37. Валерия

ВАЛЕРИЯ

‒ Поехали?

‒ Да, ‒ он улыбается так облегченно, будто сейчас я его неимоверно обрадовала.

Неужели опасался, что, согласившись с ним сейчас на встречу, я могу неожиданно передумать? Это… мило. И так похоже на него прежнего. Кажется, я ошибалась. В тот день он давил на меня потому, что хотел защитить от нападок Демьяна. И, наверное, дать возможность, наконец, отдохнуть от бесконечной работы.

Я не помню, когда у меня в последний раз был полноценный отдых. Наверное, никогда. И сейчас мысль о том, что Алекс беспокоится обо мне и моем состоянии, ‒ даже больше, чем моя собственная мать, ‒ заставляет мое сердце биться быстрее.

‒ Ты говорил… ‒ Я откашливаюсь. Мой голос звучит слишком хрипло. ‒ Ты говорил, что оставил машину где-то там, так?

‒ Да, ‒ Алекс смотрит на улицу. Там все еще идет дождь.

‒ У тебя есть зонт? ‒ спрашиваю я.

Затем перевожу взгляд на его влажные волосы, потемневшую от влаги одежду ‒ и осекаюсь. Ну конечно же, нет. Будь у него зонт, разве пришел бы ко мне в таком виде?

‒ Нет. Но у меня есть кое-что другое.

Не колеблясь, он снимает с себя пиджак. Я застываю: теперь белая ткань рубашки облепляет его полностью. У него хорошая фигура. Отличная. Широкие плечи, в меру накаченные мышцы, крепкие руки. Не замечая, как вспыхивают окружающие, Алекс берет пиджак, накрывает меня им, как зонтом ‒ и с улыбкой тянет к выходу:

‒ Ну что, бежим?

‒ Вот так? ‒ удивляюсь я.

Это так… по-детски. Может, лучше вернуться в «Медальку» и купить пару зонтов?

Но Алекс уже открыл двери ‒ и теперь со смехом тянет меня наружу. Прямо под дождь.

‒ Побежали!

И мы бежим. Прямо по лужам. Потому что льет как из ведра. Я невольно смеюсь, потому что это нелепо. И забавно. И легко. Алекс рядом, смотрит на меня. И от его взгляда мое сердце начинает стучать быстрее. Я знаю, что я ему нравлюсь, как женщина.

И, кажется, сейчас, начинаю понимать, что он нравится мне, как мужчина.

‒ Где ты оставил машину?

‒ Где-то там, ‒ он машет рукой.

‒ Ты не запомнил?

‒ Мне было плевать. Я просто очень хотел тебя увидеть.

Опускаю взгляд. Да. Моя вина. Мне не следовало так пугаться. Его порыв меня защитить был искренним. А я развела драму ‒ и заморозилась. Идиотка.

‒ Ты хоть закрыл ее на ключ?

‒ Ха, ‒ он беспечно улыбается, ‒ не уверен.

Я ахаю:

‒ А если ее угонят?!

‒ Вернут очень быстро, ‒ он смеется, ‒ поверь.

И я почему-то верю.

‒ Нашли.

‒ Ура! ‒ кажется, я даже больше него рада тому, что машина на месте.

Мы садимся ‒ он в самом деле ее не закрыл! ‒ причем Алекс открывает дверцу для меня. Давя странные чувства, я молча сажусь на переднее пассажирское сиденье. Спустя несколько секунд он садится на место водителя.

‒ Куда поедем? ‒ спрашивает он. ‒ Я знаю одно неплохое местечко, там подают прекрасные малиновые пирожные, если…

‒ Какое местечко? Ты себя видел? Ты же насквозь промок! Едем домой!

‒ К тебе? ‒ застывает он.

Я изумленно моргаю. Он… боже мой, он краснеет. Алекс действительно краснеет!

‒ Ну да, ‒ он бросает на меня неловкий взгляд, ‒ едем ко мне. Я закажу доставку еды на дом.

Мы трогаемся. Он ведет машину уверенно, в меру быстро, в меру плавно. Мне нравится его стиль вождения. И нравится то, как он смотрит на меня. И то, как включает для меня подогрев.

‒ Зачем? ‒ спрашиваю я.

‒ Ты тоже чуть-чуть промокла, ‒ говорит он, ‒ не хочу, чтобы ты заболела.

Он… милый. Безумно милый. Нет, он и раньше всегда был таким. Если подумать… Я вспоминаю наши встречи в университетские годы. Если подумать, он и раньше вел себя так со мной: оказывал мне знаки внимания, покупал мне кофе и сладости, приносил мне бутерброды на работу, чтобы я могла поесть, укутывал меня своим шарфом в зимние дни. А ведь он говорил, что я начала нравиться ему уже тогда ‒ но я и понятия об этом не имела. Думала, что он такой внимательный ко всем. Или что видит во мне сестру.

Я была такой наивной…

Бросаю на него косой взгляд. Он сосредоточен на дороге. У него красивый, решительный профиль. Высокий лоб, прямой нос, чувственные губы и твердая линия челюсти. Его руки лежат на руле уверенно и твердо. Он весь ‒ просто мечта.

И вот такому мужчине нравлюсь я?

‒ Приехали.

Надо же, за размышлениями не заметила, как пролетела дорога. Он снова открывает передо мной дверцу, помогая выйти. Здесь подземная парковка, поэтому дождь нам больше не грозит. И возникает неловкая тишина. Мы молчим, пока идем к лифту, молчим, пока поднимаемся наверх, молчим, когда подходим к его квартире и заходим внутрь.

И, только когда мы оказываемся в уже знакомой мне обстановке, он говорит:

‒ Приму душ. Я быстро. Я заказал доставку еды, они уже скоро будут. Заберешь заказ?

‒ Да, конечно.

Алекс медлит, затем кивает самому себе и уходит. Я снимаю свой пиджак, оставаясь в блузке ‒ на всякий случай проверяю в зеркале, не просвечивает ли она, ‒ затем захожу на кухню и ставлю чайник. Без понятия, что он заказал, но будет лучше, если он выпьет чего-нибудь горячего.

Стоит мне поставить чайник на плиту и задуматься о том, что делать дальше, как раздается дверной звонок. Кто это? Неужели доставка приехала так быстро?

Это и в самом деле доставка еды. Я открываю дверь. На пороге ‒ девушка-курьер. Она скользит взглядом по внутреннему убранству квартиры, по мне ‒ и протягивает мне коробку:

‒ Доставка еды.

‒ Спасибо. Сколько с меня?

‒ Уже оплачено. Распишитесь вот здесь…

Она протягивает мне бумажку. Я неловко застываю, не зная, как поступить с коробкой. И тут…

‒ Доставка уже приехала?

‒ Да! ‒ я обрадованно поворачиваюсь назад. ‒ Распишешь… ся?