Глава 34. Прокурор

— Терпеть не могу макароны! — фыркнул Ляховецкий и с тоской посмотрел на мигающую огнями заставку у входа, но его пассия уже занимала самый уютный столик в зале.

— Итальянский ресторан, Боря, — это место, где нас ожидают атмосфера уюта, изысканная кухня и гостеприимство, — обернувшись к полковнику, уверенно произнесла она.

Будоража аппетит, в зале витали ароматы базилика, оливкового масла, помидоров и чеснока. Настя с интересом взглянула на украшения в стиле тосканской деревни и заняла место на мягком диванчике у стены. Андрей приобнял ее за плечи и раскрыл меню.

Ресторан приглашал попробовать пасту, пиццу, мясные и рыбные блюда и, конечно же, десерты.

— М-м-м, я люблю канноли и кофе по-итальянски, — по-свойски пролистав меню, сообщила мать. — Настенька, ты любишь канноли?

— Никогда не пробовала, — вспыхнула та.

— Так надо обязательно попробовать! — воскликнула мать Андрея.

Потом она долго расспрашивала подошедшего официанта о составе пасты с морепродуктами.

Ляховецкий закатывал глаза, а потом заказал себе самую вредную пасту с беконом и двойным сыром.

— Настенька, а ты где работаешь? — скептически осматривая свою пасту, между делом поинтересовалась мать.

Девушка на миг растерялась.

— В гимназии. Я учитель начальных классов.

Будущая свекровь с сочувствием взглянула на нее.

— Сложно, наверное, с детьми работать?

— Нет, что вы! Я справляюсь. Мне моя работа нравится.

— А зарплата? Говорят, в школах такие маленькие зарплаты…

— Ну не всем же миллионерами быть! Видимо, мне на роду написано детей учить.

— А муж тогда на кой ляд нужен, если не для того, чтобы обеспечивать?! — громыхнул Ляховецкий, и все рассмеялись.

От Андрея не ускользнула печаль в глазах Насти. Нет, не сможет она смириться с тем, что ее уволили!

«Надо к директрисе идти, — слушая вполуха болтовню матери, размышлял Андрей. — Тем более что за документами я сегодня так и не заехал. Вчера все на эмоциях были, но ведь всегда можно договориться? Вряд ли Насте быстро замену найдут».

— О чем задумался, сынок? — Мать толкнула его под столом ногой. — О тяжелой доле главы семьи?

— Какая тяжелая доля?! Ты о чем, Анастасия?! — фыркнул Ляховецкий. — Когда жена молодая под боком и влюбленными глазами смотрит, горы можно свернуть!

Настя улыбнулась, и Андрей накрыл ее руку своей рукой.

Принесли десерт — горячий чай с облепихой, кофе по-итальянски и канноли. Эти хрустящие трубочки с начинкой из рикотты и цукатов таяли во рту и дарили наслаждение.

— Что ж, приятно было познакомиться. — Мать Андрея внимательно посмотрела на будущую невестку. — Ждем тебя, Настенька, с Андреем в гости послезавтра, часам к пяти. Устроит?

Настя взглянула на Андрея и улыбнулась.

— Конечно, устроит! Мы с радостью придем.

По дороге от подземной парковки они медленно шли вдвоем через парк. Оттепель затянулась, и в ночном воздухе по-настоящему пахло весной.

— Как ты думаешь, я твоей маме понравилась? — робко поинтересовалась Настя.

Андрей усмехнулся и сжал ее руку.

— Очень, — уверенно шепнул он, а потом привлек Настю к себе и накрыл ее мягкие губы нежным поцелуем.

И все закружилось: тусклые фонари в красивом парке, яркие звезды на небе. Страстные поцелуи дурманили, дарили наслаждение и никак не хотели заканчиваться.

Дома, пока Настя принимала душ, Андрей просматривал сообщения в телефоне.

«А знаешь, она тебе идеально подходит, — прилетела эсэмэска от матери. — Скромная, воспитанная, еще и преподаватель. Просто идеальная жена для прокурора! Я и не думала, что в мире существует девушка, которая так хорошо будет тебя дополнять. Неудивительно, что ты ей ребенка так быстро сделал».

Андрей затушил сигарету, мысленно фыркнул: «Мама!»

Не успел он ничего написать в ответ, как она продолжила:

«Ты же ей сказал, что тест положительный?»

«Нет», — напечатал ответ Андрей.

«Андрей, ну ты что? Как так можно?!»

«И ты молчи. Подождем, пока Настя сама выяснит, что ждет ребенка»

«Сынок, это же невыносимая пытка! Только ради тебя буду молчать послезавтра. Но ты уж потрудись, сообщи матери, когда можно будет открыто обсуждать эту новость»

«Спасибо, мамочка. Обсудим уже после свадьбы. И спокойной ночи», — отправил ответ.

«Как — после свадьбы, Андрей?! Да я с ума сойду — так долго язык за зубами держать!»

Он усмехнулся и отключился. Если маму не остановить, она будет еще час сыпать сообщениями. Что ж, испытание мамой пройдено.

…Уже ночью, когда погасили свет и улеглись в постель, Настя все ворочалась с боку на бок.

— Андрей, ты спишь? — шепотом окликнула она Шувалова.

Он повернулся к ней и подложил под голову локоть.

— Да как я могу спать, если ты все время возишься под одеялом?! — буркнул в ответ.

Она горестно вздохнула.

— Вот и я не могу.

Ее тонкие нежные пальцы забрались под одеяло и заскользили по твердым мускулам на торсе Андрея.

— Доиграешься, Настя. — Едва сдерживая улыбку, Шувалов перехватил ее руку.

— Ой, напугал, — шепнула она и лукаво улыбнулась в ответ.

— Лечь же хотели пораньше? — Он приподнял бровь.

Высвободившись из его хватки, Настя села в постели, сдернула с себя ночную сорочку, распрямила плечи и поправила волосы.

Андрей даже дышать перестал. Тут же ощутил, как остро реагирует его тело на открывшуюся взгляду красоту.

Ее глаза горели задорным огнем, а руки снова шаловливо тянулись к одеялу.

— Я сделаю тебе массаж, — склонившись над ним, шепнула она.

Андрей почувствовал, как от такого откровенного предложения у него гулко пульсирует кровь в висках. И вправду «в тихом омуте черти водятся». Вот и его тихая Настя внезапно раскрылась с новой стороны.

Она откинула одеяло в сторону и склонилась над Андреем. Ее волосы коснулись его обнаженной груди, шаловливые губы скользнули по его губам манящим поцелуем, а руки с нежностью поглаживали живот, спускаясь все ниже.

Андрей почувствовал, как участилось дыхание. Тело бурно отреагировало на дорожку из поцелуев и прикосновения в области паха.

Получив доступ к его твердому члену, Настя затаив дыхание осторожно водила по нему пальцами, а потом вдруг склонилась и коснулась его губами.

Андрей на миг закрыл глаза. Чувствовал робкие прикосновения Настиных губ и языка к налившейся и пульсирующей головке и едва сдерживал дикое возбуждение. Понимал, что она делает это впервые, и его это очень заводило. Не выдержав, поймал ее в темноте и дернул к себе.

Как только она оказалась в его власти, он уложил ее на спину и тут же навис над ней. Накрыв Настю своим горячим телом, он целовал ее губы и шею, лаская и покусывая, заставлял ерзать на простыне от пронизывающего желания.

— Сделай меня своей, — сорвался с ее губ тихий шепот, и она обхватила его шею руками.

Он накрыл ее рот глубоким поцелуем. Пальцы его рук уверенно скользили по податливому телу. Они массировали, дразнили, вызывая страстное желание.

Андрей приподнялся и заполнил Настю собой. Она всхлипнула, прижалась к нему, и они слились в едином порыве. Что-то шептали, дарили друг другу рваные поцелуи и снова проваливались в наслаждение.

Потом тихо лежали под одеялом, обнявшись.

— Завтра короткий день. Освобожусь пораньше, погуляем с тобой в парке, — шепнул Андрей, а потом склонился к Насте и поцеловал ее в губы.

— Я буду ждать, — сонно шепнула она и закрыла глаза.