Глава 28

Рина

Наглая скотина.

Ему словно все равно на то, что между нами было. Все такой же самодовольный индюк. Видимо, из нас двоих только я ударилась в розовые сопли, а потом спешно возвращала колючки, обещая себе больше не влезать в это…

Стащил у меня утром яичницу, поиздевался, так я теперь с ним еще и ездить должна! Вы видели, как он водит?!А я там сидела!

Что за странная манера у парней впечатлять быстрой ездой? Да девушка в следующий раз к тебе даже не сядет, помня тот ужас, когда она была на волосе от смерти.

Теперь он на моих глазах флиртует с этой рыжей, ехидно постреливая глазками. Что в голове? Конечно же ветер.

– Конечно, давай попробую вот эту. – Кирилл вытащил одну из предложенных ему печенек и стал смачно пережевывать с таким видом, будто это самое вкусное, что он ел.

Актерская игра подвела. Ты на мою яичницу утром лучше реагировал.

– Ой, понравилось, – затараторила рыжая, – возьми все, и сестру свою угости.

Услышав, что говорят обо мне, повернулась и улыбнулась ей.

– Спасибо. Это так мило, – протянула руку и выгребла оттуда половину, засовывая в рот побольше, чтобы этому не досталось. На их удивленные взгляды изрекла: – обожаю печенье, жить без него не могу!

Кирилл хмыкнул и взял еще одну печеньку, теряя интерес к еде. Конечно, уже сытый же. МОЕЙ едой. Королевишна вяло улыбнулась и ушла с почти пустой коробочкой.

– А как ее зовут-то? – Я пихнула локтем Олю, стряхивая крошки. Не такое оно и вкусное было.

– Кого? – Она подняла голову от телефона, не догоняя, о чем речь.

– Рыжую эту, – неопределенно провела рукой в воздухе, описывая что-то не очень приятное.

– А, Юля. Ее родственники в совете директоров университета, вот и понтуется. Саму ее с легкостью в студсовет приняли, хотя первокурсников обычно не берут.

– М, – мое лицо вытянулось. Связи в действии. – Идешь сегодня на пение?

– Конечно! Сегодня там зам. будет проверять, как кружок организован. Но это неофициальная информация, поэтому преподавательница просила переполоха не создавать, – соседка подмигнула.

– Поняла.

Сидеть за чертякой, конечно, то еще удовольствие. Почему-то его лапищи вечно оказывались такими длинными, что упирались мне в спину.

Я шикала, он тихо гоготал. Но нажаловаться учителю гордость не позволяла. Еще и препод этот полный, опять мне внимание уделял чрезмерное, пришлось улыбаться и делать вид, что никто сзади не сбивает с мыслей.

– Пс, – Оля пихнула меня.

Медленно скосила глаза, мол, слушаю.

– На тебя ботан последнее время часто поглядывает, – шепотом.

Я слегка повернула голову, якобы разглядывая что-то в коридоре между партами.

Леня смотрел на меня. Не бросая короткие взгляды, а прямо и ровно. Я застыла, когда он поймал мои глаза. На мгновение почувствовала себя кроликом, которого поймал в прицел охотник. Парень будто вышел из образа ботана: расчетливый, серьезный, цепкий, словно питон, так что мурашки пробежали по коже. На секунду он стал похожим на маньяка.

Поспешно отвела глаза, переводя дух. Да не, бред какой-то.

Специально снова повернулась – парень тихо записывал тему. Обычный заучка. Очки, рубашка, короткая стрижка.

– Фиг его знает, – шепнула Оле в ответ, и мы продолжили записывать тему.

Мы забежали в музыкальный зал, боясь опоздать. Учитель задержал нас на пятнадцать минут. Звонок же для препода, и никак иначе. А то, что потом нифига не успеваешь, не его ума дело.

– Вы как раз, становитесь, – Татьяна уже строила ребят в две линейки. Те, кто повыше, стояли сзади. В основном это были немногочисленные мальчики, большинство из которых здесь за баллы и возможность легально прогуливать некоторые пары. Как рассказала Оля, хоровиков время от времени снимают с занятий, чтобы порепетировать перед выступлением.

Мы выстроились, и началась распевка. Но не успели мы ее закончить, дверь в зал открылась и в него вошла авторитетная, и сразу видно, что высокомерная женщина. В руках у нее была папочка. А за ней почему-то шел Леня.

– Вот, мы здесь… – наша хоровичка стала обхаживать ее, – распеваемся. Потом прогоним несколько песен.

– Вижу, – проверяющая придирчиво осмотрела нас. – А что так мало, не все ходят?

– Это вся группа…

– Хм, – зам. что-то записала.

– У нее личные обиды на нашу училку по музыке, – Оля встала поближе, чтобы ее не было слышно. – Они вроде бы не поделили физика, который и так уволился. Теперь она хочет закрыть кружок, но причин не находит. Татьяна отстаивает как может.

– Вот и ищет… – я поняла ее.

– Разговорчики! – Женщина недовольно посмотрела в нашу сторону, словно слышала, о чем мы говорили. – У тебя всегда такие недисциплинированные ребята?

– Нет, они хорошие. И отлично поют. Директору наша программа нравится.

– Ну-ну, – придирчиво обошла зал, даже на пыль его проверила. Леня тем временем покорно сидел и записывал в бланк то, что ему говорила зам. Затем она вернулась к нему, – хор на тебе. Ходишь и проверяешь, как обрабатываются выданные на кружок деньги.

– Понял, – он кивнул ей, хищно блеснув из-под очков глазами в мою сторону. Или мне так показалось… – Я буду часто сюда приходить.

– А вы отвечаете за художественную часть? – Татьяна уточнила у Лени.

Тот кивнул.

– Да, в студсовете мне назначили именно это и… – голоса отдалялись. Вся троица уходила к выходу из зала.

– Ты ж сказала, первокурсников не принимают в студсовет? – Я недоуменно шепнула Оле.

Она также рассеянно пожала плечами.

– Понятия не имею, что он тут делает. Но мы и знаем о нем мало. Никто не в курсе, кто его родители. Но раз он на бюджете, решили, что они никто и забили на это. Может, они шишки и легко подвинули отвечающего за мероприятия, поставив вместо него Леню.

Татьяна вернулась выжатая, как лимон. Видимо, отношение с замом у нее не самое лучшее. Но музыка словно вернула ей сил, через пару песен она активно жестикулировала указкой. Правда, вокальные часы были отменены, но я была рада попеть хотя бы в компании. Перезагрузилась немного.

В столовой к нам подсела рыжуля, махнув своим девочкам оккупировать наш стол. Я уж было хотело возмутиться на то, что нарушается личное пространство, как она заговорила.

– Слушай, хочешь в студсовет? – Выжидательно уставилась на меня.

– Не очень, – я отвела взгляд.

– Денег? Славы? Что ты хочешь? – Продолжала допытываться.

Пожала плечами.

– Да, собственно, у меня все есть.

Юля стукнула кулачком по столу, обращая на себя внимание.

– Мне нужно добраться до сердца Грача, уже три недели подкатываю, и ничего. Будь хорошей сестренкой, помоги своему брату обрести счастье.

Это в виде тебя-то?

Хотелось сказать, но на деле я лишь кашлянула в кулак.

– Я как-то в свахи не нанималась. Нет опыта работы.

– Ой, это не сложно. – Она оживилась, – давайте проведем тусовку. Я все организую, от тебя только согласие нужно и чтобы ты взяла с собой брата.

– Мне как-то не очень нравится идея…

– Ну пожалуйста, пожалуйста. Век должна тебе буду, – рыжуля надула губки.

Оля сидела рядом со мной и со страдальческой миной смотрела на этот цирк.

– Давай так, – Юля встала, взглядом приказывая подняться и остальным своим девушкам, – дам тебе время на размышление. Не буду торопить.

Они ушли из столовой быстрее, чем я успела переварить последнее сообщение.

– Она может быть полезной, – Оля неуверенно посмотрела вслед.

– Еще чего, – я встала, прихватив поднос. Раздражение накатывало волнами, – я не позволю ей подкатывать к нему, потому что…

Тут я на чем-то поскользнулась. Похоже, кто-то пролил чай на пол, а я, разозлившись, не посмотрела под ноги. Поднос вылетел из рук, а я полетела прямо в сладкую лужу. Черт, я в светлом…

Сильные руки поймали меня почти у пола.

– Почему ты ей не позволишь подкатывать ко мне? – Кирилл многозначительно улыбался, держа меня за талию и практически прижимая к своей грудной клетке. Я повернула голову и поняла, что они сидели за моей спиной, за соседним столиком. И, похоже, слышали весь разговор.