадлен едва не оплошала, чуть не прослушав тихое к ней обращение.

— Переоденьте ее во что-нибудь более удобное. И будьте поблизости. Если вдруг мисс станет плохо, незамедлительно позовите меня. Я буду в своем кабинете.

— Да-да, конечно. Я попрошу Нану переодеть госпожу и буду рядом. Вам требуется какая-нибудь помощь, господин?

Задумчиво поглаживая маленькую в сравнении с его пятерней ладушку пары, Леонардо отрицательно мотнул головой.

— Нет, если мне что-нибудь понадобится, я сам займусь.

— Хорошо.

Мужчина уже был в дверях, как женщина, наконец разглядев состояние спящей, широко распахнула глаза, испуганно ахнула:

— Господи, боже, адаптационный процесс?

Леонардо обернулся через плечо. От тяжелого взгляда хозяина женщине стало не по себе, она уже открыла рот, чтобы извиниться за то, что влезла не в свое дело, как он, немного помедлив, тихо отозвался:  

— Именно так. Старайтесь лишний раз не оставлять ее одну. 

— Разумеется, я прослежу. 

Мистер Фрост уже несколько минут назад оставил ее наедине с девушкой, а Мадлен никак не могла взять себя в руки. По спине все еще гулял липкий холодок. Внутри нее все переворачивалось от жалости к бедняжке, она как никто другой понимала, каково это ― пережить подобное.

Из-за какой-то физиологической особенности, какой именно, экономка не запомнила, уж слишком мудреное было объяснение, Мадлен помнила свою агонию до секундочки, и если бы не мистер Фрост, контролирующий ситуацию и ни на минутку ее не покидающий, дарящий поддержку, она могла и не пережить.

Но в то же время она понимала и кое-что иное. А именно: необходимость. Человеку же только дай волю, все вокруг и себя заодно истребит. Тьфу. По мнению Мадлен, люди были слишком жестоки, жадны, эгоистичны, мелочны, контроль, даже такой жесткий, им был необходим. 

Да, с адаптацией этой ей не повезло. Но таких, как она, – особенных ― единицы. Зато теперь Мадлен счастлива, спокойна и ни в чем не нуждается. А самое прекрасное: полнейшая безопасность. А устройство под кожей… Подумаешь. Главное не помнить, не думать, не вспоминать о том, что с помощью этой маленькой штучки одним словом, движением господин может перекрыть кислород, остановить сердце, прекратить жизнь любого из них, стоит ему лишь захотеть. Но это же если некто пойдет на предательство, просто так их хозяин никого никогда не тронет. В этом экономка была уверена.

Поежившись не то от прохлады, веющий из приоткрытого окна,  не то от незваных воспоминаний, женщина зареклась больше никогда не открывать рот, когда ее об этом не просят.

Захлопнув окно, она принялась за работу, не забыв вызвать к юной госпоже молоденькую горничную. Однако неся в стирку вещи девушки, вспомнила, что так и не спросила у господина о важном.

Знает ли молодая госпожа что-нибудь об этом месте? Знает ли она, кто такой господин и половина поместья?

Запнувшись, женщина горестно застонала, коря себя за глупость и, развернувшись, едва ли не бегом направилась к кабинету, молясь всем высшим силам, чтобы господин, не дай бог, ее не наказал. Правда, женщине с лихвой хватало опасной бешеной энергетики, витающей вокруг оборотня. В сравнении с этим любое наказание ― пустяк.