9 глава

Он пришёл вечером, как и обещал. Хотя из-за отсутствия чувства времени в этом подземелье мне показалось, что прошла уже целая вечность. Вся извелась, пока ждала его, продумывая детали своего плана до мелочей. Заставила себя поесть, чтобы не грохнуться в голодный обморок в самый ответственный момент. И вроде настроилась, и вроде подготовила себя как следует, но стоило мне увидеть Палача, как все самообладание полетело к чертям собачьим.

От одной мысли, что я попытаюсь прикоснуться к нему, начинало колотить так, что стучали зубы.

Он не проронил ни слова. Движением головы предложил следовать за ним и повёл в знакомом направлении. Перед дверью душевой я развернулась к нему лицом и попросила:

– Можно мне принять душ? Пожалуйста, – пронзительно посмотрела ему в глаза. – Мне очень нужно.

От волнения сердце колотилось так, что уши закладывало.

Это было частью моего плана. Невозможно соблазнить кого-то в моем нынешнем виде. Наверное, мерзкий Кара, и тот бы уже не позарился. И если сейчас Палач мне откажет, выполнить задуманное будет куда сложнее психологически. Но, к счастью, отказа я от него не услышала.

– Вода холодная, – просто предупредил он.

– Мне все равно. Я вся грязная и липкая от пота. Всего пять минут. Пожалуйста…

– Хорошо. – Он толкнул дверь душевой, пропуская меня внутрь, и сам зашёл следом.

Достал из шкафа полотенце, гель для душа и протянул мне.

– Ты можешь раздеться внутри, – проинструктировал он, указав жестом на душевые, отгороженные матовым стеклом. – Недолго. Я буду ждать здесь.

Отлично, это было мне только на руку.

Он сел на стул в углу, откинулся спиной на стену и прикрыл глаза.

Я зашла за стену, стянула с себя необъятную толстовку и трусики, повесив все вместе с полотенцем на специальный крючок в углу. Открутила ржавые скрипучие вентили, быстро помылась, дрожа под ледяными струями воды, беспощадно впивающимися в мое тело. С мазохистским удовольствием вдыхала аромат мятного мужского геля для душа, тщательно промыла им волосы и даже прополоскала рот мыльной водой. На зубах чувствовался неприятный налёт, потёрла их пальцем и поскребла ногтем. Это, конечно, не зубная щётка, но все же лучше, чем ничего. Теперь, когда Палач с такой лёгкостью позволил мне помыться, я немного воспаряла духом и была твёрдо намерена осуществить свой план. От собственной смелости сносило башню. Адреналин шпарил в кровь, и меня буквально потряхивало.

Выключила воду, промокнула кожу полотенцем, обернула его вокруг себя, к вещам даже не притронулась. Вышла наружу, осторожно ступая босыми ногами по холодному кафелю и на полпути нерешительно остановилась, встретив мужской взгляд.

Палач не проронил ни слова, сосредоточенно изучая мое мокрое тело, прикрытое одним лишь полотенцем.

Я стояла и тряслась, взирая на него из-под полуопущенных ресниц. Дыхание само собой участилось, а кожа с головы до ног покрылось мурашками. Казалось бы, после ледяного душа мне должно быть холодно, но нет… Мне было жарко. И страшно. Очень страшно.

Палач плавно поднялся со стула и медленно приблизился ко мне.

– Если ты закончила, то одевайся и идем. – В его низком голосе я услышала предупреждение и с трудом поборола в себе порыв отступить.

Ослабила на груди полотенце и позволила тому упасть вниз, к моим ногам. Жадно разглядывала лицо Палача, пытаясь считать реакцию. Он снова заскользил глазами по моему телу вверх и вниз. В его обычно ледяном взгляде теперь пылал пугающий огонь, и я даже сглотнула, едва справляясь с многократно усилившейся слабостью в ногах.

– Что ты задумала? – хрипло спросил он, склонив голову набок и теперь изучая только мое лицо.

– Хочу тебя соблазнить. – Что-то подсказывало мне, что с ним можно говорить только правду. Обман он раскусит сразу же и вряд ли одобрит.

Его лицо осталось неизменным, только темный взгляд прожигал до костей.

– Зачем?

– Возможно, после этого ты захочешь мне помочь…

– Это вряд ли как-то повлияет на происходящее, – сухо ответил он, не отводя от меня черного пылающего взгляда.

– Но я все же попробую, – севшим голосом заявила я, сокращая оставшееся между нами расстояние.

К счастью, Палач не отступил и не остановил меня. Кажется, ему было любопытно, а может… он тоже хотел этого. Очень скоро я выясню, что хотел, а пока мне нужно было прикоснуться к нему. Медленно подняла руку и осторожно провела подрагивающими пальцами по его предплечью, сплошь покрытому темным узором переплетающихся татуировок. Твердые мышцы под теплой мягкой кожей. Кажется, он напряжен.

Следующее мое движение было уже смелее. Я положила ладонь на его грудь и провела вниз, чувствуя сквозь тонкую ткань футболки рельефные мышцы пресса. Внизу пальцы зацепились за резинку спортивных штанов, и я на секунду замерла, переводя сбившееся дыхание. Подняла взгляд на лицо мужчины, и грудь опалило жаром, когда наши взгляды встретились. Однако, кажется, он не собирался ничего предпринимать. Что ж, это было бы слишком просто. Глупо надеяться, что он накинется на меня, стоит только мне оголиться. Но на этот раз я заранее подумала над планом Б.

Непрерывно глядя ему в глаза, опустилась на колени, потянув за собой вниз резинку его штанов и белья. Я собиралась сделать то, что отлично умею. Алекс любил минет больше чего бы то ни было в этой жизни и приложил все усилия к тому, чтобы сделать меня в этом деле богиней. И сейчас я надеялась использовать этот навык по полной.

К тому же Палач по-прежнему не возражал и не пытался остановить меня, пока я стягивала вниз его штаны. Но здесь меня ждал шок. Когда моему взгляду открылся обнаженный ОН, энтузиазм сменился замешательством. Теперь я уже могла не сомневаться, хочет ли меня мужчина, потому что он был в полной боевой готовности, но… он был… просто огромным. Намного больше, чем у Алекса. Такой едва ли наполовину удастся засунуть себе в рот.

– Ого, – очень тихо выдохнула я и подняла взгляд.

Мужчина смотрел на меня с интересом, и один уголок его губ вдруг дернулся вверх в подобии полуулыбки.

– Уже передумала?

Я отрицательно покачала головой и вернула взгляд на его член. Ровный, красивый, огромный… Голову немного вело, словно меня гипнотизировало это зрелище, и во рту вдруг собралось слишком много слюны, которую я тут же сглотнула. Странная, очень странная реакция моего организма, раньше ничего подобного никогда не было. Попыталась отогнать от себя дурацкое наваждение, сосредоточиться и, наконец, заняться делом.

Взяла рукой за основание, чувствуя каменную твердость под нежной кожей, провела вверх и вниз, обнажив головку, коснулась её языком, слизав прозрачную каплю смазки. Посмотрела вверх и встретила слегка затуманившийся взгляд мужчины. А еще мне показалось, что он смотрел с предвкушением, и это настолько воодушевило меня, что все страхи и сомнения мгновенно куда-то испарились. Было странно, как в подобной ситуации такое возможно, но я почувствовала, как между ног появилась сладкая истома, вызывающая за собой влажность. Однако думать или анализировать происходящее сейчас совсем не хотелось. Если мне это нравится, то и пусть, моей цели это не мешает, скорее даже наоборот, помогает.

Окончательно осмелев, обхватила губами головку и втянула в себя, не разрывая зрительного контакта. Его ресницы опустились, губы приоткрылись, испустив тихий вздох. Что творилось со мной, не передать словами. Меня заводил его кайф, заводил настолько, что промежность уже ныла и отчаянно просила прикосновений.

И я продолжила. Лаская основание рукой, я заглатывала его как могла, ласкала языком, посасывала… Он положил обе руки на мой затылок, но не давил, просто сжимал у корней мои влажные волосы, что ещё больше меня распаляло.

И все было бы хорошо, если бы мышцы лица так невыносимо не болели с непривычки от его размера. Но прерывать процесс мне отчаянно не хотелось, наоборот, я мечтала, чтобы он кончил именно так, именно от моих ласк.

Наверное, я окончательно свихнулась от всего, что со мной произошло, или это была такая своеобразная реакция организма на стресс, каким-то причудливым образом вдруг переросший в либидо, но мне до одури хотелось, чтобы Палач кончил мне в рот. Чтобы его сперма стекала по моим губам, а я облизывала их, чувствуя его вкус.

А может, на меня так действовал его похожий на растопленную лаву жадный взгляд, под которым хотелось стонать и еще активнее работать ртом, чтобы заставить застонать и его…

Мне так хотелось сделать ему еще круче, еще приятнее, что даже боль в мышцах лица перестала иметь значение. Дышать через нос, расслабить горло и заглотить… максимально глубоко, как учил Алекс. Этот порыв стал моей роковой ошибкой. Размер у Алекса был существенно меньше, и я даже не ожидала, что с Палачом все может быть совсем по-другому. Его член не прошел, а уперся в основание глотки, вызвав эффект двух пальцев в рот, и я тут же испытала сильнейший рвотный позыв.

Едва успела оттолкнуть от себя мужчину и добежать до раковины, как все содержимое моего желудка вывернуло наизнанку. Ненавижу блевать. Всегда стараюсь сдерживать этот процесс, но если уж не получилось, то все. Успокоиться невозможно. Выдирающие внутренности спазмы накатывают один за другим, и хочется сдохнуть, лишь бы только этот ужас быстрее прекратился.

Лишь спустя некоторое время мне, наконец, удалось успокоить свои рефлексы, вычистившие желудок напрочь. Открыла воду, умылась, прополоскала рот, жадно напилась прямо из-под крана. И только после осмелилась поднять глаза.

Над раковиной висело небольшое пыльное зеркало, и наши взгляды встретились в нем. Палач стоял позади и смотрел на меня с холодной насмешкой.

– Неплохая попытка.

Я опустила глаза вниз и закрыла лицо руками. Не знаю, что произошло со мной в этот момент. Со дня похищения я ни разу не плакала, но сейчас будто плотину сорвало. Плечи затряслись от мелких рыданий, и меня буквально накрыло истерикой.

Грудь жгло разочарованием, я не хотела, чтобы он видел это, не хотела плакать при нем, но ничего не могла с собой поделать. Это невозможно было остановить или как-то проконтролировать.

Вздрогнула, когда вдруг на мои плечи опустились его тяжелые ладони.

– Ну все, тише. – Он мягко развернул меня, потянул к себе и прижал к своей широкой груди.

Я уткнулась в нее носом, чувствуя горячее тепло его тела, и вопреки здравому смыслу, слез стало еще больше. Я щедро смачивала ими футболку мужчины, а руки сами собой обвили его талию и впились ногтями в спину. И плевать, что он был чужим, плевать, что благодаря нему в том числе я попала в эту передрягу, но сейчас я прижималась к нему изо всех сил, прижималась как к родному, рыдая, сжимая зубы, чтобы не выть, и жадно вдыхала его мужской запах, дурманящий голову своим горько-сладким ароматом.