Глава 21. Карильские-Мадели

На скромном семейном ужине, где, по утверждению Эвенара, не будет никого лишнего, нас встретила настоящая толпа. Хотя я сама виновата, что обманулась. Во-первых, мерила «скромное» не по королевским масштабам, а во-вторых, не подумала, что семья у Карильских очень большая. А собрались здесь сегодня едва ли не все члены этого рода. Помимо самого короля, его супруги, Эрика с Анной и родителей Эви, присутствовали ещё принц Эльнар с Мейларой и двумя дочерями, леди Микаэлья и лорд Максимилиан, их младший сын, бывшие король и королева – лорд Эмбрис и леди Терриана. А ещё родители Эрика – лорд Литар и леди Ориен. Помимо них были ещё и не родственники: верховный маг Карилии – лорд Кертон Амадеу с супругой, и те самые двое молодых эргонцев, с которыми Дио беседовал вчера – Тамир и Илария. Но вишенкой на этом торте стали леди Эриол и лорд Кай Мадели, которые в Карилии вообще были кем-то вроде ходячей легенды. Дио перезнакомил меня со всеми. Но когда мы подходили к той или иной паре, первым делом он приносил официальные извинения за свой давний срыв, и их принимали с покровительственными улыбками. Со мной же знакомились охотно, отвечали учтиво, а встречали хоть и настороженно, но точно не как дочь врага. Наш Аривио и вовсе купался во всеобщем внимании, хотя всё равно старался держаться рядом со мной и Дио. Я видела, что ему не по себе среди такого количества незнакомых взрослых, поэтому старалась не отпускать его ручку. За большим столом мы втроём тоже сели вместе, а для Ари даже положили на стул специальную подушку, чтобы ему было удобнее. Я знала, что обычно аристократы не садят за стол на подобных мероприятиях маленьких детей, но Карильские приятно удивили. В целом всё прошло неплохо. Атмосфера была приятной, за ужином велись светские разговоры, но тему вчерашнего взрыва никто не затрагивал, что одновременно и удивляло, и радовало. И только когда трапеза подошла к концу, а часть приглашённых всё же отбыли по домам, Эвенар пригласил нас в свой кабинет. Туда отправились только мы с Дио и Эрик, а королева осталась развлекать оставшихся гостей. – Давайте, чтобы не задерживаться, обсудим всё быстро, – сказал король, садясь в своё кресло. – Значит, так. Эрик попытался влезть в память князя, и у него есть для нас новости. Мы повернулись к Эрикнару, который почему-то посмотрел на меня виновато. Едва увидев его взгляд, я искренне испугалась. Неужели… – Не бойся, – осадил меня Эрик. – Жив он. Но вскрыть память бесследно не получится. Он узнает, что мы копались в его голове, а значит, как только это случится, сработает его клятва. И из данной ситуации я вижу только один выход. – Какой? – спросила я, судорожно вцепившись в подлокотники кресла. – Пожалуйста, не молчи. – Я могу просмотреть все его воспоминания, но… потом их придётся стереть. И, так как смотреть я буду почти всё, то и стереть придётся всё. Очнувшись, он не будет помнить о себе ничего: ни имени, ни семьи, ни того, что был князем. Чистый лист. Останутся навыки, знания о мире, магии, но событий собственной жизни он помнить не будет. – То есть, выбор стоит между смертью и беспамятством? – спросила я внезапно севшим голосом. – Именно так, Тили. И я хочу поставить тебя в известность. Официально он умрёт. Но в действительности мы организуем ему новую жизнь. Ты сможешь его навещать, но только тайно, и представляться будешь дальней племянницей. Никто и никогда не должен связать этого мужчину с князем Гауса. – Я понимаю и буду очень осторожна. Спасибо за этот шанс, – проговорила я, медленно кивнув, а в душе меня просто распирало от безумной благодарности Эрику. – Но… как же мама? – Ей ты можешь предложить выбор: или она уходит с ним, или официально остаётся вдовой, но второй раз замуж выйти не сможет. С неё придётся взять клятву о сохранении этой тайны. Решать ей. – Я поговорю с ней. – Вот на свадьбе и поговоришь, – влез в нашу беседу Эвенар. – Она состоится через три дня. Здесь, во дворце. Дио нахмурился и, кажется, хотел возразить, но я остановила, взяв его за руку, и поспешила ответить королю: – Хорошо. Я согласна. – Вот и молодец, – улыбнулся он. – И третье. Как только мы накроем оставшиеся базы «Тритона», нужно будет отправляться на Землю. – Это, конечно, замечательно, – хмуро бросил Дио. – Но у меня на курорте сейчас даже управляющего нет. Я не могу всё бросить так скоро. – И на это мне тоже есть, что ответить, – самодовольно ухмыльнулся Эвенар. – Предложи-ка ты эту должность моему отцу. – Деду Эмбрису?! – оторопело выпалил Дио. – Да ты шутишь! Попросить того, кто сорок лет правил Карилией, стать управляющим на маленьком курорте? – Поверь, он согласится, – кивнул Эрикнар, – он уже наотдыхался на своих виноградниках и скучает по работе. Иногда помогает лорду Каю в его судоходной компании. Но там всё настроено, как часики, и чётко работает. А у тебя на курорте он точно сможет развернуться. И, кстати, если предложишь ему стать совладельцем, он тебе такие финансовые вливания обеспечит, что твой курорт немедленно разрастётся до огромных масштабов, уж поверь. У дяди Эмбриса всё всегда получается очень масштабно. – Главное, чтобы он тебя там не задавил, – бросил Эвенар, расслабленно подперев голову рукой. – Характер у него такой, что любого прогнёт, даже тех, кто никогда не прогибался. А методы прогибания он выбирает крайне специфические. Я слушала их разговор очень внимательно, но от одной мысли, что у нас на курорте будет всё время крутиться лорд Эмбрис Карильский-Мадели, меня мгновенно бросило в холод. Мне и одной-единственной встречи с ним хватило, чтобы начать вздрагивать при звучании его имени. Что же со мной станет, если мы будем видеться ежедневно? – А мне нравится эта идея, – вдруг сказал Дио, вогнав меня в состояние ступора. – На деда я смогу спокойно оставить курорт даже на несколько месяцев. Он что, с ума сошёл?! – И деньги нам сейчас определённо пригодятся, – продолжил рассуждать Эридио. – И больше никто и никогда не рискнёт устроить там бунт. – Да наши работники сбегут по горам своими ногами, не дожидаясь портала, едва узнают о том, кто станет их управляющим! – выпалила я, не сдерживая эмоций. – Это да, – вздохнул Эвенар. – Репутация у папы специфическая. Его во дворце все всегда боялись. А если у него вдруг случалось хорошее настроение… то окружающие и вовсе старались спрятаться. – А мне кажется, никто просто не рискнёт убежать, – вдруг издал смешок Дио. – А вдруг догонит? Эвенар закашлялся, будто маскируя кашлем приступ смеха, и только Эрик оставался почти невозмутим. – Из вас всех именно мне выдалось больше всех работать с лордом Эмбрисом, – сказал наш менталист. – Поверьте, руководить он умеет. Только, Дио, уволить ты его не сможешь. Никогда. К такому ты готов? – Я подумаю, ладно, – уклончиво ответил мой Эридио. – Есть ещё что-нибудь, о чём вам с нами нужно срочно поговорить? Эви демонстративно развёл руками, а Эрик отрицательно покачал головой. – Что ж, в таком случае, мы пойдём, – Дио поднялся и протянул мне руку. – Нам ещё предстоит как-то отвоевать Аривио у мамы. Она заявила, что не отпустит его на мой опаснейший курорт, где может взорваться любая люстра. – Наши эксперты выяснили, что именно взорвалось, какое это было устройство, – проговорил Эрик. – Сегодня обыскали все здания вдоль и поперёк со специально настроенными на такое устройство артефактами, и ничего подобного больше не обнаружили. Так что у вас там безопасно. Так матери и скажи. Дио кивнул и повёл меня к выходу, но я остановилась рядом с креслом Эрика. – Скажи, я могу поговорить с отцом? – спросила его. – Ведь скоро он меня забудет… Но когда обычно уверенный Эрикнар вдруг отвёл взгляд, я поняла, что он явно недоговаривает или даже пытается что-то скрыть. А Эрик уже и сам понял, что прокололся. Поэтому, снова посмотрев на меня, виновато ответил: – Тили… – он замолчал и бегло посмотрел на Эвенара, который тоже выглядел заинтересованным. Видимо, один менталист даже ему не сознался в том, что пытается от нас скрыть. – Я влез в его память сегодня. Нащупал именно те воспоминания, которые имели ценность для нас… но слишком увлёкся, не проследил за временем, и князь начал приходить в себя… очень не вовремя. И у меня не оставалось вариантов. Я стёр его воспоминания. Все. Без возможности восстановить хоть что-либо. – Уже? – растерянно прошептала я, стараясь это осмыслить. – Ты получил информацию по базам?! – вскочил на ноги Эвенар. – Да, – ответил Эрик нам обоим, но пояснить решил для короля: – И уже отправил туда группы разведки. Они отчитались по обстановке, защитным контурам, количеству охраны. Сейчас в разработке план захвата. Думаю, завтра утром и начнём. Но нам явно пригодятся тёмные маги. Не желаешь размяться? – Спасибо, наразминался за последние дни, – хмуро ответил Эвенар. – Вон Дио бери. Ему как раз пойдёт на пользу смена обстановки. – Я согласен, – уверенно и решительно кивнул Дио. – Эти твари пытались уничтожить мой курорт и всех, кто там был. Так что я обязан принять участие в их поимке. Но предлагаю по возможности брать живыми. Нам нужна информация по «Тритону», особенно, по земному руководству. Да и вообще, так будет правильней. – Гуманист, – усмехнулся Эвенар. – Ладно, как скажешь. Бери живыми. Я же дал тебе этот, как ты там его назвал? Карт-бланш, кажется? Вот и действуй. Потом отчитаетесь. Король встал, показывая, что разговор пора заканчивать, и направился к двери. Мы тоже вышли. Но если Дио пребывал в предвкушающей задумчивости, то я никак не могла понять, что же творится у меня в душе. Да, папа остался жив, но… я для него теперь не любимая дочь и даже не старая знакомая. А просто никто. Чужой человек, о котором он ничегошеньки не помнит. И даже не представляю, как всё это сказать и объяснить маме и Дайлиту. Как они такое воспримут? Что теперь вообще будет с нашим княжеством? Когда я спросила Эрика о моём брате, он сказал, что тот утром отбыл в Гаус, забрав с собой тех послов, которых задержали вместе с ним, и Берти. От новости, что моего друга детства всё-таки отпустили на родину, я невольно улыбнулась, а на душе стало легче. Ведь именно из-за меня его арестовали. А вот Дайлиту после возвращения в Гаус предстояло принять власть, доказать, что он достоин полученного титула, заткнуть рты всем недовольным. А ещё он обещал помочь с выдворением тритоновцев с Аргаллы. И я была бы рада хоть как-то ему помочь, хоть мы в последние годы почти не общались. Но… это его война. И всё, что я могу, это поспособствовать с налаживанием отношений с Карилией и королевской семьёй, в которую так неожиданно влилась. *** Узнав, что свадьба состоится всего через три дня, мама Дио пришла в ужас от того, что за такой короткий срок мы не успеем ничего подготовить. Его отец отнёсся к этому событию как к необходимому злу. Сестра моего жениха не отреагировала никак, будто это её совершенно не касалась. Остальные родственники приняли новость почти спокойно. А сам Дио в разговорах о свадьбе вообще не участвовал. И если поначалу я решила, что ему просто всё равно, как и что будет организовано, то потом начала замечать нечто странное в его поведении. Он несколько раз старался перевести тему, а когда не получилось, просто сказал, что нам пора возвращаться на курорт. При этом выглядел он сдержанно-равнодушным, но я кожей и всей душой чувствовала его волнение и что-то похожее на растерянность. Решила обязательно спросить, что с ним происходит, как только мы останемся наедине. Но этот момент наступил только глубокой ночью. Дио всё же забрал Аривио, да мальчик и сам попросился отправиться с нами. Укладывали мелкого мы сегодня тоже вместе, и в этот раз дело всё-таки дошло до сказки. А когда малыш уснул, и мы вышли в гостиную, я не стала ходить кругами и спросила в лоб: – Почему ты так раздражаешься, когда говорят о нашей свадьбе? От такой прямоты Дио на мгновение опешил. Мне показалось, что сейчас он скажет, что я надумываю, или опровергнет моё утверждение. Но вместо этого он взял меня за руку и, усадив на диван, сел рядом. – Тили, ты помнишь, с чего началась наша помолвка? – спросил он, и по лицу было понятно, что этот разговор ему неприятен, но и промолчать он не может. – С менталиста и попытки защитить меня от отца, – ответила я, мысленно возвращаясь в тот вечер. – Но потом между нами многое изменилось. – Да, ты права. Но… теперь ты в безопасности. Тебе не нужно ни от кого бегать и прятаться. Ты легко можешь обойтись без покровительства Эвенара. То есть, необходимости в этой свадьбе нет. – Подожди, – я выставила перед собой ладонь и с недоумением посмотрела Дио в глаза. Попыталась понять, что именно у него на душе, но пока собственные выводы мне совершенно не нравились. – Ты ведь сам меня уговаривал поскорее стать твоей женой. – Да, и я действительно этого хочу. Он поймал мои руки, поднёс к своим губам и поочерёдно поцеловал ладони. – Я люблю тебя, Тили. Очень, – проговорил он, мягко, но грустно улыбаясь. – Я никогда раньше ничего подобного не испытывал. Был уверен, что меня вообще больше девушки не интересуют. Честно готовился к тому, что всю жизнь буду один. Но потом появилась ты… как моё личное солнце… как путеводная звезда… как луна тёмной ночью. Ты мой свет, моя муза, моя женщина. И я очень хочу быть с тобой, но… – Ты меня пугаешь, – проговорила я настороженно. Даже попыталась забрать у него мои руки, но Дио прижал мои ладони к своим щекам и на несколько мгновений блаженно прикрыл глаза. – Просто магический брак нерасторжим. А я боюсь, что не смогу дать тебе того, о чём мечтает любая девушка. Да, к этим мечтам каждая приходит в своём возрасте, и сейчас это может казаться тебе неважным, но… я боюсь, что однажды ты поймёшь, что несчастна из-за этого. А исправить ничего будет нельзя. – Ты о чём сейчас говоришь? – спросила я, глядя ему в глаза. – О детях, Тили, – он сглотнул. – Я не уверен, что после всего, что со мной делали в лаборатории, я смогу стать отцом. Боюсь, этого у нас не получится. Да, у меня есть Ари… – У нас, – заявила с нажимом. – Он наш ребёнок. Общий. И это не обсуждается! – Но если ты захочешь родить… – То рожу, – сказала я решительным тоном. – И всё у нас будет хорошо. Теперь я сама обняла его лицо ладонями, потом опустила руки на его плечи и прильнула к нему всем телом. – Дурак ты, Дио. Приручил меня, покорил, соблазнил, замуж позвал, а теперь решил пойти на попятную? – спросила его, хмурясь. – Нет. Я очень хочу на тебе жениться. Но для меня важно, чтобы ты осознавала, на что идёшь, и какие у этого могут быть последствия. – Я осознаю, – сказала, касаясь лбом его лба. – И пока мне достаточно нашего Ари. А вот когда мы с тобой решим ещё раз стать родителями, тогда и станем. Точка, Дио. И никаких «но», «если», вдруг». Ты же знаешь, что это всё сомнения, а они способны испортить даже идеально продуманный план. Поэтому не нужно сомневаться. Ты же сам живёшь по принципу: бери и делай. – Дело в том, что сейчас я беру ответственность не только за себя, но и за тебя, Тили, – он снова накрыл мои руки своими, а потом прижал их к своему сердцу. – Удивительно, – проговорила я с кислой улыбкой. – До встречи с тобой я вообще постоянно во всём сомневалась. Но именно ты научил меня, что сомнения – это мусор, который мешается под нашими ногами на пути к цели. Да, есть разумные сомнения, и к ним надо прислушиваться. Но не часто. И с тобой, Дио, я поняла, что не хочу жить с сомнениями. Я твёрдо уверена, что люблю тебя, хочу быть твоей женой, хочу идти по жизни вместе с тобой. А остальное – мелочи, с которыми мы обязательно справимся. – Ну, если ты так в этом уверена, то я больше не стану тебя переубеждать. Говоря это, он улыбался всё шире, а из его глаз, наконец, ушли даже отголоски той непривычной то ли вины, то ли злости на себя, и я снова увидела перед собой своего Дио – такого, каким он меня покорил. – И знаешь, что ещё, – сказал он, касаясь губами моих губ. – Всё у нас будет. Вот всё-всё, что захотим. Потому что у нас уже есть главное – искренние чувства, на которых можно выстроить целый мир. Тили, я так долго всё ломал, был этаким… антигероем для всех вокруг, а потом появилась ты. – И вывалила на тебя ворох своих проблем, – я тоже улыбнулась и погладила его по волосам. – Которые ты решил почти по щелчку пальцев. – Ну, нет, – его глаза искрились. – С некоторыми пришлось повозиться. Но это неважно. Главное, что ты вернула мне вкус к жизни. Я научился снова радоваться… а не делать вид. Научился улыбаться, а не носить маску с улыбкой. Я снова стал собой, Тили. Повзрослевшим, набившим шишки, но собой. И, ты права, нужно исключить сомнения. Ведь когда уверенно идёшь к цели, даже сложные обстоятельства начинают испуганно отступать. – Я верю в тебя, Дио, – сказала я со всей искренностью. – А я верю в нас, – ответил он. – И если я специалист по невозможному, то ты моё вдохновение. И… спасибо тебе за этот разговор. – Не за что, – я смотрела ему в глаза, тонула в их колдовской зелени и чувствовала себя по-настоящему счастливой. – И тебе спасибо, что признался в своих тревогах. Давай так делать всегда. – Договорились, – он активно покивал. Потом потянулся к внутреннему карману пиджака, достал оттуда что-то и покрутил в руках, а я узнала тот самый перстень из белого золота, который на празднике в честь открытия пытался вручить ему Эрик. – Откуда он у тебя? – спросила я удивлённо. – Мы сегодня поговорили с отцом, пока ты с мамой свадьбу обсуждала, – ответил он. – Можно сказать, что окончательно помирились. Он вернул мне родовой перстень. И я хочу… сделать всё по правилам. Дио поднялся, изобразил лёгкий поклон и, выпрямившись, заговорил: – Скажите, леди Гирадо, вы примете мою руку, сердце и имя моего рода? Окажете мне честь, став моей супругой? – Да, Дио, конечно, – ответила я, не зная, как на это реагировать. Он надел на мой безымянный палец свой перстень, и тот немедленно сжался до нужного размера, а изображённая на нём чёрная пантера, словно живая, поднялась, несколько раз махнула хвостом, демонстративно потянулась, а потом резко прыгнула… да так и застыла. – Это покровитель рода Карильских, – пояснил Дио. – Теперь ты под его защитой. У Эви есть фамильяр, Арна, такая же киса, только размером с лошадь. Ты её видела. Ласковая, милая, плюшевая… но врагов убивает мгновенно, а состоит по большей части из тёмной магии. – Ничего себе, я даже не слышала, что такое бывает. Так то чёрное чудовище, что мы видели в его кабинете – фамильяр? – Да. А у Арфелии есть Кшер, огненный дракон. Но сам я его ни разу не видел. – Значит, вот почему она не боится ходить без сопровождения гвардейцев, – проговорила я, наконец, сообразив, какого охранника она имела в виду, гуляя со мной одна. Снова посмотрела на перстень, удобно сидевший на моём пальце, и улыбнулась. – Знаешь, а ты ведь мне уже третий раз предложение делаешь. – Нет, их было больше, просто на остальные ты отвечала отказом, – напомнил Дио. – Но я упорный. Я ведь предупреждал тебя, что сдаваться не умею. – Теперь я это хорошо усвоила, дорогой мой хитрец, – сказала я, подозревая, что и в своих сомнениях он признался тоже не просто так. Эх, всё время забываю, что он Карильский, а в их роду все славятся своей хитростью, решительностью, принципиальностью и мстительностью. Да, по сравнению с тем же Эвенаром Дио кажется просто белым и пушистым зайкой, но ведь на самом деле это совсем не так. Белые и пушистые не отвоёвывают себе право строить горнолыжный курорт там, где никто про лыжи никогда не слышал. Не идут против всех, не противостоят целому королевскому роду. Поэтому я очень рада, что под прикрытием смешливого милашки скрывается стальной характер, который не согнёт никто, как бы ни старался. Эх, даже интересно, кто кого переупрямит: Дио или лорд Эмбрис. И что-то мне подсказывает, что скоро весь наш горнолыжный курорт будет тайно делать ставки. А я… я поставлю на моего Эридио. Уверена, он ещё и «Тритона» уничтожит, причём мирно, и с землянами взаимодействие наладит. А я буду с ним. Потому что даже такому сильному и несгибаемому, как Дио, нужен тот человек, рядом с которым можно чувствовать себя любимым, нужным и важным. Чувствовать себя… дома.