Глава 26

– Это неприемлемо. – Грубый голос должен был ранить, но к удивлению только раздражал. – Ты ведешь себя как трудный подросток!

Скользнула взглядом по книжным полкам кабинета и задумалась: хоть кто-нибудь читал эти грёбаные книги?

– Я с тобой разговариваю, Алиса! – Сережа прекратил ходить туда-сюда и, встав напротив, сложил руки за спиной. В такой позе он напомнил моего препода по экономике, который брызгал слюной, когда читал лекцию. – Ты должна завтра же извиниться перед Ксюшей.

Что?

– Она первая начала. – Оправдания сейчас никому не были нужны. Видела, что Сережа равнодушно выслушивал, только ради того, чтобы снова обрубить своим холодным тоном.

– Ты. Хозяйка в этом доме. И должна вести себя соответственно, а не кидаться на гостей и забивать их на полу кухни.

Стиснула челюсть, понимая, что нет смысла распинаться перед ним. Если решение принято, я уже не смогу оспорить его. Это все равно, что спорить с бетонной стеной, заставляя ее сдвинуться.

– Завтра, – многозначительно затих, подчеркивая важность своих слов, – за завтраком ты извинишься перед Ксенией, и в качестве жеста доброй воли сводишь её на шоппинг.

Иногда казалось, что я нахожусь в сумасшедшем доме, и главный псих всем тут заправляет.

Губы тронула истерическая улыбка, не коснувшаяся глаз, и я медленно вдохнула через нос, мысленно считая до десяти.

Не помогло.

– Вместо того, что бы выяснить у меня, как обстоят дела, ты поверил девке, которую знаешь от силы два дня. Что с нами не так, Сереж? – Шагнула к нему, вглядываясь в непроницаемую маску. – Что с нами не так? Через три месяца мы женимся, а ты заставляешь меня унижаться, показывая, что мое слово для тебя ничто.

Мои слова не задевали его, и судя по всему, я сейчас впустую сотрясаю воздух.

– Нам нужен ребенок, но я уже не уверена, стоит ли эта сделка, – подчеркнула, демонстрируя, как отношусь к нашим отношениям, – тех нервов, что я трачу, находясь в заточении с тобой.

Хлестнула сердитым взглядом, собираясь уйти, но жених перехватил запястье, и по телу прошла дрожь отвращения.

– Тридцать миллиардов, Алиса. У тебя нет выбора. – Хватка ослабла, и я вырвала кисть, потирая саднившую кожу. – Выйти из игры можно лишь одним способом. Но я еще слишком молод, чтобы становиться вдовцом.

Холодная усмешка не оставила простора для фантазии, и вдоль позвоночника прошел холодок.

Опустила взгляд, борясь с диким желанием заорать в голос. Грудь вздымалась, словно я только что махнула спринт, и пересохшее горло першило, от невысказанных упреков.

– Завтра. А теперь иди, приведи себя в порядок.

Два раза просить не пришлось, я развернулась и пулей вылетела из дверей кабинета, мечтая оказаться где угодно, лишь бы дальше от этого проклятого замка, в котором становится все труднее и труднее дышать.