Глава 18. Ринат

Догнал мелкую уже на крыльце клуба, повернул к себе. Вижу эти глаза полные слез от обиды, словно два изумруда сверкают в темноте. Прижал к себе, слушая, как она шмыгает носом, где-то в районе моей груди. – Поехали, нам поговорить нужно, – отстраняю ее от себя и вытираю подушечкой большого пальца мокрые дорожки на щеках. Мелкая кивает, и мы садимся в такси, я называю свой новый адрес. Еще даже не переехал туда, Ник только сегодня завез ключи от корпоративной квартиры. Мне и самому надоело жить у его отца в доме, тем более рыжая, как соблазн, постоянно перед глазами. Хорошо, что работа затянула так, что почти не вспоминал о ней, только когда домой возвращался. Подъехали к дому, ищу нужный подъезд, поднимаемся на этаж, который выбрал примерно и ошибаюсь. Спускаемся на два этажа ниже. Открываю дверь ключом, и включаю свет. Прихожая обычная, без особых изысков. Прохожу в гостиную, здесь стоит большой угловой диван, висит телевизор на стене и невысокий журнальный столик. На окнах жалюзи, в нише большая двуспальная кровать под стеганым покрывалом. Вижу, как мелкая косится на кровать, но делает вид, что не замечает. – Н-да, не царские хоромы, – усмехаюсь я и осматриваю кухню и санузел. В принципе все, что мне нужно есть, главное компания платит и на том спасибо. Помогаю мелкой снять куртку и оставляю ее в гостиной, включая музыкальный канал. Сам иду на кухню, открываю холодильник, а вот о еде Никита позаботился или это заслуга Вари. Спрошу потом, кто мне так оказал спонсорскую помощь. Хотя, осматривая ассортимент понимаю, что тут ничего лишнего. Стандартный набор для командировочных: икра, замороженный батон, сливки, бутылка шампанского, виски, какие-то паштеты в банках. Короче с голоду не умру до завтра, но и поесть найду. – Будешь что-нибудь? – кричу рыжей, и она возникает на пороге кухни. Рассматривает набор и указывает на шампанское и икру. Понятно, девочка привыкла к таким деликатесам. Минут через десять сидим на диване, смотрим друг на друга. В моей руке бокал с виски и льдом, у нее шампанское. Рыжая слизывает с ложки икру, делает глоток. Ее розовый язычок так и порхает по губкам. – Тебе нравится такое сочетание? – смеюсь, спрашивая ее. Она поднимает недоуменно брови и берет из банки икру на ложечку и тянется ко мне. Я подыгрываю, открываю рот, куда мелкая кладет свою ложку с икрой. Медленно облизываю, смотрю, как приоткрываются ее губы, она смотрит на мои, почти не дыша. Что же во мне такого, что эти мажорки так реагируют на меня? Вижу, как ее щеки розовеют, дыхание учащается. Прикусывает нижнюю губку зубками и пододвигается ближе. – Ты хотел поговорить, – смотрит на меня поверх своего бокала, глаз не отводит. Смелая девочка. – Да, хотел, – соглашаюсь я и снова отпиваю виски. В голове вдруг становится легко, я улыбаюсь, понимаю, что сегодня не отпущу ее никуда. Пусть будет, что будет, но я ее просто дико хочу. – Говори, – выдыхает она, снова пьет шампанское. – Ты хочешь, чтобы я стал твоим первым мужчиной? – прямо спрашиваю ее и вижу, как она краснеет еще больше. – Да, – выдыхает она. – Почему? – Мне кажется, что такой, как ты, знает толк в любви, – осторожно отвечает мелкая, произносит слова чуть хрипло. – Не в любви, милая, а в сексе, – поправляю я ее, – Если ты думаешь, что у нас с тобой любовь, то спускайся на землю и выкинь свои розовые очки. У нас с тобой банальная похоть, ничего больше. – Пусть так, но если я тебя хочу, это не значит, что люблю? – удивляется она, а я терпеливо вздыхаю. – Нет, не значит. Что ты вообще знаешь о любви? – Думаю, что ничего, – сразу отвечает мелкая и отодвигается немного, – Я думала, что папа любит маму, а оказалось, у него уже был Ник. Всегда считала, что если любишь, то не изменяешь. – Значит, не любил? По-твоему? – Папа? Скорее всего, нет. Ник тоже не любит Варю. – Не думал, что ты так хорошо в чувствах разбираешься, – хохотнул я, подливая нам напитки. – Я и не разбираюсь, я чувствую. И сейчас, я почти уверена, что люблю тебя, – вдруг выдает она, и тут я уже смеюсь во весь голос. – Любишь меня? – говорю сквозь смех, – Детка, да откуда ты знаешь про это чувство? Сама сказала, что нет его. – Мое отношение к тебе другое, – обиженно отвечает рыжая. – И какое? – продолжаю смеяться я, – Ты сама не знаешь, любишь ли ты меня. – А ты…Меня? – смотрит несмело, ожидая ответ. – Нет, не люблю, – отвечаю ей правду. Хочу ее да, но не люблю. – Хорошо, пусть так, я согласна, – обреченным тоном говорит рыжая. – С чем? – продолжаю посмеиваться и тут же обрываю смех, когда мелкая скидывает с себя алый топик, под которым ничего нет. – С тем, что ты меня не любишь, но хочешь, – Говорит она и привстает на коленях на диване, забирая из моих рук бокал с виски, – А если хочешь, то бери, – шепчет мелкая и впивается в мои губы поцелуем, прижимаясь ко мне голой грудью. Бл**ть, я не могу, я не такой стойкий, чтобы трогать голую женщину и отказаться от нее. Целую, вторгаясь языком в ее рот, ласкаю ее внутри, сталкиваясь яростно языками. Она чуть постанывает и это возбуждает еще больше, до полной отключки в голове. Но тревожный звонок поднимается болью от перебитых ног год назад и отдается в голове, в том месте, куда мне прилетело битой, чуть не лишив меня жизни. Руки сжимают тонкую талию, перехватываю ее под попку и сажаю себе на колени. Я лишь немного, доставлю ей удовольствие и отпущу девочку. Какая сладкая, горячая, поласкаю чуть-чуть и отправлю домой. Я не хочу таким способом предать доверие Ника и его отца, только не с рыжей.